Второй шанс для бывшего - Арина Вильде

У меня внутри всё оборвалось.

– Что?

Она наклонилась ближе, понизив голос до шёпота.

– Сегодня приезжает доверенный человек нового владельца. И ещё с ними будет антикризисный менеджер. Ходят слухи, что она собирается уволить половину сотрудников. Половину, Мари.

По спине пробежал холод. Я любила эту работу… или, по крайней мере, нуждалась в ней. Мысль о том, что я могу её потерять, заставила колени подкоситься.

– Все конференц-зал! – кто-то громко объявил. – Через пять минут начнется собрания, присутствие обязательно!

– Прекрасно, – пробормотала я, схватив блокнот, чтобы выглядеть занятой. В голове царил хаос. Антикризисный менеджер. Новый владелец. Я приготовилась увидеть какого-нибудь самодовольного корпоративного робота, который с улыбкой разрубит наши судьбы пополам.

Вместо этого я увидела Наиля.

Он вошёл так, словно владел этим местом. Но, очевидно, теперь так и было. Тёмный костюм, галстук и эта его раздражающе уверенная походка, из-за которой все головы в комнате повернулись в его сторону. Я застыла на месте, сердце бешено заколотилось, будто собиралось сбежать раньше меня.

Конечно, он не удивился, увидев меня. Его взгляд скользнул по помещению, задержавшись на мне ровно настолько, чтобы я поняла: он знал всё заранее. Этот мерзавец!

Мне казалось, что земля ушла из-под ног. Я была приклеена к своему стулу, парализованная смесью недоверия, злости и осознания того, что выхода у меня теперь нет.

Он встал перед столом, положив руки на его край.

– Доброе утро, – произнёс он своим всё таким же гипнотическим голосом, от которых девушки теряют трусики. – Как вы, возможно, уже слышали, у компании новый владелец.

О, как же я хотела провалиться под землю в этот момент.

– Я буду исполнять обязанности генерального директора, пока мы не стабилизируемся и не достигнем поставленных целей, – продолжил он. – Для тех, кто любит детали: мне нужен рост прибыли на двадцать процентов в следующем квартале. Так что давайте постараемся, чтобы я не задерживался здесь слишком долго.

Несколько человек нервно засмеялись, но я только сильнее сжала свой блокнот.

Он продолжил свою стандартную речь – про ценности компании, командную работу и какой-то расплывчатый мотивирующий бред о «принятии перемен». Но всё, на чём я могла сосредоточиться, – это то, как он говорил, будто только что не вломился в мою жизнь снова.

И самое ужасное? Он даже не выглядел сбитым с толку или что-то такое. Ведь ему предстояло работать с бывшей женой! Он выглядел абсолютно уверенным, как будто именно здесь ему и место. А я сидела, изо всех сил пытаясь не впасть в экзистенциальный кризис на глазах у всех.

Когда встреча наконец закончилась, люди начали расходиться, перешёптываясь о его речи и будущем своих рабочих мест. Я осталась на месте, уставившись в блокнот, словно там могли быть ответы на вопросы моей рушащейся жизни.

– Мари.

Его голос раздался у меня за спиной, низкий и до боли знакомый. Мои плечи напряглись, но я не обернулась.

– Похоже, нам придётся работать вместе, – сказал он, его тон был раздражающе непринуждённым.

Я закрыла глаза, глубоко вдохнула, а потом заставила себя улыбнуться и обернулась к нему.

– Замечательно, – ответила я, голос буквально сочился сарказмом. – То, о чём я всегда мечтала.

Его губы изогнулись в этой раздражающей полуулыбке.

– Я тоже рад тебя видеть.

С этими словами он ушёл, оставив меня кипеть от злости в своём кресле. Это была не просто проблема – это была полноценная катастрофа. И я не имела ни малейшего представления, как её пережить.

* * *

Теперь это официально: вселенная меня ненавидит.

Из всех возможных кошмаров дня, застрять в лифте с Наилем Юсуповым в конце рабочего дня – это уже вершина. Словно судьба решила: «Эй, Мари, давай посмотрим, как долго ты продержишься, прежде чем сломаться».

Лифт резко останавливается между этажами, свет мигает, затем застывает в неприятном приглушённом свечении. В наступившей тишине моё сердце уходит в пятки. Я нажимаю на аварийную кнопку, но ничего не происходит.

– Отлично, – бурчу я, прислоняясь к зеркальной стене.

– Это твоя вина, – раздаётся раздражающе спокойный голос Наиля.

Я резко оборачиваюсь к нему.

– Моя вина? С чего это вдруг?

Он скрещивает руки, его непомерно широкие плечи занимают слишком много пространства.

– Ты давила на кнопку закрытия дверей, как сумасшедшая. Лифт просто не выдержал твоего энтузиазма.

– О, только не это, – огрызаюсь я. – Я пыталась уйти от тебя!

Его брови взлетают вверх, на губах играет ухмылка.

– Значит, признаёшь.

– Конечно, признаю! – я вскидываю руки. – Я не хочу находиться в радиусе десяти метров от своего бывшего мужа. Это преступление?

Его ухмылка исчезает, на смену ей приходит острый взгляд.

– Ты всегда такая драматичная, Мари.

– Драматичная? – повторяю я, повышая голос. – Ты называешь это драмой? Наиль, ты король эгоизма. Всё всегда крутилось только вокруг тебя.

– О, началось, – закатывает он глаза. – Всё та же песня. Продолжай, Мари. В чем ещё я виноват на этот раз? Давно этого не слышал. Успел соскучится.

– Хочешь список? – выпаливаю я. – Пожалуйста. Начнём с того, что ты никогда не замечал, когда я нуждалась в тебе, потому что был слишком занят своим собственным миром.

Он делает шаг вперёд, его голубые глаза сужаются.

– А ты? У тебя всегда был талант отталкивать людей. Придумывать проблемы на ровном месте.

Я фыркаю, скрещивая руки.

– О, конечно. Я придумала, что твоя секретарша сидела у тебя на коленях, пока ты лизал ее сиськи. Это моя ошибка.

Его челюсть сжимается, в глазах вспыхивает злость.

– Ты просто не можешь это отпустить, да? Я тебе сто раз говорил – это была ошибка, я был пьян.

– О да, это всё исправляет, – ядовито отвечаю я, голос переполнен сарказмом. – За кого ты меня принимаешь, Наиль?

Ощущение, словно лифт становится всё меньше, напряжение между нами звенит, как натянутая струна. Я вижу, как его лицо искажает смесь раздражения и сдержанности, как его руки сжимаются и разжимаются, будто он пытается что-то удержать. Я тоже держусь, с трудом сдерживая крик, слёзы и весь тот гнев, который я так долго прятала.

Но что-то меняется. Его взгляд становится мягче, он на мгновение задерживается на моих губах, прежде чем снова встретиться с моими глазами. У меня перехватывает дыхание, и я забываю, как быть злой.

– Это глупо, – тихо говорит он. – Почему мы всё ещё ссоримся, Мари?

– Потому что ты не оставляешь мне выбора, – шепчу я, но в моих словах больше нет той злости, что была раньше. Сердце бешено стучит, пульс отдаётся в ушах, пока он делает ещё шаг ближе.

А потом он целует меня.

Это не