Крылья Алавы - Наталья Романова

Моя соседка уже исчезла в люке. А я продолжала сидеть, наблюдая, как злой старик пытается выковырять из кресла какого-то круоса. Я заглянула в соседний люк и… выдохнула. Под брюхом пикирующей гондолы расцвели желтые крылья парашютов.

Я скосила взгляд в сторону модификанта, но в этот момент пришла моя очередь, и я, проваливаясь в люк, задохнулась от облепившего меня плотного тумана.

За спиной раздался громкий щелчок и надо мной распустилось спасительное крыло из желтой ткани. Фух…

Подо мной медленно плыли серые облака. Слева слышалась отдаленная канонада. Я вспомнила про частые стычки с дикими. Неужели нам не повезло попасть в зону военных действий?

Поднялся ветер и меня стало сносить в сторону. Облака рассеялись и передо мной возникла высоченная бетонная стена Промзоны. И несло меня именно туда, прямо в шиосарскую тюрьму…

Я одной рукой прижала саквояж, а другой попыталась перехватить управление крылом парашюта.

Где-то сверхураздалсяоглушительныйтреск, ина голову посыпались обломки нашего рассыпавшегося окончательно стратолета.

Стена приближалась стремительно, и я уже поняла — приземляться придется внутри, а не снаружи.

Сверху казалось, что толщина заграждения метров десять не меньше. Внизу с той стороны чернели какие-то постройки и коптили черным дымом трубы. Мне даже показалось, что я вижу заключенных, приветственно махающих мне фуражками.

И что, вот так и пропасть во цвете лет?

Я зажмурилась, поднатужилась и услышала знакомый шелест за спиной… Одновременно лопнул ремень безопасности, выпал из рук саквояж…

Я наблюдала как кресло падает и… не падает. Мой саквояж также странно застрял между небом и землей…

Но мне было не до кресла с саквояжем. Знакомые ощущения пьянили — я сумела вернуть себе крылья!

Насладившись триумфом, я спустилась пониже и поняла, что сверху Промзону накрывает какой-то невидимый щит. Потрогала ногой — поверхность пружинила.

Рисковать не стала. Аккуратно подобрала саквояж, стульчик тоже прихватила — мало ли щит не выдержит и свалится мое креслице кому-то болезному на голову. Пусть они и заключенные, но все-таки люди. Тьфу ты, круосы…

Спуститься со стены теперь для меня проблемы не стояло. Крылышки-то были при мне. Зря я волновалась, алава из меня получилась что надо.

Рано радовалась. Крылышки-то были слабенькие. Кое как спустилась, поцарапав о кусты руки и лицо. Оказавшись внизу, решила передохнуть в ближайших кустиках. Следовало сориентироваться на местности и постараться как-то обойти зону военных действий.

И снова не повезло. Не успела я дойти до спасительных ветвей, из них прямо мне навстречу вышел служитель Рыгена. Мимо меня просвистела сизая молния. Старик промахнулся, но сдаваться не собирался.

Я кинулась к нему, намереваясь припомнить парочку приемов из тех, что закачал в нас незабвенный ит Праттен. Но рядом со стариком возник его сосед по полету, и его идур почему-то был направлен не на служителя Рыгена, а на меня!

— Мужик, ты охренел? — просипела я, внезапно потеряв голос.

Модификант похлопал пластиковыми глазами.

— Чего ты ждешь? Бей ее! — воскликнул старик.

Дальше было обидно. Убивать меня модификант решил ударом по голове…

* * *

Белоснежные колонны скрывали старые фрески с сюжетами былых подвигов перворожденных. В нежных серебристых звуках певучих струн настенных водопадов тонул таинственный многоголосый шепот, исходивший из дымного облака, парившего над светящимся радужными переливами источником силы. Напитавшие его все еще лежали у подножья, не в силах подняться.

Кил Ирни с благоговейным ужасом взирал наверх, туда, где шевелились синим отблеском волосы и манили блеском серебряных глаз головы Многоликой.

Ирни уже встречался с Многоликой, но он и подумать не мог, что придется присутствовать на кормежке. Да ему теперь до самой смерти будет сниться сочное чавканье, с которым божество поглощало силы жрецов Рыгена. Глядя на них, Ирни догадывался, что этих модификантов делали специально для этой цели и больше ни для чего. Как сочеталось концептуально это и лютая ненависть культа к измененным, Ирни не интересовало. Хватало и без этого над чем поразмыслить.

— Ты! Тот, что принес мне подарки! Подойди ближе! — разнеслось многоголосое эхо по залу.

Ирни сжался в комок, но поборол страх, заставив ноги двигаться в нужном направлении.

— Что за чудовище ты притащил мне, посвященный?

Ирни склонился как можно ниже, боясь выдать тайну присвоения статуса, и пролепетал.

— О Многоликая, я принес тебе алаву. Ту самую, которую Дейниз Тисс готовил в охрану для императора.

— Ту самую? С крыльями?

— Да, Многоликая. И еще я принес тебе Вечное Сердце!

Послышался шорох, туман раздвинулся и с бортика легко спрыгнула синеволосая девушка в длинной тунике нежного кремового оттенка.

— И где оно? — спросила девушка обычным голосом.

— З-здесь, М-многоликая, — растерялся Кил Ирни.

Он засуетился, отыскивая оставленный у колонны сундучок, а найдя, схватил его и с поклоном протянул перед собой.

Девушка резко выхватила вещицу и попыталась открыть. Сундук не поддался.

— Где ключ? — воскликнула многоликая, пугая Ирни многоголосием и жутким видением — голова девушки размножилась, одна врастала в другую и все они вибрировали, словно управлялись бракованной мыслеформой.

— К-ключ не прилагался, — пролепетал Ирни.

— П-ф-ф, — издала недовольный звук многоликая. Она подала кому-то знак и из-за соседней колонны выступил жрец. Сундучок перекочевал к нему. — Вскрой и принеси мне.

Жрец с поклоном удалился, а Многоликая с сомнением покачала головой.

— Что-то ты мне не нравишься, посвященный. Ладно. Покажи мне алаву. Посмотрим, что там наваял Дейник на этот раз…

* * *

Сознание ко мне возвращалось медленно и как-то неуверенно. Очертания окружающих предметов плыли и покачивались, словно на волнах.

Когда пространство наконец стабилизировалось, я сумела осмотреться и поняла, что нахожусь в клинике. Именно в клинике, а не в медкорпусе школы. В нашем медкорпусе такого количества оборудования не было. Им были увешаны все стены. А с потолка лился странный голубовато-серебристый свет. Воздух вокруг вибрировал и шелестел.

— Это и есть последнее творение Дейниза Тисса? — послышался раздраженный женский голос. — Я хочу видеть ее крылья.

Ну, если что, то я а бы кому крылья не показываю.

Шорох усилился, меня перевернуло, и я зависла между полом и потолком.

— Хм, — задумчиво хмыкнул темный угол. — Красивые… крылья.

Я решила проверить свою боеспособность, но тело мое похоже слушаться хозяйку не спешило.

— Ладно, — сказал темный угол. — Покончим с этим. Проведите ритуал по всем правилам. А то, что останется… на арену.

Послышались удаляющиеся шаги. А из темноты выступил незнакомый модификант.

— Привет, — машинально поздоровалась я. Даже рука дрогнула помахать. Не иначе — от страха.

Модификант не отреагировал на мой нервный порыв. Принялся свое оборудование настраивать.

Надо было