Гость - Демиург

душа ещё оставалась достаточно сильна, чтобы подавить силу Лилианы. С момента попадания в Город я лишь действовал по инерции, потому что не мог адекватно анализировать окружение и строить планы. Поэтому мои действия с каганатом были так топорны. Поэтому я столь громко заявил о себе. Поэтому я попросил вмешаться Ректора и Потрошителя. Сейчас мне приходится действовать наверняка, а не наиболее рационально. Выбираю стопроцентные варианты, при этом не считаясь с затратами.

— И ты был довольно хорош даже без мозгов. — Рассмеялся слегка подпалённый и пышущий жаром Люмье, буквально свалившийся нам на голову. Ходить сквозь пространство в этом месте проблематично, но летать никто не мешал. — Мне даже страшно представить, как ты будешь действовать, если успеешь подумать.

— Ты в порядке?

— Разумеется. — Он буквально излучал удовлетворение, хотя и выглядел весьма помято. — Я выяснил, кем был тот сильный охотник, которого почувствовала Лурия. Это…

— Потом. — Я оборвал Люмье, в ответ на что он лишь понимающе улыбнулся. — Дождёмся Гастера. Лучше всё вместе обсудим.

Потрошитель появился как раз к тому моменту, когда мы добрались до Целителя. В лабораторию спускались уже все вместе. Старик, услышав наши шаги, обернулся и скривился.

— Надеюсь, у тебя была веская причина для подобного поступка. — Это недовольство можно было понять. Теперь он тоже мог попасть под удар. Хотя ссориться с Целителем вряд ли пожелают даже боги и демоны.

— Даже не сомневайся. Дайте мне время на расшифровку. Потрошитель, как всё прошло?

— Довольно неплохо. — Гастер тоже оказался довольно весел. Он любил сражения с сильными противниками. Впрочем, это в той или иной мере присуще всем могущественным магам. — Двоих Буранов удалось взять, остальные сбежали. Хорошие воины, даже не ожидал. Птицы помогли.

— Кстати, Гейр, не трогайте их пока. — Магистр окинула меня недоумённым взглядом. — Оставьте под замком. Даже не знаю, как с ними поступить. Полагаю, в такой ситуации я бы сделал тоже самое, если не больше.

— А что за ситуация? Я чего-то не знаю? — Ливия задавала вопрос мне, но ответила Рита.

— Их мир хуже Пекла. — Печально улыбнулась сестра. — Демоны предложили шанс на восстановление.

— Хуже самого опасного из миров, что нам только известны? — С некоторым недоумением уточнил Люмье. Он тоже мало что знал о происходящем. — Хуже бушующего океана магической силы и постоянных огненных бурь? Хуже, чем мир, в котором могут выжить только ифриты?

— Да. — На этот раз решил ответить я. Информация Риты тоже не была полной. — В их мире магии нет и никогда не было, но на опасность создаваемого оружия это никак не повлияло. Дальше, как обычно, война. В результате которой половина планеты оказалась покрыта огромными кратерами и смертельным излучением, а другая заполнена монстрами. Биологическое оружие. Вирус, что превращал людей в безумных тварей. Я до сих пор не понимаю, каким образом в такой мясорубке выжил хоть кто-то.

— А почему они остаются в этом мире? Насколько я помню, технологии позволяют путешествовать через пустоту. — Не думал, что Ректор о технологиях знает хоть что-то. Сталкивался, возможно? Интересно.

— Они не могут улететь. Ты знаком с понятием околопланетной орбиты? — Люмье поморщился, но кивнул. — Она вся заполнена огромным количеством мусора, что вращается на невообразимой скорости. В самом начале войны какие-то умники лишили весь мир связи и не только её, ударив по всем орбитальным объектам сразу. А ещё на планете до сих пор функционируют автоматизированные оборонные системы. Как только в воздух поднимется что-то больше птицы, то это сразу же сотрут в пыль. Люди процесс давно не контролируют. Конечно, рано или поздно весь мусор окажется на поверхности планеты, а системы выйдут из строя, но к тому моменту уже вряд ли будет кому спасаться.

— А через разлом они не могут уйти как раз из-за отсутствия магии. — Печально подытожила рассказ Гейр. — Вся электроника выжигается переходом в ноль. Можно от этого защититься, иначе не существовало бы Буранов, но это требует огромного количества ресурсов, которых нет. Незаселённых миров много, но все они опасны. Люди без магии и какой-либо защиты в них долго не проживут, а всем остальным такие просто не нужны. Лишние проблемы. В лучшем случае всем народом попадут в рабство. Этот мир- наша старая головная боль.

— Демоны предложили им очистку атмосферы от химических, биологических и иных примесей. — Я наконец добрался до причины вмешательства Буранов. — Шанс на возрождение. Наверняка это была лишь разведывательная группа, которая увидела шанс закончить всё побыстрее, но тут вмешался Потрошитель. В ближайшее время их станет значительно больше. Сам я узнал об этом случайно. Спасибо Лурии.

— Мы думали над тем, чтобы вмешаться. — Лурия была печальна. — Проблема в мире. Отсутствие магии связывает руки. Артефакты не работают, а мы при переходе становимся бессильны. Если честно, даже малейших предположений нет, как именно демоны собираются исполнять свои обязательства.

В воздухе на некоторое время повисла печальная тишина, которую развеяла старшая из фей, пропустив через нас волну радости. Я ей благодарно кивнул, а затем кое о чём вспомнил.

— Ректор?

— Это была Феникс.

Интересно, что демоны предложили ей? Я не могу вот так сразу придумать то, что может заинтересовать одну из огненных птиц.

— Кстати, я так и не поняла, она действительно феникс?

— Да. — Ливии ответил я. — Драконы могут оборачиваться людьми, фениксы тоже. Сильные существа.

В помещении вновь на некоторое время повисла тишина, каждый думал о чём-то своём. Её нарушил Целитель.

— Я так и не услышал пояснений по поводу происходящего. Что за эльф?

— Послание. Объявился мёртвый мир.

Дух ветра вздрогнула, от фей повеяло страхом, а Целитель скривился. Остальные нужной информацией просто не владели.

— Не припоминаю ничего подобного.

— У вас в библиотеке есть раздел сугубо теоретических и крайне опасных угроз? — Я ответил Гейр вопросом на вопрос, а она помотала головой. — Тогда и не припомнишь. Значит так…

Убийство мира было крайне проблематичным процессом. Его легче разрушить физически, чем действительно убить. Загвоздка состоит в том, что мир должен создать себе тело. Не просто создать, но и поместить в него свою суть. Фактически полностью слиться с сосудом.

Такого не происходит, поскольку это абсолютно бессмысленное действие. От него нет никакой практической пользы. Лишь создаёт уязвимость. И именно поэтому я назвал угрозу теоретической. Мир никогда не поместит свою суть в сосуд. Впрочем, как показывает практика, из каждого никогда бывают исключения.

Можно разрушить планету, но мир это не убьёт, я точно выяснил. Не знаю, что происходит с миром дальше, но он точно продолжает существовать, пусть и в неизвестной для меня форме. А вот если уничтожить суть мира, слившуюся