Свалка времени - Максимилиан Жирнов

- Ну, завтрак стынет, иди же! – взмолилась жена.

Максим закрыл игру и побежал на кухню. На тарелке дымились чуть пережаренные гренки, облитые яйцом.

- О, спасибо. Я пойду за компьютер?

Олеся вздохнула:

- Скажи, Максим, ты ничего не замечаешь? Я неделю готовлю одно и то же. И ты мне ни слова не сказал! Тебя не устраивает моя стряпня?

- Ты – жена. Тебе лучше знать, что готовить. Чего я буду лезть не в свое дело? Я побежал.

Максим сунул в рот гренку, глотнул кофе и… остался.

- Не могу, - он взял Олесю за руку. – Видела бы ты свое лицо.

- Что ты нашел в этих танчиках?

- Понимаешь, там перед боем всем все известно. Ну, в смысле, кто на чем. Мы в равных условиях… более или менее.

- Ты хотя бы иногда отрывайся от компьютера. Знаешь, сколько сейчас времени?

Максим глянул на часы:

- Без пятнадцати минут до того, как придет гость. Точнее, гостья. Я успею поесть.

- Откуда знаешь?

- Да ниоткуда. Предчувствие какое-то.

- Прости, - прошептала Олеся. – Никак не могу привыкнуть.

Едва Максим успел помыть посуду, зазвенел звонок. И еще раз – настойчиво и бесцеремонно. Олеся открыла дверь и в комнату без приглашения влетела ярко накрашенная дама средних лет. Максим оценил спортивную фигуру:

- На фитнес ходите? Дорого, наверное. С кем имею честь разговаривать?

Женщина выпалила:

- Алла Владимировна Трефилова. Мне нужен проводник!

С языка Максима едва не сорвались слова: «Обратитесь на железную дорогу!» Все же он сдержался, проводил гостью в большую комнату и указал на кресло:

- Можно на ты. Успокойтесь, пожалуйста. Я понимаю: у вас пропали дети. Мальчик и девочка. Но если вы мне по порядку все расскажете…

- Откуда ты знаешь? – вытаращилась Алла Владимировна.

- У вас в бумажнике две детские фотографии. Вы явно нервничаете. А раз вы пришли не в полицию, а именно ко мне, значит, дети ушли в Зону и не вернулись. Простая дедукция. Как у Шерлока Холмса.

Алла Владимировна заглянула в сумочку.

- Да-да… Дедукция. И, конечно, ты увидел снимки через два слоя натуральной кожи? – ехидно спросила она. – Действительно, чего еще ждать от Максима Безымянного – человека, который однажды обчистил мое казино?

- Поймите, это был всего лишь научный эксперимент! – в отчаянии воскликнул Максим. – Я хотел…

- Разве я тебя обвиняю? Только не стоило потом настойчиво пытаться вернуть деньги! Каждый твой рубль принес мне десять! Казино, в котором выигрывают! Лучшей рекламы я не могла и желать!

- Вот даже как? Впрочем, я вряд ли смогу потратить хотя бы копейку...

- Максим! – осадила его Алла Владимировна. – Не юродствуй. Этот вопрос закрыт навсегда и я не буду советовать, как тебе израсходовать твои же деньги. Ты меня выслушаешь?

- Я весь внимание.

- Ты слышал что-нибудь об организации «Рыжий Кот»?

- Никогда.

Алла Владимировна достала из сумочки лист бумаги:

- О нем по всем каналам талдычили. Это группа в соцсетях. Детям предлагают сыграть в игру. Поначалу задания очень простые – пройти по мосту через железную дорогу, найти указанное здание и так далее. Потом задания усложняются. Детей просят прислать фотографии… ну… писи… интимных мест…

- Я понял. Дальше, - нетерпеливо перебил ее Максим.

- Последнее задание – пойти в Зону и снять селфи возле…

- Стоп! Ни слова!

- Ты не хочешь знать, что в письмах? – сверкнула глазами Алла Владимировна.

- Нет. Любые данные будут мне только мешать. Все планы одинаковые?

- Верно. Не буду спрашивать, как ты узнал.

- А я отвечу, - Максим залпом выпил стакан минералки. – В Зоне пространство хитро упаковано. Чем ближе к ее центру, тем оно сильнее растянуто и тем больше ошибка. Малейшие отклонения на краю Зоны приводят к большой погрешности в ее глубине. Но если двигаться по линии, от ориентира к ориентиру, то можно попасть в нужное место… не всегда, конечно. Ясно?

- Не совсем, - честно ответила Алла Владимировна. – Да и неважно. Теперь к делу: сколько людей тебе нужно?

- Нисколько, - развел руками Максим. – Чем меньше народа, тем лучше. Я пойду завтра один…

- Стоп! – оборвала Олеся. – А я?

- А ты, моя дорогая, останешься дома…

- Бросить тебя в Зоне? Наедине с милыми зверюшками?

- Тебе придется. Иначе я уйду сам, и ты этого не заметишь. Я ведь могу, - Максим погладил жену по волосам.

- Разобрались между собой, супруги? – хлопнула по креслу Алла Владимировна.

- Да мы и не ссорились. Идите домой. Остальное – моя кухня.

- Подожди… Скажи, мои дети живы?

- Я не чувствую их смерти, - просто ответил Максим. – Еще четверо сорванцов, о которых вы умолчали, тоже, скорее всего, целы и невредимы.

Алла Владимировна осторожно закрыла за собой дверь. Под окном загудел мотор автомобиля…

Глава 2

Ранним утром, пока еще не рассеялся туман, Максим поцеловал жену, накинул на плечи рюкзак, зачехленное ружье – короткий и легкий ТОЗ-106 и, воровато оглядевшись, побежал к застроенному сараями ограждению Зоны. Внезапно чей-то взгляд заставил его замереть.

- Не спится? – глухо пробурчал сосед-наркоман. – У меня тоже бессонница. С трех часов колупаюсь. На охоту собрался?

- Ну да… Друзья позвали.

- Таких друзей за одно место и в музей. Знаю я, куда ты ходишь. Не боись, не проболтаюсь… Я – могила.

Спорить было ни к чему. Максим забрался на крышу сарая, перелез на забор и спрыгнул в мокрую от росы траву. Сердце забилось сильнее, в груди разлилось непередаваемое чувство полной свободы. Только в Зоне можно следовать зову души. Только здесь человек сбрасывает маску и становится самим собой.

Максим потянул ручку проржавевшей двери. Заскрипели несмазанные петли. В полумраке заброшенного цеха, в диспетчерской, темнел металлический ящик – схрон. Набив патронташ, Максим сунул в рюкзак армейские галеты и несколько банок сгущенки. Пробрался сквозь завалы кирпичей, открыл калитку в металлических воротах и трусцой побежал через лесопосадку. Поднялся на холм и выскочил на край поросшего камышом болота.

Топь резала прямая, как ствол винтовки, насыпь. Кое-где сохранились шпалы и рельсы. Возле полотна, словно диковинная человеческая фигура, возвышался металлический крест.

«Погибшим строителям железной дороги от неблагодарных потомков» – прочитал Максим и без колебаний двинулся вперед. Куда?