Ноктикадия - Кери Лейк

— Ты очень милая.

Фыркнув, она шагнула к двери, но остановилась.

— Ты уверена, что с тобой все в порядке? Ты выглядишь немного бледной.

— В порядке. В полном порядке. Я просто глубоко погрузилась в мысли.

— Очень глубоко, судя по всему. Серьезно, ты не возражаешь, если я начну с другой комнаты? Я просто подумала, что мы вдвоем сможем уйти пораньше, если подсуетимся.

Полуулыбаясь, я пожала плечами.

— Не возражаю.

По правде говоря, я терпеть не могла убирать ванные комнаты, палаты пациентов, кабинеты, но я подозревала, что это было самое близкое к работе в настоящей больнице, что я когда-либо могла получить. В моем возрасте мне следовало бы закончить бакалавриат и попытаться решить, сдавать ли MCAT или GRE, но с тем небольшим количеством занятий, которые я могла посещать в муниципальном колледже, в свободное от работы время, пройдет еще десятилетие, прежде чем я достигну этого этапа обучения. (Прим. MCAT является стандартизированным тестом, с вопросами множественного выбора (multiple choice questions), оценивающий навыки будущего студента, а именно: умение решать сложные проблемы, критическое мышление и знание естественных и социальных наук, служащих предпосылкой для изучения медицины. GRE — тест, который необходимо сдавать для поступления в аспирантуру, магистратуру или иной последипломный курс в вузе США и ряда других стран.)

— Спасибо, девочка. Раннюю беременность и канализацию нельзя совмещать

Ванные комнаты в подвале больницы, как правило, воняли, но в тот момент вонь в воздухе была особенно сильной.

— Я поняла, — сказала я, махнув ей рукой. — Убирайся отсюда. Мне не хочется убирать за тобой блевотину.

Усмехаясь, она выскользнула за дверь, а я, оставшись одна, сделала длинный, дрожащий вдох. Опираясь руками по обе стороны раковины, я закрыла глаза и попыталась очистить свой разум.

Крики. Черные черви. Пустые глаза.

Покачав головой, я похоронила эти мысли в тени своего разума, не позволяя им поглотить меня. Нет. Не сегодня.

До моих ушей донесся звук, похожий на слабое журчание воды, и я подняла взгляд на отражение кабинок позади меня в зеркале.

У самой последней кабинки я заметила то, чего не заметила, когда только вошла — ступни в носках под дверью.

Я обернулась, мое сердце сжалось от шока, вызванного этим открытием. Это точно были ноги под дверью.

— Здесь кто-то есть? — спросила я, прекрасно зная, что там действительно кто-то есть. Выше ступней я увидела подол знакомого больничного халата, который носили все пациенты.

Пациенты, которые не должны были пользоваться туалетом в подвале, предназначенным для персонала.

До моих ушей снова донесся слабый плещущий звук. Учитывая положение ног, человек, скорее всего, был в порядке, но его могло тошнить.

— Вам нужна помощь? Потому что я могу сбегать за кем-нибудь, если вы... — Я указала пальцем через плечо, как будто они могли меня видеть.

Нет ответа.

Я подошла на цыпочках ближе.

— Вам плохо?

По-прежнему никакого ответа.

Наконец я подошла к двери кабинки и заглянула в тонкую щель. Длинные, растрепанные рыжие волосы ниспадали на халат пациента, полураспахнутый настолько, что было видно бледную спину и черно-белое нижнее белье в крапинку. Неровный багровый оттенок окрасил конечности, которые я могла рассмотреть, особенно ноги и руки.

Первой моей мыслью были трупные пятна, но я отогнала эту мысль в сторону.

В горле появилась жгучая сухость, и я сглотнула.

Пожалуйста, просто будьте в порядке.

Я слегка постучала, отметив как слегка качнулась незапертая дверь, и понадеялась, что человек ответит протестом на мое любопытство.

Она не произнесла ни слова.

Я толкнула дверь.

Ее голова лежала чуть ниже сиденья туалета, растрепанные волосы скрывали лицо.

Я дрожащей рукой схватила стройное плечо и дернула достаточно сильно, чтобы откинуть ее в сторону. Она перекатилась на спину, ударившись головой о стену кабинки, и в тот момент, когда ее волосы упали с лица, я попятилась назад.

Знакомый молочный блеск маминых глаз уставился на меня.

Краем глаза я уловила движение, и из меня вырвался резкий вздох, когда я перевела взгляд туда и увидела длинный, черный, скользкий предмет, сползающий в бачок унитаза.

Ледяной страх охватил мои мышцы. Я моргнула. Трижды моргнула.

Я снова вспомнила маму. Еще одна черная, скользкая форма скользнула мимо фиолетовых губ, по ее сливовой щеке на кафельный пол. Она извиваясь двигалась прямо ко мне.

Из моей груди вырвался крик, и я отпрыгнула назад, упав на задницу.

Червь прыгнул на меня, быстро и решительно.

Но прежде чем он достиг цели, червь соскользнул в канализацию, оказавшись на полпути между мной и безжизненным телом моей матери.

От грохота двери меня снова пронзила дрожь, и я рывком поднялась на ноги, когда в уборную вбежала Джейда.

— Лилия? Ты в порядке? Я слышала, как ты кричала.

Нос щипало от слез, я покачала головой, не в силах подобрать слова.

Нахмурившись, она осторожно подошла ко мне, сканируя глазами комнату.

— Что случилось?

— Нам нужно кому-то позвонить, — сказала я, указывая в сторону кабинки.

— Кому позвонить? — Она повернулась в ту сторону, куда я указала. — Лилия? Ты в порядке?

Я перевела взгляд обратно на кабинку и ничего не обнаружила. Ни единого следа того, что там кто-то был.

— Я... — Унижение пылало на моих щеках, когда шок от реальности накрыл меня. — Я ... — Мой разум метался в поисках причины, чего-то, что могло бы отвлечь меня от мысли, что я сошла с ума.

Джейда переступила через мои ноги и выломала дверь соседней кабинки, отпрыгнув с криком назад.

— Какого черта!

Мой пульс участился.

Неужели она тоже их увидела?

Зарывшись носом в руку, она зарычала и отступила назад.

— Подожди... Я... Я сейчас позову кого-нибудь. Просто подожди.

Нахмурившись, я поднялась с пола, когда она вышла из туалета, и заглянула в кабинку рядом с той, где я видела свою мать. На поверхности воды в туалете плавал клубок темного меха с длинным голым хвостом. Крыса.

По крайней мере, это объясняло запах.

Из меня вырывались тяжелые вдохи, когда я прислонилась к стене напротив кабинки и снова сползла на пол.

Тяжелый груз произошедшего ослабил мои ноги. Леденящий холод пульсировал в моих конечностях и груди. Без сомнения, у меня был приступ паники, потому что холодное, липкое чувство, словно ледяная вода, заполнило мои