Элайджи в мире эльфов, или Алекса – мой эльф - Валерия Рамирова

Вставать ранним утром, проработав полдня до этого в библиотеке, было ой как нелегко. На улице было еще темно и прохладно. Алекса отыскала в шкафу теплые накидки в виде плащей и принялась писать записку родителям, чтобы они не волновались, когда утром никого не застанут. Упаковав в узелок несколько лепешек из пыльцы и разбудив бабочку, ребята на цыпочках вышли из дома. Элайджи аккуратно вскарабкался на Клу-Клу, и они полетели к месту встречи.

Несмотря на столь ранний час Каллистат уже не спал, словно специально поджидая гостей. Уход за пациентами забирал у него все свободное время и даже время на сон. Но нужно заметить, что любимая работа ничуть его не обременяла, так как эльф здоровья всегда был бодр и оставался в замечательном расположении духа.

– Ранние посетители! – обрадовался Каллистат подлетающим Алексе и Элайджи. – А Скай уже вас заждался. Но вымойте руки, прежде чем зайдете. А «транспорт» можете «припарковать» вон на том цветке, – пошутил Каллистат, глядя на бабочку.

Клу-Клу радостно залетела на цветок и начала бродить по нему своим носиком. Вымывши руки, ребята нетерпеливо поскакали за эльфом здоровья, умирая от желания увидеть Ская. Белоснежная птица обрадовалась посетителям и радостно пиликнула.

– Прости меня, что я тебя долго не навещала, – бросилась обнимать его Алекса. – Но мы наказаны и целыми днями сидим в этой скучной библиотеке. Зато смотри, что я тебе принесла! – И эльфия, положив себе на колени перевязанный узелок, принялась его развязывать. – Лепешки из пыльцы! Твои любимые!

Скай еще раз радостно пиликнул и принялся слизывать любимое лакомство с ее рук. Элайджи погладил Ская по крылу, но тот вовсе не испугался, а доверчиво вытянул голову, чтобы ему почесали за клювом.

– Он к тебе привык, – заметила Алекса. – Теперь вы друзья до гроба. Ой, нам уже пора идти. Гидеон, должно быть, ждет нас у входа. Если он, конечно, не струсил и пришел.

Гидеон действительно ждал их у дверей лечебницы, играя с Клу-Клу в салки. Было очень смешно наблюдать, как нерасторопная бабочка неуклюже разгонялась и бежала на Гидеона, словно разъяренный бык. Гидеон ждал ее до последнего, в нужный момент резво взлетая и приземляясь в другом месте, тем временем как бедное и доверчивое насекомое вертелось за ним, как компасная стрелка.

– Не обижай Клу-Клу, – заступился Элайджи за свою бабочку.

– Ну кто же ее обижает, мы играем. Вот только ходить ей вечно в квачах, – отвлекся Гидеон, и, как только он это сказал, что-то с силой толкнуло его, повалив наземь. – Снимите ее! – барахтался он, пригвожденный к земле Клу-Клу, довольно умостившейся на его спине.

– Так что ты там говорил о квачах? – со слезами от смеха выговорил Элайджи и, стянув бабочку, попросил Каллистата присмотреть за ней некоторое время, пока они не вернутся.

Ведьминский лес сильно отличался от того леса, в котором располагалась лечебница. Даже на территории города Эльфидэя он казался темным и зловещим. Чем дальше ребята заходили вглубь, тем темнее и запутаннее становились тропинки. Пробираться через некоторые места было почти невозможно, если не пригнуться под колючими ветками или не проползти под упавшим корявым деревом. Подолы накидок были испачканы грязной слякотью и то и дело цеплялись за коряги на каждом шагу. Листьев на деревьях почти не было, все они, опавшие и почерневшие, лежали вперемешку с землей и гнойными поганками огромных размеров, единственными, для которых эта среда была благоприятной. Пройдя босиком по болотистой вязкой почве, юные искатели приключений вышли на тропу, покрытую мхом.

– Мы уже точно находимся на территории колдунов и ведьм, – заметила Алекса. – Все как описывалось в книге.

Дальше она уже шла вперед наобум, не имея ни малейшего представления, куда сворачивать и какого направления следует держаться. Но вдруг земля задрожала и ушла из-под ног. С криком Алекса в мгновение ока провалилась под землю. Перепуганные Элайджи и Гидеон бросились к образовавшейся в земле яме.

– Алекса, ты меня слышишь? – крикнул Гидеон, пытаясь рассмотреть что-то в темноте. – Ты в порядке? Я сейчас за тобой спущусь!

Приказав Элайджи оставаться на месте, Гидеон достал из-за пояса маленький самодельный кортик и спустился в яму. Вокруг была кромешная темнота. Наконец Гидеон рассмотрел светящиеся крылья Алексы и бросился к ней.

– Я кажется к чему-то прилипла, – слабым голосом сказала эльфия, пытаясь оторвать голову от того, на чем она лежала.

– Не шевелись, – вдруг сказал Гидеон очень серьезным голосом, оглядываясь по сторонам.

Алекса лежала в самом центре громадной паутинной сетки. Очень медленно он развязал завязанный на ее шее плащ и принялся отрезать кортиком паутину, приклеившуюся к ее волосам.

– На счет три резко взлетаем, – предупредил Гидеон и начал отсчет. – Один, два, три! – И, схватив Алексу, он рванул в сторону.

Паутина запружинила, и гигантский паук стрелой спустился вниз, обмотав и прямо на их глазах прокусив оставшийся лежать в центре паутины плащ.

– Тебе повезло, что ты была в плаще, – усмехнулся Гидеон. – Сюда бы Фейт с ее огненными шариками. Темно, хоть глаз выколи.

– Но ты же эльф дня. Сделай, чтобы тут было посветлее, – посоветовала Алекса, оправившись от шока. – Перспектива быть съеденной волосатым и гигантским пауком меня не очень устраивает.

Гидеон как смог осветил подземную пещеру. Внутри нее тоже был лес, словно он рос «поэтажно» или в разных измерениях. Гидеон поднялся за Элайджи, и все втроем они ступили на загадочную землю, покрытую слоем тумана и пара.

– Может, это и есть то место? – предположил Элайджи. – Помните как было сказано в стихе: «…Но спрятано от глаз долой, В лощине стражей, под землей…»

– Надеюсь, стражи это не пауки, иначе нам никто тут долго задержаться не даст. Сожрут и не посмотрят, что мы эльфы, – прокомментировала стих Алекса.

Наконец, они заметили огромное, царственное, старое дерево, окруженное вокруг множеством других деревьев. Могучие толстые корни врезались в землю, словно клешни, а на толстой коре, будто ступеньки, росли поганки и большие древесные грибы, укрытые сырым мхом. По его стволу, который расходился вверху на четыре части, извиваясь как лиана, росло тонкое дерево-паразит. От четырех толстых, затупленных ветвей-бревен росли тоненькие иглоподобные ветки, среди которых мелькали светящиеся в темноте глаза совы. Внизу дерева было вытянутое большое дупло, в котором спокойно уместились бы с десяток эльфов. Из дупла стали доноситься шорохи, а через мгновение в темноте засияли желтые огромные глаза. Алекса, Элайджи и Гидеон приостановились. Зверь, сидевший в дупле, притаился и затих.

– Выжидает, – прошептал Гидеон, стараясь при этом не шевелить губами. – Готовится к нападению.

У Элайджи и Алексы души в пятки поуходили. Страшный зверь снова зашевелился, и из дупла высунулась ушастая голова галаги. Зверек моргнул пару раз своими непропорционально большими глазами и, отковыряв умелыми