История Льва - Микита Франко

Может быть, дело было в этом. Может быть, в том, что на самом деле никто из них друг друга не любил. А может, Власовский просто странный тип со своей системой взглядов. Но, какова бы ни была причина, а всё начало рушиться следующей осенью, в разгар подготовки к выпускным экзаменам. У Якова появился другой парень.

И не то чтобы Лев не вовремя пришёл в гости, а там он, прячется в платяном шкафу или сползает по шторе через окно. Ничего подобного: никаких ужасных разоблачающих ситуаций. Просто Яков даже не пытался его скрыть. Более того, он сам о нём рассказал.

- Завтра английским позаниматься не смогу, - бросил Яков как бы между прочем, вылезая из кровати.

Это был странный момент для такого разговора: только что всё было хорошо, они занимались сексом, пока за стенкой бабушка смотрела бразильские сериалы, включив звук на максимум (Лев начинал подозревать, что это не из-за плохого слуха, как ему казалось раньше).

- Почему? – уточнил он, вставая следом.

- Буду с одним парнем, - ответил Яков, накидывая рубашку.

- С каким?

- Да так, в Интернете познакомились. Ничего серьёзного.

- И что вы будете делать? – спрашивал Лев, не до конца понимая, к чему он ведет.

Власовский будто бы раздражился:

- Что-что! Потрахаемся, вот что. Ты чё как маленький?

Растерявшись, Лев чуть было не ответил: «Но мы же только что трахались». Потом спохватился: дело-то не в этом! Не в том, что трахались, и не в том, что только что, а они же… Они же в отношениях, а в отношениях такое можно делать только друг с другом. Он прекрасно знал, что эти договорённости легко нарушаются (спасибо отцу за правду жизни), но ведь тайно, за спиной, а не вот так вот, сообщая своему парню в лоб.

Пытаясь уместить происходящее хоть в какой-то понятной для себя модели отношений, Лев уточнил:

- Ты меня так бросаешь?

Яков искренне удивился:

- Конечно нет. С чего ты взял?

- Завтра ты собираешься спать с другим парнем и даже не пытаешься скрыть это от меня.

- Ну, у нас свободные отношения.

- Это как?

- Мы с тобой вместе, но спать можем с кем угодно. Главное: честно предупреждать, с кем мы.

- А давно они свободные? – уточнил Лев.

- С сегодняшнего дня.

- Я думал, это как-то вместе решается.

- Ну, если я не хочу быть в ограничивающих отношениях, я что, должен себя ломать?

- То есть, я должен?

- А чем ты против свободных отношений? В них же главный принцип – свобода. Никто ничем не скован.

Яков, говоря всё это, стоял над Лёвой уже одетый, и тот почувствовал себя уязвимым от своей обнаженности. Он потянулся к своей одежде, оставленной на полу: белая рубашка, темные джинсы, тонкий ремень – броня, через которую никому не пробиться.

- Это блядство, - ответил Лев ровно так, как и думал.

- Это прогрессивно. А ты – ханжа.

- А обсуждать такие вещи заранее недостаточно прогрессивно для тебя?

Лев пытался справиться с ремнем: от раздражения тряслись руки, и он промахивался мимо петель. Яков, некоторое время понаблюдав за этим с ироничной улыбкой, перехватил инициативу: хлопнул Лёву по пальцам, убирая его руки, затем продел ремень через петли и затянул пряжку сильнее, чем нужно было. Лёве захотелось оттолкнуть его – «Не трогай мою броню».

- Ты хочешь расстаться? – спросил Яков.

Лев думал, что испытает облегчение от этого вопроса и уверенно скажет: «Да», но в итоге согласие вышло очень обиженным и комканным:

- Не вижу вариантов, раз ты так поступаешь.

- Думаешь, с другим парнем будет иначе?

- А почему должно быть точно также? – хмыкнул Лев.

- Потому что ты гей. Мы все такие.

- Неправда.

- Правда. Зайди сам на эти форумы, почитай…

- И что там пишут? Как изменяют своим парням?

Яков почти рассмеялся над ним:

- «Изменяют»! Там слов-то таких никто не знает, это что-то на гетеросексуальном. А мы просто свободные люди.

- Зачем ты обобщаешь?

- А ты типа не такой?

- Не такой.

- Ну да, - насмехался Яков. – А кто в прошлом году привёл в подвал едва знакомого парня, чтобы раздеть его и полапать?

- Ты так говоришь, как будто сам этого не хотел.

- Да я до тебя и не думал о таком. Может, до сих пор бы учебники читал, если б не ты. Сам перетрахал каждого в своём окружении, от лучшего друга до лучшей подруги, а теперь в невинности клянешься.

Удивительно, как их последняя ночь с Юрой и секс по глупости с Катей превратились в словах Власовского во фразу – «перетрахал каждого в своём окружении». По фактам, может быть, и верно, а по сути…

Лев, прищурившись, спросил:

- Ты мне мстишь за что-то?

- Да боже упаси, просто живу свободно.

Лев хотел сказать: «Давай тогда расставаться и живи свободно дальше, сам по себе», но не смог. Через его бабушку Катя получала рецепты на лекарства. Он учил с ним английский. Власовский имел четкое представление, как свалить в Америку, Лев – весьма размытое. А в Америку очень хотелось – подальше от папаши и перспективы поступать в военную академию.

- А чего ты так напрягаешься? – спросил Яков. – Ты же меня не любишь, какая тебе разница?

У Лёвы дёрнулись губы в злорадной улыбке. Сдержав её, он ответил:

- Ты прав.

Он уже тогда догадывался (а позже убедился в этом окончательно), что Якову всего-то и нужно было услышать: «Нет, я тебя люблю, будь только со мной», и он бы моментально отменил и грядущую встречу, и все последующие. Но Лев не поддался этой догадке, оставшись в равнодушной отрешенности, за что расплачивался следующие полгода.

Не то чтобы Яков сравнивал его с другими парнями. Он не говорил ему: «Саня был лучше тебя» или «У Игоря круче тело» или «У Лёши больше член». Ничего такого. Это было бы слишком примитивно для Власовского