Я! Мне! Мое! - Боярин

Признаться, это было обидно слышать. Неужели со стороны я производил впечатление совсем уж тупого?

— Девяносто на десять. В мою пользу, — отрезал я.

— Сколько⁈ — от неожиданности лейтенант аж закашлялся. — Побойся бога! Любого, на свой выбор. Какие девяносто? Ты задумайся: девяносто процентов от ноля — это все тот же ноль. Ничего! И без меня именно так и будет. Ладно, ты мне чем-то даже нравишься. Пускай будет тебе тридцать процентов.

Угу. Вот мы и перешли к банальному торгу. Конечно же, соглашаться ни на что прямо вот так сходу я не стану. Но вот поторговаться… чего бы и нет?

— Это так-то в обе стороны работает. Без меня все твои возможности стоят примерно… как ты там сказал? Ничего? Именно так. Я выделю тебе двадцать процентов. Если договоримся.

— Серьезно? А кто будет подставляться и прикрывать все это, м? Или ты думаешь, что кроме меня на всю Империю больше никто не следит за тем, что там творится, и куда расходуются деньги?

Хмм. А вот это серьезный довод. Наверняка следят же. Стоило вспомнить, как мои три тысячи стремительно ужались под влиянием всяких «минусов». Хех, мои… мда.

— Убедил, хорошо. Двадцать пять на семьдесят пять, — кивнул я. — В мою пользу.

— Что?.. Да ты вообще хоть немного представляешь, как тут все устроено…

В итоге сошлись на шестидесяти моих против сорока его. И по довольной лыбе на лице лейтенанта я всерьез подозревал, что он изначально был на такое готов. А то и еще немного подвинуться мог.

Но окончательного согласия я, как и собирался, не дал. Сказал, что подумать нужно. На том мы, собственно, и разошлись.

Ну, в целом вроде бы не так и плохо. Надо будет подробнее про ситуацию с клубами, охотниками и наградами разузнать. В частности, было очень интересно, какой процент с наград брали другие клубы. Не то чтобы это был серьезный аргумент в торге, учитывая прочие обстоятельства, но не помешает.

Не без риска? Согласен. Но другие варианты, что мне на ум приходили, тоже безопасностью не отличались. А если и да, то скорее уж в худшую сторону.

Так что рассмотреть вполне себе можно было.

Обратная дорога до академии прошла не в пример быстрее. Еще бы, ведь об основных подводных камнях на пути я теперь знал.

На проходной меня, однако, снова тормознули.

— Постойте! Алексей, верно? — дядечка в форме охранника торопливо пролистал несколько страниц блокнота. — Вам просили сообщить, что срочно ожидают в деканате. Зайдите, пожалуйста, там, наверное, что-то важное.

В деканате? Ну, точно. Там же со мной отдельно пообщаться хотели. Как там его звали? Преподавателя этого? Станислав что-то там?..

Черт, не запомнил. Многовато новых имен на одного меня.

— Хорошо, спасибо. Зайду, — кивнул я охраннику, проходя мимо.

Был, конечно, соблазн послать их ко всем чертям и чем-нибудь другим заняться. Но что они мне вообще могли сделать? Или предъявить? Да ничего! Тогда может и сходить сразу, чтобы оно в фоне не висело? Сразу со всем закончить и все.

Я решительно направился к деканату. Все равно ведь придется.

Очередная проверка на входе — я дурею с этих мер безопасности — и меня пропустили.

На этот раз нужный кабинет был в другой части здания. Не приемная комиссия, а кабинет моей кафедры. О, как.

Стучаться не стал — все равно их должны были уже предупредить о моем визите. Сразу распахнул дверь и зашел, огляделся.

Не впечатлило. Рабочие столы с экранами мониторов и кипами бумаг. В центре диванчик со столом, на котором вокруг электрического чайника были расставлены коробочки с чайными пакетиками и печеньем. Несколько шкафов для одежды и бумаг. Кулер с водой. Доски на стенах с пришпиленными листами расписаний и инструкций. Да в общем-то и все.

Насколько я мог судить, вполне себе обычный офис.

Но меня тут уже ждали. Присутствовали все те же действующие лица, что и тогда у склада. Станислав как-его-там. Павел Симонович, сменивший спортивный наряд на брюки и футболку. Алина Федоровна, которая недовольно и неприязненно меня разглядывала.

А вот медсестры не было. Вместо нее добавился худощавый мужчина с бакенбардами. Выглядело это странно и неуместно. Никто больше так не ходил, но было непохоже, чтобы его это сильно тревожило.

Мужчина с бакенбардами махнул мне подойти.

Ничего себе, однако, у них тут отношение к аристократии. Хм. А не возмутиться ли? Ладно, послушаю сначала, что скажут.

— Вы — Алексей Божич, верно? — задал он вопрос. — Очень приятно, меня зовут Юлий Александрович, я ваш завкафедры.

На самом деле я уже оставил попытки запомнить все эти имена. Для меня они звучали одинаково непривычно, так что в памяти укладывались еле-еле. Да и насколько мне вообще важно, как именно всех их зовут? Напомнят, если что.

Пускай будет просто завкафедры, раз назвался. Это, наверное, кто-то важный. По крайней мере, сказал он это так, будто я сразу должен был догадаться, кто передо ною стоит.

— Взаимно, — вежливо ответил я.

— С остальными вы уже знакомы?

— Более или менее, — я кивнул. — Так по какой причине вы хотели меня видеть?

— Понимаете ли, какое тут дело…

— Да что же мнетесь, а? — вклинилась, перебивая, Алина Федоровна. Строго и разгневанно сверкнула на меня глазами, хлопнула по столу ладонью. Занятно, при первой встрече я как-то не обратил на это внимания, но этот ее облегающий деловой костюм в паре с яростным видом… Что-то такое в этом было. Смутно будоражащее. Темпераментная особа-то, хм… — Этот мальчишка каким-то образом пробрался в Алый Павильон и уничтожил львиную долю тренировочных экспонатов! Как мне теперь проводить занятия, а? Я вас спрашиваю! И кто возместит затраты на пополнение⁈

Так.