Живой Журнал. Публикации 2011 - Владимир Сергеевич Березин

— Ой, я ж совсем забыл, что это мы вас развлекать должны как восприняли бурление говн в своем жж? Каких-нибудь профессионально-денежных последствий не может быть, а то скажут клятые буржуины — не дадим тебе больше книжек биографических писать, и шабаш.

— К сожалению, этот абзац так синтаксически устроен, что я не сумел уловить его смысл.

— Тьфу, в первой фразе после «должны» вместо тире нажал Enter, строчка у меня в окошке набора перенеслась, а вам пошел сплошной текст. А вторая биографическая книжка — это про исход графа Льва Николаевича? Если да — кто был инициатором вы или издательство?

— Нет-нет, не про Толстого. Про Толстого я написал обычный роман, вернее, необычный роман про то как четверо друзей едут из Ясной Поляны в Астапово — на манер путешествия по Темзе лоботрясов Джером-Джерома. А в ЖЗЛ я хочу написать совсем про другого человека.

— У, а про кого? а этот прожект — нынешняя ЖЗЛ — он полностью коммерческий? Хотя бы 5К экземпляров, но расходится «на руки», без советского библиотечного фонда?

— Ну, знаете, если бы я хотел вам сказать про кого — так и сказал бы. Что до коммерческой составляющей, то 5000 экземпляров в серии как раз тот оптимум, который приводит к безубыточности. Сделать стартовый 30.000 — вот это уже риски, а напечатать пять тысяч, а потом, если книга будет знаменитой, допечатать — вот, собственно обычная стратегия крупных издательств.

— А в чём фишка — секретить имя? книжка же рано или поздно выйдет. Если как-то задел — мои извинения, я в ваших писательских вопросах полный… инопланетянин.

— Мне бы вашу уверенность — «рано или поздно».

— Особенности марсианского представления, а почему-то был уверен, что биографические книжки пишут только «с готовым контрактом». А почему Поляков? Отрасль чужая, это видно по обсуждению (на всякий случай — это ни разу не шпилька/подколка/попытка оскорбить).

— Она не совсем чужая — меня давно интересовали косыгинские реформы и история советского машиностроения, и книга собственно про это. Ну и обсуждения-то я такие видел многократно. На моих глазах автомобилисты чуть не в волосы друг другу вцеплялись — понимаете, есть несколько точек в обывательской культуре, которые похожи на спусковой крючок. Тронь его и человека начинает нести: «Да я, да вы! Да пока вы были грязными каплями, я сидел за рычагами боевой машины!»…

Это всё не от глупости даже, а просто человек так устроен. Потом оказывается, что кто-то в ажитации что-то недопонял, но остановиться уже не может. То есть, люди воюют не за истину, а ради самоутверждения.

Тут и хорошо быть чуть в стороне, быть спокойным исследователем. Человек неугомонно самоутверждающийся всегда выглядит глуповато — эта психотерапия не стоит свеч.

В той же книге приведена история молодого (тогда) инженера, что защищал проект в министерстве. Там один начальник уцепился за строчку «исходя из восьмого разряда», и закричал:

— Позвольте?! Какого восьмого разряда?! — по всей стране шестиразрядная рабочая сетка!

Инженер отвечал, что на его заводе, сохранена восьмиразрядная тарифная сетка. Они пошли к какому-то специалисту и тот подтвердил, что да, восемь. И что там сохранили эту сетку в порядке исключения.

А когда я сам работал на заводе, то считал, что больше шестого разряда не бывает. Привычки спорить не имел, и хорошо: ведь скажи мне кто про восьмой разряд, стал бы махать руками и опозорился. А так — просто узнал задним числом.

Такое в истории случается часто, так что полезно быть «над схваткой» — не строить из себя специалиста, лучшего, чем фигуранты, а слушать. Правда, если мне скажут, что секретный советские физики достигли температуры минус триста градусов, тут я фигуранта переспрошу.

— В отрасли предприятие знают по — что выпускает, кто начальники+изюминка(что-то необычное). Поволокли по коридорам+шептун-всезнайка — явный фольклор. 15 минут гугля-8е разряды АБСОЛЮТНО ЛЕГАЛЬНО дожили до конца Союза. Мне стало грустно, а вам?

— Мне стало как-то неловко. Беседует человек со мной, вдруг начинает волноваться, теряет грамматику и синтаксис. Наверное, он чем-то взволнован, надо ему помочь, а непонятно как.

— Березин, спасибо, когнитивный диссонанс рассосался. Вы удивительно точно недавно себя охарактеризовали — «не мешки ворочать». И ведь лет эдак через дцать ваша книжонка станет серьезным трудом/аргУментом в спорах, а написана-то она про людей как раз ворОчавших.

— Вот я и говорю, надо вам как-то помочь, успокоить, налить воды. А непонятно как. И от этого охватывает меня печаль.

— История про прокладки вызвала живой отклик. Не странно ли? Что это говорит о ваших почитателях?

— Что ж в этом странного? Вот если бы я заговорил о женских гигиенических прокладках, а два десятка мужчин это бы с жаром подхватили — вот тогда это было бы удивительно. А уж то, что много мужчин имеют своё мнение об автомобильных потрохах, и высказывают его, впадая в ажитацию — вполне ожидаемо.

Извините, если кого обидел.

08 апреля 2011

История про ответы на вопросы

http://www.formspring.me/berezin

— Знаете, почему сократили размер постов до печатной страницы? Потому что СУП жаден и не очень умен: вместо обрезки тяжелых рекламных бантиков и прочего дизегни, режет тексты юзеров.

— Это не вопрос. Это — утверждение.

— Хорошо, тогда вопрос: доколе? Вы лично не подумываете об альтернативном варианте? Можно ведь транслировать контент оттуда в жж, а в моменты неживости, как сейчас, спокойно обсуждать что угодно, подальше от ЖКХ.

— Мне кажется, что эсхатологическая паника «Нам всем конец, давайте искать ковчег» сродни ажитации вокруг последнего листка отрывного календаря майя и планете Нибиру. Можно, конечно, метнуться и купить акции Компании по Строительству Спасительных Космических Кораблей, но можно и не суетиться.

Будем жить — пить-гулять будем, а смерть придёт — помирать будем.

Рецепт верный:

«1 фунтовый бифштекс и 1 пинта горького пива каждые 6 часов.

1 десятимильная прогулка ежедневно по утрам.

1 кровать ровно в 11 ч. вечера.

И не забивать себе голову вещами, которых не понимаешь».

— Да это не паника, а мысли о втором санузле, безо всякой суеты. Вот вы же завели вопрошальник, и мило отвечаете на вопросы, пока сантехники занимаются первым.

— Нет, этот вопрошальник совсем иная игра — что-то вроде фантов. То есть, это пространство, где некто может мне задать абсолютно анонимный вопрос.

Причём на любую тему — и весь фокус в том, что я не веду здесь диалог (и этот бы не вёл, потому что мне тут диалоги