Мир истории : Россия в XVII столетии - Виктор Иванович Буганов

С самого начала, с осени 1632 года, они не только включаются в военные действия, помогая армии, но нередко ведут борьбу против помещиков и вотчинников. Совершают набеги на их имения, устраивают в них погромы, захватывают имущество. Действуют они в Мещовском, Серпейском, Рославльском уездах. К ним перебегают солдаты из царских полков.

В ноябре, когда армия Шеина по дороге к Смоленску находилась под Дорогобужем, к нему пришли крестьяне Дорогобужского и Смоленского уездов, «которые радеют государю, Балаш с товарищи, и били челом, чтоб им позволил, собрався с вольными людьми, быть в шишах и языков добывать». Отряд Ивана Балаша насчитывал 400 человек и стоял в острожке под Смоленском.

Иван Балаш, крепостной крестьянин Болдина монастыря Дорогобужского уезда, и его собратья начали по своей инициативе борьбу против польских военных сил под Смоленском, «за литовским рубежом», потом в Дорогобужском и Рославльском уездах, под Кричевом и Стародубом, Гомелем и Чичерском. В его отряд вливались местные крестьяне («порубежные мужики»), солдаты. Действовали они то самостоятельно, то вместе с регулярными частями.

Со второй половины ноября 1632 года под Трубчевском воевал отряд крестьян Комарицкой волости Трубчевского уезда, всего 8 1,5 тысячи человек. Одним из его предводителей был дворянин С. Веревкин.

В январе следующего года в Стародубском уезде происходит объединение отряда И. Балаша и части «комарицких и карачевских мужиков». Объединенный отряд совершает нападения на имения феодалов. В него вливаются «охочие люди северских и украинных городов», донские казаки, малоимущие дети боярские. Действия отряда выходят из-под контроля правительства.

Но единства среди них не было. Некоторые участники движения, местные крестьяне прежде всего, разбрелись по домам. Другие раскололись — одни хотели идти к Смоленску (в том числе и Балаш), другие направлялись к Путивлю, то есть в противоположную сторону. Царские воеводы приняли меры — организовали преследование ушедших, откололи от них часть людей, захватили Балаша. В итоге под Смоленск пошло до 400 человек, Балаш оказался в тюрьме. Оставшиеся в отряде люди некоторое время шли на юг, но потом разбрелись в разные стороны, некоторые тоже пришли в Смоленск. Происходило это в марте-апреле 1633 года.

«Балашовцы», оказавшиеся под Смоленском, а также в Москве, продолжали сеять семена недовольства, подговаривали «в воровство» разных людей — холопов, солдат и др. Из Москвы бежали или пытались бежать на юг или «на Северу», то есть в Северскую Украину, недовольные люди.

В зоне военных действий после распада отряда Балаша казацко-крестьянское движение продолжается, центром его становится город Рославль. Его участники называют себя «казаками Балашова полку», «балашовскими казаками», хотя сам Балаш погиб в тюрьме. Обаяние и притягательная сила его имени были очень велики. Предводителями-атаманами с лета 1633 до июня 1634 года, когда заканчивается это движение, выступают Анисим Чертопруд, Федот Лях, Иван Теслев, Тимофей Коробкин, Агей Иванов, Григорий Ростопчин.

Фактическим главой движения, которое из казацко-крестьянского превратилось в крестьянско-казацкое, выступил Чертопруд, человек смелый и энергичный. 22 февраля 1634 года он привел повстанческое войско в Козельский уезд. Сюда, в Дудинскую волость, прибывали новые отряды повстанцев — стрельцов, солдат, холопов, крестьян. Они продолжали «уезды воевать», отказывались идти в царское войско, принимали в свои ряды новых людей: «Мы к себе в войска не призываем, а от себя не отсылаем!» Восставшие громили имения окрестных помещиков. Их эмиссары с отрядами появлялись то тут, то там.

Повстанческое войско сильно изменилось по своему составу. Если вначале донские и яицкие казаки составляли 40 процентов всех участников (1,2 тысячи из трех), то позднее их доля сильно уменьшилась, ряды балашовцев пополнились сотнями и тысячами крестьян и холопов, записавшихся в «охочие казаки». На круге в селе Волховец 20 марта присутствовало около 8 тысяч повстанцев, и собственно казаки теперь составляли среди них сравнительно небольшую часть.

Помимо действий главного войска восставших, на местах ведут борьбу многие крестьянские отряды в Алексинском, Калужском, Серпуховском, Лихвинском, Воротынском, Мещовском, Козельском, Медынском, Белевском, Волховском, Карачевском, Мценском и других уездах. Связь с главным войском повстанцев они не поддерживают.

Сабля с ножнами. Середина XVII века.

Среди участников движения усиливались разногласия: меньшинство, прежде всего из собственно казаков и атаманов, стремилось к прекращению «воровства», то есть антифеодальных выступлений; большинство же «охочих людей», прежде всего, конечно, крестьяне и холопы, выступало сторонником именно антифеодальных действий.

Сильно разросшееся за счет небоеспособных людей повстанческое войско быстро потеряло организованность, дисциплину. В нем стала преобладать стихия. Постепенно движение сошло на нет, и правительство подавило его силой.

В том же 1634 году и позднее вспыхивали волнения в Москве.

Проживание в столице большого числа малообеспеченных, эксплуатируемых людей представляло немалую опасность для властей, феодалов. Недовольство низов выплеснулось наружу уже в те дни, когда в Москву приехали Анисим Чертопруд и Иван Теслев для переговоров с властями об их «службе». Столичные низы сочувствовали им, поскольку были недовольны ростом налогов, частыми сборами «пятой деньги».

В замоскворецкой Голутвенной слободе собралось много недовольных, в том числе холопов из разных мест. Другим центром движения стало село Семеновское. Правительство, чтобы «переимать» холопов, послало в слободу и село карательные отряды. Но те ничего не смогли сделать. В Семеновском каратели получили отпор. После этих событий до 500 беглых холопов, стрельцов, казаков и других людей во главе с атаманом Семеном Белобородовым ушли из Москвы и вскоре оказались в рославльском повстанческом лагере.

В марте 1636 года в московском Китай-городе случился очередной большой пожар. Очевидно, власти растерялись, и москвичи бросились в торговые ряды, начали громить лавки богатых торговцев, хранившиеся в них товары участники волнений брали себе или несли к Никольским воротам Китай-города, где делили их между собой. Сохранившееся следственное дело свидетельствует, что в погромах участвовали холопы, тяглецы, стрельцы, ярыжка И. Харламов и другие. Они, помимо лавок, громили дворы в городе, открывали тюрьмы и выпускали иэ них колодников, «били» кабаки.

Власти жестоко подавили волнения: их участников пытали в приказах, жгли огнем, заковывали в «цепи и железо».

«Соляной бунт»

Через 12 лет после этих событий вспыхнуло новое, гораздо более мощное движение, получившее в источниках и