Штильскин - Эндрю Бакли

— Тебя это не касается, Лили, иди домой, — строго произнёс Джек.

— Домой? Ты умом тронулся? Никуда я не пойду, пока ты не объяснишь, что происходит!

— Давай, скажи ей, Джек, всё равно, она выяснит, — сказал дворф.

— Умолкни! — сказал Джек.

Роберт рассматривал мусорный мешок, стоявший на земле у ног Джека.

— Интересно, не там ли лежит тело последней Бастинды? — заговорил голос в голове Роберта.

— Простите, — заговорил Роберт. — Полагаю, в мешке лежат останки Элис Бастинды, это так?

— Молодец, Даркли. Почти столь же умён, как и папаша, — сказал дворф.

— Тебе разве не интересно, кто твой отец? — спросил голос.

— Конечно, интересно, — ответил Роберт.

— И скромен, — сказал дворф.

— Заткнитесь, оба! — выкрикнул Джек.

— Хватит! — воскликнула Лили, схватила Джека за ворот рубашки и подняла в воздух. Тот задёргался, но вырваться из её хватки не смог.

— Не вынуждай меня, Лили, — сказал Джек.

— На что? — спросила та.

— Лили, я хочу, чтобы ты потеряла сознание, — сказал Джек.

— Исполнено, — сказал дворф.

Лили упала на землю, Джек опустился рядом с ней.

— Лили! — воскликнул Роберт.

Джек спихнул тело Лили в раскопанную могилу последней Бастинды, и та бесцеремонно грохнулась в открытый гроб.

— Нет! — крикнул Роберт и ударил Джека по лицу. Каждая кость в его руке застонала. — Чёрт, больно как.

— Сейчас будет ещё больнее, — произнёс за его спиной дворф.

Первой мыслью Роберта было сказать: «что же может быть больнее», но не успел он этого сделать, как его затылок встретился с плоской стороной лопаты и всё, что он успел произнести, было:

— Чт'ж'мжжж…?

Его тело, должно быть, привыкло к бессознательному состоянию. Падая на землю, он продолжал слышать происходящее вокруг. К примеру, он понимал, что тянущее ощущение в теле было вызвано тем, что его спихивали в могилу. Удар, который он услышал, был ударом о Лили. Он слышал смех дворфа. Послышался скрежет, который мог быть звуком закрывающейся крышки гроба. Затем последовала серия глухих ударов, означавших, что Джек и дворф закапывают их заживо.

— Держись, Роберт, — произнёс голос в его голове. Он звучал спокойно.

«Значит, это я спокоен», — подумал Роберт, постепенно приходя в себя. Затем безумие и страх охватили его, и он принялся вопить, словно шестилетняя девочка.

Глава восемнадцатая

Обманы и неловкие положения

Роберт никогда не страдал от клаустрофобии. И всё же, погребение заживо вынудило его пересмотреть список пяти самых главных страхов. Поняв, что это бесполезно, он, наконец, перестал кричать. Снаружи он слышал гром, и предположил, что в небе разыгралась буря. Лили по-прежнему лежала без сознания. Можно было предположить, что Элис Бастинда являлась крупной дамой, поскольку Роберт и Лили уместились в одном гробу, а вокруг них всё ещё оставалось свободное место. Роберт задумался, как скоро иссякнет кислород. Вокруг было темно.

— Разумеется, темно, — произнёс голос в голове Роберта. — Ты ж в могиле. Не то место, где светят прожектором, не так ли?

— Ну, хоть ты ещё здесь.

— Надо попробовать её разбудить.

— Не знаю, с чего начать.

— Может, побрызгать на неё водой? — предложил голос.

— Где я воду возьму? Я в гробу.

— Поплюй на неё.

— Не буду я на неё плевать. Это грубо.

— Разумно. Может, ущипнуть?

— Можно попробовать. Куда мне её ущипнуть?

— Ну, может, за шею?

— За шею?

— Ну, ты же не будешь щипать её в интимных местах. Это грубо.

— Верно. — Роберт завозился в темноте, стараясь подтянуть руки к её голове, и нащупал нечто похожее на затылок. Он подумал, что волосы у неё были очень мягкие, как у лабрадора.

— Ты серьёзно сравниваешь её с собакой? — спросил голос.

— Признай, разница не столь уж и велика.

Он сдвинул её волосы в сторону, добрался до шеи и сильно ущипнул.

Произошло сразу несколько вещей. Лили цветасто выругалась, дёрнула рукой и ударила Роберта по носу. Тот тоже выругался, но уже не столь цветасто.

— Ты, что, блин, делаешь? — спросила Лили.

— Прошти, — ответил Роберт, зажимая нос ладонью.

— Где мы?

— Нас зарыли заживо.

— Вот, тварь. Погоди, я до тебя доберусь. Как нос?

— Вроде не сломан. Может, я что-то упустил, но, кажется, этот Джек был на нашей стороне?

— Это всё он. Именно, благодаря ему, дворфу и удалось сбежать. Вероятно, Джек ему помог.

— Но, чего добьётся Джек, когда двери перестанут работать по правилам?

— Давай, обсудим этот вопрос, когда выберемся из могилы?

— И как нам отсюда выбраться? Нас закопали заживо. И вообще, почему ты не паникуешь?

— А ты почему?

— Ну, я уже покричал, — сказал Роберт.

— Могила не слишком глубокая. Всё дело в усилии.

— Твоих сил достаточно, чтобы нас вытащить?

— Нет. Но у того, что внутри меня, достаточно.

Эти слова парили в голове Роберта, ища взаимосвязь. Спустя несколько коротких флэшбеков, Роберт ударился о стену понимания.

— Ты собираешься обратиться, в эту тварь, в оборотня! Забудь; мне уже начинает тут нравиться.

— Роберт, не неси ахинею.

— Ахинею? Какую ахинею? Запах сосновых досок и гниющей плоти приводит меня в восторг.

— Ты несёшь ахинею, — согласился с ней голос.

— Я не несу ахинею!

— Будет не как в тот раз. Тогда измениться меня заставила луна, я не контролировала себя, тварь вырвалась из меня, словно из клетки. Когда я меняюсь по своей воле, я словно выпускаю её через парадную дверь на прогулку. Я её контролирую.

— Уверена?

— Уверена.

— Роберт, мне три сотни лет, я знаю, что делаю. Доверься мне.

— Ладно, — торжественно произнёс Роберт. В этот момент он осознал, что в буквальном смысле доверяет ей свою жизнь. Иронично, но всего сутки назад она изо всех сил пыталась его убить. — И как это будет?

— Мне нужно раздеться.

— Ещё разок? — переспросил Роберт.

— Мне нужно снять одежду, чтобы её не разорвало на части. Помоги мне раздеться.

— Эм… ага, — вот и всё, что Роберт смог представить в качестве аргумента.

Лили скинула обувь. Гроб был два с половиной метра в длину, полметра в высоту и около метра в ширину, отчего пространства для манёвра почти не оставалось. Лили пыталась стянуть с себя свитер, а Роберт возился с ширинкой на её штанах.