Домик №10 - Наталия Романова

– Значит так, – раздался звонкий голос сестры. – Сегодня в «Русском богатыре» соревнования имени кого-то, я забыла. Неважно. Так вот! На соревнования всегда свободный вход. Начало в одиннадцать утра, ты должна быть там. Адрес знаешь. Жду подробностей и грязных деталей. – На этом Альбина отключилась, а Роза в тишине смотрела на экран телефона.

Да, она пообещала себе не звонить Матвею, не заходить на его социальные страницы и даже на сайт «Русского богатыря», она даже одерживала уверенную победу над собой, но искушение было таким сильным, таким могучим. Пара бабочек металась в истерике, Роза ощущала, как бьются крылышки о стенки живота, заставляя сворачиваться внутренности, мысли и желания.

Быстро зашла на сайт, нашла информацию о соревнованиях. Основные участники – младшие группы, были приглашены другие спортивные клубы, обещали большой спортивный праздник. Далее шли фотографии тренировок малышей, на нескольких мелькнул Даниил, с таким же вдумчивым взглядом карих глазёнок, как и всегда, и все сомнения Розы испарились, словно их и не было.

Даниил по-детски доверчиво пригласил её на свои первые соревнования. Это было существенно для маленького мальчика, важная веха, которую он должен пройти, и Роза хотела присутствовать при этом, видеть его победу или поражение. Порадоваться за него, в любом случае порадоваться. Одно то, что этот малыш прошёл огромный путь, добрался до общей спортивной группы и даже подошёл к первым своим соревнованиям – было огромной победой. Он не боялся выйти на мат и принять бой, как бы громко это ни звучало, а вот Роза боялась увидеть его тренера.

Нет уж! Она пойдёт. Посмотрит и поддержит. К тому же было интересно, как поживает Сёмка Алимов, Рома, Илья Голубь – юная смена Сергея Витальевича. Увидеть златовласика, Олега, узнать про их успехи, поражения, что происходит в их жизнях. Роза и сама не поняла, как эти ребята стали частью её жизни. Она невыносимо скучала не только по старшему тренеру и руководителю, но и по его воспитанникам.

– И не вздумай рвануть прямо сейчас. – Через полчаса позвонила Альбина. Роза в это время скакала на одной ноге, натягивая капрон на другую. – Причёска, макияж, ты должна сиять!

– Альбина… – Роза, наконец, решилась задать интересующий ее вопрос, при этом она отлично понимая, что задавать его бесполезно, Альбина только ощетинится, но ничего не ответит. – А ты не пойдёшь? Клуб Миши, он там тоже будет, я посмотрела…

– Не вижу причин, – отрезала сестра. – Ему надо, пусть он и приходит. Мне предложения не делали, – фыркнула она в трубку. – Ему надо – пусть он и приходит, а так – свободен! – Это прозвучало слишком болезненно, но Роза решила промолчать. Когда Альбина ершится, лучше её не трогать.

В одиннадцать тридцать Роза подходила к зданию в центре города напротив небольшого скверика с бюстом историческому деятелю, коих по было множество, заглушая стуком каблучков собственное громкое сердцебиение и шальной пульс.

Глава 24

Детско-юношеский спортивный клуб «Русский богатырь» располагался в центре города, в нескольких кварталах от квартиры Розы, почти рядом с домом, где была квартира Розенбергов.

Жёлтый, трёхэтажный флигель стоял во дворе-колодце, вход был виден с улицы, через арку. У дверей толпились люди. Мужчины, женщины, дети – преимущественно мальчики, – никто не обращал внимания на моросящий дождь. Ветра не было, да и температура воздуха радовала нежданным теплом.

Роза подошла, робко постояла, не решаясь войти.

– На соревнования, мамочка? – услышала она весёлый мужской голос. Обернулась. Говорил невысокий коренастый мужчина, начавший лысеть, с лукавым взглядом светло-серых глаз. – Правильно пришли. На первом этаже, прямо и налево.

Роза кивнула и двинулась в дверь флигеля. Клуб встретил гвалтом детских голосов, снующими малышами, прорывающимися визгами и запахом кофе. Тут же, в просторном холле, недалеко от гардероба, стояли столы с одноразовыми чашечками, открытыми коробками с чайными пакетиками, сахаром, разложенными по тарелкам печеньем и крекерами. У стены пристроились кулер с горячей и холодной водой и кофемашина. Иногда к столам подходили взрослые, дети же игнорировали сладости.

Сняв плащ в гардеробе, Роза шла по длинному коридору через весь флигель и с интересом оглядывалась. Стены были увешаны информацией для родителей, графиками занятий, соревнований, списками групп и прочей малоинтересной для Розы информацией. Стенд с наградами и грамотами учеников, заслугами тренеров, благодарственными письмами, в том числе от правительства города и федерации самбо.

Отдельно были вывешены фотографии детей не только на тренировках, но и на отдыхе, становилось понятно, что дети клуба «Русский богатырь» живут не только спортом, они отдыхают, выезжают на природу, в другие города на экскурсии. Были фотоотчёты со встреч с именитыми спортсменами, это можно было понять по восторгу на детских мордашках.

И то тут, то там мелькал на фото Матвей. На групповых снимках – по центру. На внезапных, выхваченных из повседневности – всегда с детьми, что-то объясняющий, дающий наставления или смеющийся. Везде Матвей улыбался мягкой полудетской улыбкой. Роза вздохнула, вспоминая, какой ещё бывает улыбка Матвея. Грешной, раздевающей, провоцирующей и обещающей опуститься в стихию такой страсти, что при воспоминании Роза невольно покраснела. Мимо стенда с преподавательским составом Роза проскочила, пряча горящие щёки от встречных.

Зал встретил равномерным, тихим гулом. Розе пришлось разуться и ступить на мягкий синий мат. Она сначала сомневалась, гардеробщица выдала бахилы, а снимать новые туфельки, выгодно подчёркивающие фасон выбранного платья не хотелось. Приглядевшись, она поняла – босиком все. Мужчины, женщины, в цветных носках, белых, черных, капроновых. Юные спортсмены сновали или сидели вдоль стен в специальной обуви – борцовках, почти на всех были самбоки синие или красные. Никто не ходил в обуви, даже старший тренер и руководитель Розенберг М., его Роза увидела почти сразу.

Зал был поделён на две зоны. На каждом участке стоял судья, одетый в футболку с одним рукавом синим, а другим красным. В каждом очерченном ярко-жёлтом круге боролись дети. В основном мальчики, встречались и девочки.

На Матвее была форма судьи, и судил он, судя по всему, самых маленьких участников соревнований. Мальчиков и девочек лет от пяти и до семи, насколько Роза понимала в детях. Малыши старательно боролись, делали подсечки или проходы в ноги, Роза узнала эти приёмы, как и «канарейку» – основной приём самбо. Даже удивительно, как много, оказывается, она знала об этом виде спорта.

Тренеры орали, как оголтелые. «Уходи, уходи, я сказал!» «Давай, давай, давай», «Мостик, мостиком!» «Молодец!» «Держи, держи его!», а то и «Дави его, я сказал!». Роза смотрела ошалевшими глазами и