Апокрифы Древней Руси - Автор Неизвестен

АПОКРИФЫ ВЕТХОГО ЗАВЕТА

О СОТВОРЕНИИ АДАМА

Апокриф, рассказывающий о создании первого человека, появился в русской литературе в XII в., в составе апокрифической «Книги Еноха» и позже в апокрифической «Беседе трех святителей». В XV в. он попадает в Палеи, но читается и как самостоятельное произведение, например в сборниках монаха Кирилло — Белозерского монастыря Ефросина. В XV-XVII вв. этот текст встречается в древнерусских рукописях в разных вариантах.

Библейская легенда, вкратце сообщающая, что «создал Господь Бог человека из праха земного и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою» (Быт. 2:7), в покрифе разрастается до подробного перечисления восьми исходных начал, послуживших материалом для творения; тело человека соотносится с частями космоса.

Заключается апокриф рассказом об изобретении имени первого человека. Если в еврейской этимологии происхождение имени связано со словом «ādām» — ‘земля’ и с историей о том, как ангелы по приказу Бога приносили по горсти земли с разных мест для изготовления тела Адама, то в греческой книжности имя его стали складывать из первых букв греческих названий частей света — «’Аνατоλή» — ‘восток’, «Δύσις» — ‘запад’, «’Άρкτоς» — ‘север’, «Мεσημβρία» — ‘юг’. В древнерусских списках названия частей света превратились в названия звезд — Анатоли, Дисис, Арктос, Месевриа, из первых букв которых образовалось имя Адам. В других случаях переписчик или редактор уходил от этой проблемы, не приводя ни названия звезд, ни частей света.

Самые ранние древнерусские списки произведения дошли до нас в сборниках Ефросина, переписавшего в XV в. две несколько отличающиеся друг от друга версии. Текст перевода публикуется по списку Ефросина — РНБ, Кирилло-Белозерское собр., № 11/1088. Л.279 об. — 280 об. Порядок перечисления звезд в публикации изменен.

ОБ АДАМЕ И ЕВЕ

Апокриф об Адаме и Еве встречается в древнерусских рукописях под разными названиями. Апокриф дополняет народными легендами краткий рассказ Библии о создании первого человека, согрешении, изгнании его из рая и о некоторых событиях его жизни на земле. Характеризуя апокрифы, А. Н. Пыпин писал: «Там, где библейский и евангельский рассказ был краток и где невольно возникал вопрос, апокриф являлся, чтобы доказать то, чего не было в священной книге, и в представлениях читателя то и другое сливалось в одну цельную картину» (Пыпин А. Н. История русской литературы. СПб., 1898. С. 424).

Различные версии апокрифа об Адаме и Еве встречаются у разных народов — в арабских, эфиопских, сирийских, греческих, латинских, армянских и болгарских рукописях; отразился он в украинских народных сказаниях и песнях. В русскую литературу апокриф пришел из Болгарии, где был переведен в греческого. Но в Болгарии больше была в ходу первая редакция текста, а на Руси — вторая, по мнению И. В. Ягича, здесь и появившаяся не ранее XV в. Этот текст представляет собой рассказ Евы у ложа умирающего Адама и завершается историей путешествия Сифа, сына Адама, с Евой к вратам рая за лекарством для Адама и известием о смерти Адама и Евы. В науке этот вид текста назван «Исповедание Евы».

Греческий оригинал был значительно переработан на славянской почве, в него был добавлен ряд эпизодов, в частности рассказ о том, как дьявол взял с Адама «рукописание», крепостную запись на него и его детей, под тем предлогом, что дьяволу принадлежит вся земля и, только заложившись за дьявола, Адам сможет пахать на ней. Аналогичный рассказ о «рукописании» Адама известен в болгарских народных сказаниях, читается в апокрифе о Тивериадском море. Этот сюжет интересовал русских читателей как намек на социальную борьбу низов против закабаления. Именно так трактовал его в первой половине XVI в. Иван Пересветов в Большой челобитной, приводя слова Петра, волосского воеводы: «Коли Адама Господь Бог изгнал из раю, а он заповедь Божию преступил и тогда дьявол его искусил и запись на него взял. И Адам был навеки погибл, и Господь Бог милосердие свое учинил, вольною страстию своею святою Адама извел изо ада и запись изодрал. И един Бог над всею вселенною, и то есть, которыя записывают людей в работу веки, прельщают, дьяволу угождают, и которыя прельщаются для светлыя ризы да веки записываются в работу, те оба погибают навеки».

Отдельные моменты апокрифа об Адаме связывают его с другими славянскими и русскими апокрифами. Конец рассказа об Адаме, упоминающий, что из венца, в котором его похоронили, выросло дерево, из которого сделан крест для распятия Христа, послужил началом апокрифа о Крестном древе. О путешествии Сифа к раю рассказано в Никодимовом евангелии. Известия о болезнях, которыми Бог наказал Адама, перекликаются с апокрифом о создании Адама, в котором дьявол дал Адаму 70 недугов, истыкав его во время сотворения. Некоторые мотивы апокрифа об Адаме и Еве фигурируют в вопросах и ответах «Беседы трех святителей».

Перевод второй редакции текста апокрифа об Адаме и Еве публикуется по списку РНБ, собр. Погодина, №1615, 1632 г. Исправления и дополнения сделаны по спискам: РГБ, собр. Румянцева, №358, кон. XV в.; собр. Румянцева, №380, XVII в. (оба списка опубликованы: Памятники старинной русской литературы. СПб., 1862. Вып. 3. С. 1–7); Библиотека РАН, 13.2.25 (Яц. 26), перв. Пол. XVI в.; РНБ, собр. Погодина, №1018, нач. XVII в.; РНБ, Соловецкое собр., №925 (1035), кон. XVII в.; Соловецкое собр., №868/978, XVII в. (оба списка опубликованы: Порфирьев И. Апокрифические сказания ... по рукописям Соловецкой библиотеки. СПб., 1877. С. 90–96, 208–216).

О ПОТОПЕ

Апокрифическая легенда о потопе соединяет библейский текст, посвященный этому событию (Быт. 6–8,9:1), со сказкой о дьяволе, пытавшемся помешать Ною спастись, сначала разрушив строившийся ковчег, затем обманом проникнув в него. Сказка о дьяволе в Ноевом ковчеге относится к сюжетам, распространенным в мировой литературе, и встречается у разных народов.

Подчас народная сказка значительно отличается от апокрифа, читающегося в древнерусских рукописях. Например, сказка, сообщенная И. Ф. Буслаевым, названа сказкой про Ноя и Евгу. Бог велел Ною не говорить никому о постройке ковчега, потому что хотел потопить дьявола со всеми людьми, иначе он снова соблазнит весь мир («Лукавый и думает: был бы я цел, грешники будут»). Дьявол спрятался у Евги под подолом, а она могла войти в ковчег только после слов Ноя: