Гарри и его друг Бобик - enorien

— Гарри, ты Глотика случайно не видел? — стуча в дверь, спрашивала Гермиона из коридора. — Он не у тебя?

— Н-не… Нет! — сонно крикнул Гарри, потянувшись, зевнул, разлепил глаза и… замер.

Сперва ему показалось, что с Бобиком что-то приключилось… Пёс ведь был чёрного цвета, а этим утром сделался двухцветным? Но потом Гарри дотянулся до очков, нацепил их на нос и всё прояснилось. Бобик по-прежнему лежал на коврике, а поперёк него лежал Живоглот. Что странно, в спальне был порядок, дверь была закрыта, но пёс с котом были почему-то покрыты царапинами, как будто ночью решили подраться, а потом вдруг передумали и, помирившись, легли спать.

— Ну… ладно, — пробормотал Гарри, совершенно ничего не понимая.

Поднявшись с кровати, он быстро оделся и поискал на столе баночки с микстурами, которые купил две недели назад. Благо, что микстура для заживления ран ещё осталась, он влил немного коту в пасть, а потом и псу. И тот и другой ни капли не сопротивлялись и, даже несмотря на то, что их царапины быстро затянулись, выглядели какими-то вялыми.

— Бобик, идём. Эй, идём! — взяв кота на руки, пришлось повторить Гарри, чтобы пёс наконец-то поднялся и поплёлся за ним.

— О, Глотик, ты нашёлся! — обрадовалась внизу Гермиона, забрав кота в свои руки. — Спасибо, Гарри!

— Да не за что, он… Он всё-таки в моей спальне был. Прости, я не сразу заметил… — смущённо признался последний и опять посмотрел на Бобика.

Пёс почему-то впервые не накинулся на еду в миске, хотя сегодня Том положил ему столько, словно подумал, что Бобик позовёт всех уличных друзей, чтобы угостить их и попрощаться.

— Ты чего, Гарри? — усевшись рядом, спросила Гермиона.

— Не знаю… Может, Бобик заболел, как думаешь? — поинтересовался он, смотря, как пёс просто улёгся у миски. — Ничего вдруг не ест…

— Хм, странно, — согласилась подруга, — он вроде ещё вечером бодрый был… Может, ему просто конкретно эта еда надоела?

— А у собак так бывает?

— Не знаю.

— Вот и я не знаю.

Гарри почувствовал прикосновение к своему плечу и невольно отвлёкся. Гермиона участливо посмотрела ему в глаза и осторожно погладила.

— Гарри, я всё понимаю, но ты бы сам поел: нам ещё столько времени ехать… — заботливо заметила она, и он не смог возразить.

Вскоре к ним за стол опустился раскрасневшийся Рон и принялся жаловаться на несчастья, свалившиеся на его голову. На него накричал Перси из-за значка старосты, к пропаже которого он не имел никакого отношения, а ещё он не мог найти Коросту.

— А ведь я просил тебя не выпускать кота! — напирал он на Гермиону. — Ты ведь выпустила, да? Теперь довольна, когда он съел мою крысу?!

— Не говори ерунду! — резко отвечала она. — Сам посмотри, Глотик очень дружелюбный и не нуждается в поедании твоей крысы!

В качестве доказательства своих слов Гермиона показала на Бобика, возле которого её кот опять очутился и тихонько ел из его миски. Пса эта наглость ни капли не задевала.

— А ещё я та-акое слышал… — проигнорировав доказательства Гермионы, сказал Рон и нагнулся к уху друга. — Тебя касается, Гарри…

— Меня? — очнувшись, спросил последний. — Это что же?

Рон только открыл рот, как показались его родители. Он тут же схватил ложку и шепнул другу: «Потом расскажу».

— Рон, ну что это такое? — упрекнула его мать. — Ты почему не следишь за своим питомцем?

— Питомцем? Вы что, Коросту нашли? — обрадовался Рон.

— Конечно же нашли! — ответил ему отец. — Она была в кладовке, застряла в дырке в стене. Мы уж подумали, померла, а оказалась, только обессилела.

— Только не говори, что ты её вечером не покормил! — сердито прибавила его мать.

— Ну, я… — начал было Рон, но под её тяжёлым взглядом смолк и покраснел.

— Так я и думала! Рональд, ещё раз нам из-за тебя придётся извиняться, то можешь больше ко мне с всякими просьбами не подходить!

— Коросту Перси принесёт, — прибавил мистер Уизли и переключился на другие заботы.

Перси спустился с самым серьёзным видом и поставил перед младшим братом небольшую клетку, в которой лежала перевязанная бинтом Короста.

— А чего это с ней? — изумился Рон.

— Добегалась, смотрел бы лучше, не пришлось бы её в клетку сажать, — строго ответил ему Перси и отошёл.

Рон опять сердито посмотрел на Гермиону и утвердил, что ранение его крысы не могло обойтись без участия её кота, но Гарри их препирательства больше не слушал. Он заметил, что Бобик наконец-то ожил и накинулся на еду. Значит, всё-таки не заболел. От его сердца отлегло, и он тоже вернулся к завтраку.

Совсем скоро все погрузились в машины, предоставленные Министерством магии. «И не просто так», — шепнул ему на ухо Рон, а Гарри молча кивнул. Взбодрившийся Бобик сидел по другую от него сторону, и он обнимал его одной рукой. Добравшись до вокзала, они угодили в людской поток и были вынуждены быстро и слаженно действовать. Благо, что Бобика достаточно было лишь позвать, как он побежал рядом с Гарри и тоже очутился по другую сторону барьера. До отправки поезда оставались лишь какие-то минуты. Миссис Уизли сердечно прощалась с каждым и даже дважды обняла Гарри. Мистер Уизли всё пытался поговорить с ним в сторонке, но так ничего толком и не сказал. Из-за всех волнений друзья вместе с Бобиком едва отыскали свободное купе.

— Давайте сюда, — предложила им Гермиона.

В купе находился лишь один человек, притом взрослый мужчина, бледный на вид и одетый в поношенную штопаную-перештопаную мантию. Он спал у окна, пока озадаченные друзья на него смотрели. Гермиона умудрилась не только разглядеть над ним чемодан, но и заметить на том надпись: «Профессор Р. Дж. Люпин».

— Ладно, — сказал Рон, шагнув за ней.

Гарри тоже было шагнул, но тут Бобик вдруг тихо заскулил и попятился обратно.

— Эй, ты чего? — заботливо спросил его Гарри. — Идём сюда. Бобик, куда ты? Иди сюда. Ко мне! Бобик!

— Может, от этого Люпина чем-то несёт и он почуял? — предположил Рон.

— Не болтай глупости, ничем от него не несёт, — возразила ему Гермиона.

— Бобик, ну перестань! Идём! — уговаривал его