Дар - Зинаида Порох

Ясное дело — не поверила она в эти нежности. И он просто так спросил, для порядка. Не очень-то и жалко было девчонку.

— Хочу помочь выжить из твоей хаты эту бабку Полину и её внучку, — льстиво заявила Евдокия. — Иль ты решил их себе оставить? Сам пошалишь на досуге? А то подсоблю.

— Ишь, доброхотка выискалась! — хмыкнул Михалап. — Тебе-то что за дело? Что выжить, что оставить — всё одно. Ты ж просто так и хвостом не махнёшь, — сказал он ей, одновременно намекая и на тот хвостик, который, как известно, есть у каждой уважающей себя ведьмы.

— А тебе какое дело до моего хвоста? — не пропустила его тонкий укол ведьма. Но тут же сбавила тон: Ты ж знаешь — хвост для кошки это святое.

— Нашла святыню! — хмыкнул Михалап. — Говори, чего надо, Евдокия? Некогда мне с тобой лясы тачать!

— Да вижу я, как ты занят! Извини, что потревожила тебя! — ехидно проговорила Евдокия. Но тут же сбавила тон и заговорила уважительно: Действительно, Михалап — дело у меня к тебе есть. И непростое. Помощь мне твоя нужна!

— Моя-я? Шуткуешь? А что в обмен будет? — удивился домовой, не забыв сразу и поторговаться.

— Договоримся! Не обижу! — сверкнув зелёными глазами, пообещала кошка. — Сначала выслушай меня, Михалап, потом уж о цене разговор поведём.

— Ну, давай! Говори! — равнодушно согласился Михалап, внутренне ликуя.

Заиметь в должницы этакое ночное чудище да ещё с немалыми колдовскими навыками — это большая удача. Присгодится! Хотя домовой не очень-то любил связываться с людьми — в любых их обличиях. Но Евдокия это особая статья. Таких лучше в друзьях иметь.

— Хочу сказать — с твоими новыми жиличками нам с тобой очень повезло, Михалап. Эта девчонка — Ларка, не простая штучка, — вкрадчиво сказала та.

— В чём везение-то? — с недоумением уставился на неё домовой. — Бабы они и есть бабы. Суета одна!

— Ты-то, может, в этом не больно разбираешься, а я-то вижу — Ларка врождённая ведьма. К тому ж, не знающая о своём даре. Это и есть наша большая удача!

— И опять же — в чём тут удача-то? — недоумевал Михалап. — Коль она не знает о своём даре, так ведь и вреда причинить не может. А, главно — воспротивиться не смогёт, коль я их выживать начну.

— Удача в том, что этот дар у неё можно забрать человеку, обладающему магическими способностями. И тем свою силу увеличить, — уклончиво пояснила кошка.

— То есть — тебе? — прищурился домовой. — Так и забери! Мне не жалко! Только должна мне опосля будешь — што на моей территории хозяевала, — обозначил он ситуацию. — Так что — да, и моя выгода есть, согласен.

Михалап теперь вообще не понимал, чего этой Евдокии от него надо? Могла бы вовсе ничего ему не говорить, а он бы сам и не догадался. Дар-то у Ларки никак не проявляется. Он сколько разов ходил по комнате, где та книжки свои толстенные читала — ни разу не всполошилась и не заметила его. Какая же она ведьма? Те затылком чувствуют таких, как он.

— А вот не могу я его забрать! На ней родовая защита стоит! — недовольно отозвалась Евдокия. — И очень сильная! Как не ладилась — никак! А мне б хотя бы каплю её крови заполучить! И всё было б в ажуре. Но я не могу к ней подобраться, Михалап! Пробовала уже напролом — ты слыхал, как она орала. А обычно мне это легко удаётся. Морок да немочь наведу — никто никогда и не пикнул! И даже не проснулся.

— О, как! Значит — не впервой тебе чужую кровушку-то пить? — почесал кудлатую макушку Михалап. — А я-то тут причём?

— Ты ж тоже морок напускаешь. Давай мы вдвоём Ларку скрутим, — предложила Евдокия. — Может, вместе удастся её усыпить или защиту одолеть?

— Ну, не знаю! — засопел домовой. — Если токо ты девчонку не до смерти уходишь. Знаю я тебя…

— Чо так? — недобро усмехнулась кошка. — Пожалел?

— Не хочу смертоубийства в Акимовом доме…

— Какое смертоубийство? Мне ж только капля её крови и нужна! — заверила его Евдокия, завертев глазами.

— Надоть подумать, — хмуро протянул Михалап, решив набить себе цену. — Так, а бабка Полина-то чо? — спросил он, спохватившись. — Тоже ведьма? Если их две — то и цена двой…

— Нет, та обычная, перебила его Полуночница. — Она про внучкину силу даже ничего не знает. Видать — по матери Ларка ведьма, — опять завертела она глазами. — Так что, Михалап? Как? Ты согласен на дело пойти со мной? — напирала Евдокия.

— Та мне-то за каким лядом… — протянул Михалап, набивая себе цену. — Ведьма и ведьма. Лишь бы мне не вредила.

— С меня — царский золотой! — вдруг заявила ведьма. — Спрячешь его в свой сундучок, — льстиво заулыбалась она ему. — А когда надо будет — позову.

— Да ну тебя! Золотой? Где взяла? — вытаращил загоревшиеся глаза домовой, даже не сумев скрыть свой азарт.

— Наследственный, — усмехнулась кошка. — А тебе-то что за дело? Бери, не спрашивай! Пока даю.

— Вот это другое дело. Только — деньгу вперёд! Знаю я тебя! — всё ещё недоверчиво сказал домовой.

Мелькнула чёрная лапа и перед Михалапом лёг на балку поблескивающий золотом кругляш. Он тут же схватил его и мгновенно куда-то спрятал.

— Ну, тогда — по рукам! — радостно согласился довольный домовой и протянул Евдокии свою когтистую и волосатую руку.

Кошка хлопнула по ней своей не менее когтистой и волосатой лапой.

Сделка состоялась.

Против Лары теперь было двое опасных ночных существ. А в защите и поддержке — никого. Как всегда.

Глава 5

Адресок от нечисти

Полина Степановна варила борщ, то и дело замирая с ложкой или с ножом в руке.

Что опять творится с Ларочкой? Снова кошмары одолевают? Так недолго вновь лунатиком стать. Вон и круги под глазами опять залегли, как в детстве. А переезжать не хочется… Только вселились ведь.

Позавчера, после ночи, как ей кошка приснилась, Лара утром чуть свет, ничего не поев, убежала. Сказала, чтобы она её не ждала — поживёт немного в общаге.

«Зачем тогда я сюда переехала? — вздыхала Полина Степановна, пробуя борщ. — Если ребёнок будет жить в общежитии?»

Честно говоря, этот дом, где они поселились, не нравился и самой Полине Степановне — неуютно в нём как-то, а временами даже страшновато. Так и кажется, что кто-то в спину смотрит. А ночью так и вообще — дверей не найдёшь. Но она считала, что — ничего, скоро