Срок годности жены - Натаэль Зика

И в этот момент ожил его собственный сотовый.

Вадим бросил взгляд на экран и скривился – Константин. Порадовать нечем, но игнорировать вызов тоже не выход. Рощин всё равно не отстанет!

Мысленно скрестив пальцы, Усольцев принял звонок.

- Слушаю!

- Это я тебя слушаю! Получил доверенность?

- Н-нет.

- Упрямится? Могу приехать с капельками.

- Не надо! Сам справлюсь! – Вадим не собирался признаваться, что жена обвела его вокруг пальца. – Мне надо ещё немного времени и я…

- Ты издеваешься? У тебя было две недели! Платёж должен уйти сегодня, или нам выкатят неустойку!

- Да знаю, знаю! Мне нужно два часа, и всё будет, - торопливо забормотал Усольцев. – Я почти её дожал!

- Хорошо – два часа, но ни минутой дольше, - нехотя произнёс Рощин.

И отключился.

Вадим стёр ладонью со лба испарину и развернулся в сторону своего кабинета.

- На моём компе есть доступ к учётке и документам компании. Значит, хотя бы для этого платежа я смогу обойтись без генеральной доверенности, - бормотал он, поднимаясь по лестнице, - Полгода назад создал, как чувствовал, что пригодится. Главное, чтобы у Ринкиной КЭП не закончился срок действия. Когда я таскал жену в налоговую? Ещё наплёл ей, что это простая формальность, благо, налоговик отнёсся с пониманием, и лишнего не говорил. Арина тогда послушно расписалась, где ей сказали, а токен я забрал. Она и не поняла, что это такое. В каком месяце это было – август? Нет. Тогда сентябрь? Нет. Октябрь! Точно.

И Вадим с облегчением выдохнул – подпись ещё действует.

- Сейчас, сейчас, все будет в лучшем виде, - приговаривал, пока компьютер прогружался и открывал нужную страницу. – Пароль… Где он у меня записан? А… Вот!

Он взъерошил волосы пятернёй, второй рукой тыкая в клавиатуру.

-Не хотел же с ней разводиться, всё-таки двадцать лет прожили. Привык. Но после такой подставы теперь только развод! Найду и душу вытрясу. Или нет – сначала вытрясу из неё генеральную доверенность, а потом просто выкину дуру. Ни копейки от меня не получит! Уйдёт в одних трусах! И как я так лопухнулся? Хотел же сразу делать общую и полную, да Рощин отговорил. Мол, неизвестно, как пойдёт, посмотрим сначала. Если что не так – вся ответственность ляжет на Арину. И вот, пожалуйста, чуть не пролетели!

Он ввёл пароль, вошёл в систему, выбрал документ для подписания и вставил в разъём токен.

На экране появилась надпись:

«Не удалось найти ни одного сертификата, пригодного для создания подписи».

- В каком смысле?! – удивился Усольцев. – Неужели я ошибся в пароле? Не вопрос, повторю.

И Вадим, посекундно сверяясь с записью, принялся вводить всё заново.

Последняя цифра.

Энтер.

И…

«Ваш сертификат ключа подписи включён в список отозванных».

Усольцев растерянно уставился на экран:

- В каком смысле - отозван!?

Нет, подспудно он понимал, что компьютер ответ не даст, но произошедшее настолько ошеломило, что слова сами рвались с языка.

- Да ну на фиг! – он встал, отшвырнув от себя кресло.

Прошёлся по кабинету.

И вернулся к столу.

- Она же ничего не знала про КЭП, как ей удалось отозвать подпись? Нет, это невозможно. Наверное, я что-то напутал сам!

Но следующая попытка завершилась точно такой же надписью.

И тогда до Вадима дошло – его домашняя клуша сама по себе ни на что подобное не способна! И это значит, что кто-то посмел влезть в их с женой отношения, запудрить ей мозги, и у Арины снесло голову.

Но кто бы это мог быть, если вся жизнь жены сконцентрировалась на обслуживании супруга и сыновей? Она и не выходила никуда, если не считать за выходы поездки за продуктами или одеждой. Ну не в Игнатовой же школе же она нашла себе советчика?

«Так…, - пробормотал он, прокручивая в голове разные версии. – Ринкина машина стояла на парковке у офиса, - он напряг память, – «Практик Сферы». А охранник сказал, что попасть на эту стоянку могут только сотрудники и клиенты бюро! Твою через ногу коромысло – адвокат!»

И да, теперь всё сходилось.

«Так вот с чьей подачи жена вставляет мне палки в колёса! Надо выяснить имя и натравить на него Рощина. Но сначала разобраться с оплатой оборудования… Чёртова Арина, все карты спутала! Снюхалась адвокатишкой и предала родного мужа! Интересно, чем она его прельстила? Уж точно не просроченными прелестями. Скорее всего, пообещала ему процент от имущества. Лживая и меркантильная, как все женщины! Боже, как хорошо, что у меня только сыновья. Представляю, какой змеищей выросла бы дочь… От такой-то матери!»

И осёкся.

Сыновья! Как он мог о них забыть? Вернее, не о мальчишках, а о привязанности к ним Арины.

- После того, как я её усыпил и запер, со мной она и разговаривать не станет, - задумчиво произнёс Усольцев. – Но детей она любит. И пусть Игорь по моей просьбе её подставил, вернее, выманил, но рано или поздно мамка его всё равно простит. А Игнат и вовсе перед ней чист. И о чём это говорит? О том, что Арина телефоны себе вернула, и если не первым делом, так вторым позвонит сыновьям. Как минимум, одному из них. Мой звонок Арина не примет, неизвестный номер, скорее всего, тоже проигнорирует. А вот если ей позвонит любимый сынок…

Проговорив это, Вадим взял мобильник, ткнул в список звонков и замер, ожидая ответа.

Но старшенький не спешил: гудки шли и шли, пока не прекратились.

«Вечер, Игорь давно должен быть дома. Чем он там занят – в наушниках сидит?»

Напрямую позвонить младшему он не решился – сначала надо выяснить, успела ли мать ему наябедничать. И уже от этого строить диалог.

Поэтому, выругавшись на старшего сына, Вадим повторил вызов. И со второй попытки, причём, на последних гудках, наследник отозвался.

- Алло? – голос Игоря звучал прерывисто, будто парень только что пробежал стометровку.

- Гоша, мать тебе не звонила? – Вадим