Дамнат - Ростислав

— Тебя кузнец ведь послал? — как можно участливей спросила Лив. — Зачем?

Паренек взглянул на нее с ненавистью. «Шлюха, — читалось в его глазах. — Подстилка гребанная».

— Не стоит тратить на него время, — сказал Капканщик. — Этот не оценит твоей доброты. Просто он боится, а так бы сказал, что о тебе думает. Да? Эй, дружок! Я начинаю терять терпение.

Паренек всхлипнул, потрогал сломанный нос. Подбородок, шея и грудь покрылись кровью.

— Я от Отца, — сказал, а вернее, прошипелон.

— Кузнец тебе отцом приходится?

— Нет. Не отцом. Он… он… ну, учитель.

— И чему он вас учит?

— Волш… э… всякому. Мудрости. Кузнечному делу.

Взгляд Капканщика был красноречивей слов.

— Как его зовут?

— Родерих.

Капканщик пнул мальчишку, точно котенка. Тот влетел в кузницу с истошным криком. Мелькнули глаза, полные неподдельного страха. Трое подмастерьев побросали инструменты и с недоумением уставились на распластавшегося на дощатом полу собрата, размазывавшего по лицу сопли пополам с кровью, а потом на непрошеных гостей.

Капканщик вынул меч. Подмастерья подались назад.

— Где Родерих? — поинтересовался он тоном, не предвещавшим ничего хорошего.

Лив еще раз вздрогнула, услышав это имя. Совпадение поразительное…

А совпадение ли? Она вспомнила слова Рогволода. Совпадений не бывает. За каждой мнимой случайностью таится закономерность. Ко всему этому примешивался слабый, но устойчивый «запах» чего-то древнего, забытого.

В одном Лив была уверена. Не может быть Родрик… Родерих дамнатом. Слишком просто.

А вот Капканщик полагал, что кузнец — один из приспешников дамната. Близость проклятого колдуна кружила ему голову. Сводила с ума. Конечно, он никогда не отличался изысканностью манер, но аристократическое прошлое (Адриан точно из дворян, уверяла себя Лив) всегда давало о себе знать. Грубость и жестокость охотник сочетал с хитростью, терпением, хладнокровием.

Однако здесь, в Лесном Уделе он действовал напролом.

— Отец! — закричал один из подмастерьев — обильно вспотевший малый в фартуке, одетым прямо на голый торс. — Отец, иди сюда, тут гости! Те, кого ты ждал, Отец!

Лив взглянула на спутника и испугалась. В эту минуту Капканщик был готов убить всех.

Это не выход, подумала она. Ну, порешит он этих ребят, может, даже всю деревню, а дальше что?

Тут появился Родерих, и вовремя.

— Стойте, стойте! Уберите-ка оружие! — Кузнец подошел к Капканщику, едва обратив внимание на побитого ученика. Острие меча охотника уперлось в его грудь.

— Андрик, — приказал Родерих, не оборачиваясь, — отнеси Павло в дом. Пусть о нем позаботятся.

— Где он? — зарычал Капканщик.

— Вы о ком? — невинно поинтересовался кузнец и улыбнулся ей. Каждый раз, когда он смотрел на нее, внутри разливалось тепло. Что-то здесь нечисто. И девушка догадалась, в чем дело.

— Послушай! — обратилась Лив к спутнику и опустила руку с мечом. — Давай не будем сходить с ума. Я думаю, господин… Родерих?

— К вашим услугам, сударыня. — Кузнец учтиво поклонился.

— Я думаю, господин Родерих достаточно умен, чтобы не делать глупостей?

— Разумеется!

— Отойдём? — спросила она, глядя наспутника.

Капканщик напряженно думал.

— Ладно, — наконец, сказал он. — Отойдем, но ты, умник, стой здесь. Скажи своим, чтоб не приближались.

— Хорошо, хорошо! — Кузнец поднял руки в знак мирных намерений.

Вышли из ворот.

— Стой там, — напомнил Капканщик кузнецу. — Дернешься — умрешь. И это не просто слова.

— Я понял.

— Держи руки так, чтобы я видел их.

— Все понятно. — Родерих был поразительно спокоен. Уверен в своих силах, подумала Лив. Напрасно.

— Что ты хотела? — резко спросил Капканщик.

Тут Лив разозлилась.

— Во-первых, — начала она, — я не готова к встрече… с дамнатом. Потому что, ты мне ничего не говоришь. Как будто меня и нет вовсе. Я не настраивалась, никак не готовилась. А ведь мы не какого-то там травника ловим. Во-вторых, я не думаю, что Родерих сообщник дамната.

— Почему ты так думаешь?

— Родерих — колдун. Тот, кого местные зовут ведуном.

Капканщика удивленно посмотрел на ухмылявшегося кузнеца, за спиной которого переминались с ноги на ногу вооруженные чем попало подмастерья, глядевшие с плохо скрываемой ненавистью.

— Колдун? Ведун?

— Мелкий. Последователь какого-то местного языческого культа. Пытается меня охмурить.

— Охмурить?

— Что-то вроде приворотной магии.

— Почему ты думаешь, что он не связан с дамнатом?

— То, что таится вот тут, — она кивнула на кузнеца, — сбивает с толку. Мне надо сосредоточиться, а ты… ты ведешь себя так, что я беспокоюсь. — Лив смахнула упавшую на глаза прядь. — Знаешь что? У кузнеца мы его не найдем.

Капканщик неопределенно пожал плечами. Что выражал этот жест, Лив так и не поняла.

— Ладно, — произнес он после короткой паузы. — Что ты предлагаешь?

— Засесть на пару дней в доме у Лешего. То есть у того деда, — торопливо поправилась она. — Мне нужно время, чтобы сосредоточится. Ты и сам знаешь. Давай успокоимся. Дамнат был здесь.

— Все-таки был?

— Не уверена… Но…

— Достаточно. Мне этого достаточно, Лив. Я знаю тебя. Мы его поймаем.

Лив вздохнула и опустила голову. Капканщик… нет, Адриан неожиданно ласково взял ее за подбородок.

— Прости меня, Лив. За всем этим я забыл, что кроме меня еще есть ты.

У Лив буквально захватило дух. Он никогда не разговаривал с ней так. Так… нежно.

— Но я должен казнить Родериха, — будто бы издалека донесся его голос. — Ты знаешь наш кодекс.

— Что? — Действительность вернулась не сразу, но вернувшись, словно окатила ее ушатом ледяной воды.

— Проснись. — В голосе Капканщика зазвенели стальные нотки. — Мы должны их казнить. Всех.

— Нет. — Обида мгновенно захлестнула ее. Он что, играет с ней? Догадался о тайной влюбленности? «В Адриана, не Капканщика», — поправила она себявиновато. Вот, значит, как? — Нет! — повторила она решительно. — Если мы хотим, чтобы все местные начали нас ненавидеть, то давай, казни ведуна. Ведуны, если хочешь знать, в этих местах играют роль мудрецов, лекарей. Часто ими бывают кузнецы. Это уважаемые люди, к которым идут за советом, за лекарством, изделием. Казнить такого человека нельзя. Наоборот. Он может нам помочь. Ты что, с ума сошел? — Лив почувствовала, что начинает кипятиться. «Нет ничего страшнее обманутой женщины», — где она это слышала? Неужели опять от камилла?

Капканщик пошел на попятную.

— Ладно-ладно. Меня занесло. Пусть живет. Пока.

— Нет! — отрезала Лив с испугавшей ее саму категоричностью. — Мы должны поймать дамната. Ведун нам ни к чему. Позволь мне с ним поговорить? Если ты не станешь лезть напролом, Адриан, — Лив сделала ударение на его имени, — мы уговорим его нам помочь. Он должен многое знать.

— Хорошо. Но не зови меня больше этим именем. Никогда…

— Не буду, если ты не станешь дурить. И еще…

Капканщик, словно почувствовав неладное, застыл в ожидании вопроса.

— Не надо со мной так.

— Как?

— Не играй со мной. Не