Римские папы. Люди в белом: от Пия IX до наших дней - Максим Михайлович Ткаченко

В конечном итоге конституция о богослужении, также как и документы об экуменизме и свободе совести, были приняты собором. Практически все иерархи сошлись на том, что церкви необходимо повернуться лицом к современному миру как в своих внутренних делах, так и во внешней политике. Разумеется, полутора сотням интегристов было крайне проблематично противостоять двум тысячам во многом единогласных отцов.

Свою деятельность консерваторы продолжат и на третьей, и на четвертой сессии собора, так и не добившись сколько-нибудь значимых даже для самих себя результатов. Но сдаваться эти люди не собирались. Очередное их наступление произойдет несколько позже, когда придет время воплощать принятые собором документы в жизнь.

Так прошли без малого три первых года правления Павла VI. В отличие от его предшественников, этот папа начал свой понтификат, что называется, с места в карьер. У него не было времени освоиться и разработать программу. Он взошел на престол в период проведения одного из самых грандиозных мероприятий в истории церкви и сразу же был вынужден взять бразды правления.

Понтифик безусловно справился со своей задачей. Очень скоро мы это увидим. День за днем проживая собор папы Иоанна, ставший уже и его собором, Джованни Монтини вложил всю свою душу в это дело. И вот, 8 декабря 1965 года на площади перед базиликой святого Петра состоялось торжественное богослужение в честь закрытия Второго Ватиканского собора.

Результатом многолетней и кропотливой работы стало четыре конституции, девять декретов и три декларации, которые затрагивали самые разные аспекты церковной жизни в современном мире. В нашем рассказе мы затронули только самые значимые документы, являющиеся образцом деятельности церкви внутри самой себя и ее поведения во внешнем мире.

Пока совершалась церемония закрытия, некоторые присутствующие на площади верующие удивлялись, почему они не замечали никаких перемен. Действительно, перед их взором открывалась все та же царская помпезность и ни с чем не сравнимая грандиозность. Но документы собора уже были готовы. Пока они являлись лишь буквами на бумаге, словно дитя в утробе матери. Очень скоро предстоял долгий и тернистый путь их воплощения в жизнь.

Собор занял лишь три года понтификата папы Павла VI. Воплощение идей собора во всей католической церкви займет у него всю оставшуюся жизнь. Образ старой средневековой церковности окончательно ушел в историю. Занималась новая заря.

Глава 43

Такие разные Павлы

1517 год. Солнце давно зашло, а узкие улочки маленького немецкого городка Виттенберга опустели. Только караульные прохаживались туда-сюда, легонько позвякивая металлическими вставками на своих ботинках да задевая алебардами болтающиеся на цепях деревянные вывески. Лишь в нескольких домах еще горел тусклый свет свечей. Оконце небольшой комнаты на втором этаже городского университета проливало бледное свечение через затуманенные стекла.

Там, за деревянном столом, над куском пергамента склонился человек, который, опершись на локти и держа ладонями голову, вглядывался в написанные им строки. Этим человеком был преподаватель Виттенбергского университета, уже не раз упомянутый нами Мартин Лютер. Последние несколько лет он, считавший себя верным католиком, испытывал тяжелейший кризис убеждений, осознавая, что господствующая религиозная доктрина губит церковь. Его искреннее и ищущее сердце не могло согласиться с теми проявлениями в европейской религиозности, которые казались Лютеру извращениями чистого христианского учения.

Он никак не мог смириться с той прогнившей внутренностью, которая тщательно скрывалась за золотыми алтарями и мраморными фасадами. Нет, он не перестал верить в Бога, не отказался и от христианства. Его просто возмущала та бесцеремонная монополия, которую присвоила себе церковь его времен. Неграмотные крестьяне были полностью лишены возможности читать Библию, слушая ее лишь на латыни и в пересказах проповедующих священников, которые и сами далеко не всегда понимали, о чем только что прочитали. Церковная служба, на которую, конечно, каждое воскресенье ходил Лютер, стала все больше его тяготить, а осознание безысходности удручать. В то время нередки были случаи так называемых ореховых месс, когда простые селяне, не в силах понять суть происходящего на богослужении, просто садились и грызли орехи, пока звон колокольчика не оповещал их о наступлении самых важных моментов, о которых народ знал хоть что-то все из тех же проповедей.

Галле-Виттенбергский университет в 1836 году

В то время как верующие самозабвенно грызли семечки, огорчая Лютера своим беспардонным поведением, на Ватиканском холме Рима во всю шло строительство собора святого Петра, ради которого варварским образом разбирался на материалы древний Колизей и собирались деньги по всей Европе. Лучшим способом обогащения оказалась продажа индульгенций, которые освобождали раскаявшихся верующих от временного наказания за грехи. Такая профанация совершенно выводила из себя Виттенбергского профессора теологии, равно как и беспрецедентные притязания римских пап на безоговорочную власть. Словом говоря, разрыв между церковью, ее учением и ее народом был настолько колоссальным, что стерпеть этого Лютер не мог. В один прекрасный день этот человек сел и написал девяносто пять критических тезисов, в которых обличал главные по его мнению отклонения католической веры от чистого христианства. Так зародилась немецкая протестантская реформация. В самом корне этого слова читатели наверняка уже заметили идею протеста. Да, Лютер протестовал. И оказался в своих идеях далеко не одинок.

Джозеф Ноэль Патон. Лютер в Эрфурте

Неоднократно мы вскользь уже упоминали тот факт, что всего через несколько лет влияние реформации на умы тогдашнего населения Европы стало колоссальным, а еще немногим позднее Святой Престол утратил влияние над целым рядом государств. Никто не отрекся от веры. Протестанты призывали не к этому. Их целью было очищение христианства. Удар этот для папства оказался тяжелейшим. Именно тогда церковь, осознавшая весь масштаб происходящего, решилась на ответные меры, которые войдут в историю под именем контрреформации.

13 декабря 1545 года, не в силах более выносить последствий лютеранской деятельности, папа римский Павел III созывает вселенский собор. Открывшееся в итальянском городе Тренто собрание высших церковных иерархов ныне известно как один из самых знаменитых соборов, вошедший в историю под именем Тридентского. Необходимо было срочно решить, что делать церкви для того, чтобы сохранить свои позиции и не утратить верующих окончательно. Как возможно, уже успели подумать читатели, самым логичным в подобной ситуации было бы прислушаться и здраво отреагировать на критику. Но церковное сознание устроено совсем не так и пользуется другими концепциями, затрагивающими иные стороны