17.20.730: Варежка - AnaVi

Огонь охватит остальное!

И спалит все, что было, есть…

Цедить не будет ведь больное…

«Поднакопилось? Знай и честь».

Из школы курс – не пригодится.

И «БЖД» – внутри не нужен!

Хлам у «ЗВ» уж накопился…

«Смотри, повалит дым из ушек.

Нельзя держать «ЛВ» так долго.

В таких количествах! Сгорят.

Это намек такой, да, тонко…

Смотри, горит уж первый ряд».

Спасти пытаюсь – размещаю…

«По нычкам он уже идет!».

Я запах гари ощущаю…

Их уже вряд ли что спасет.

Градус тот сходит – я пустая.

Не помню черт твоих, своих…

Огонь над нами догорает -

воспоминания двоих!

В бокал

Я так хочу упасть в бокал…

Заполнить его до краев!

Чтоб выпил ты, но не догнал -

что это ты теперь: «мое».

От головы до ног. И больше!

Я в каждой клеточке тебя.

И буду выходить я дольше.

Ты не избавишься вот так…

Как яд, наркотики подсыпав.

Побыл – и слился в тот же миг.

Ты круче же – меня ты выпил.

До дна? Без разницы. Велик!

Пусть никотин – срубает лошадь.

А алкоголь тогда – быка!

Тебя это – никак не гложет…

До эйфории – далека.

Не так я быстро запрягаю,

как еду… Это – впереди!

По крови – в сердце проникаю…

Готов круги мои пройти?

Сны до утра

Сны до утра. Опять мне снишься!

Четверг ли пятница, среда…

Ты не сбываешься и злишься…

Но ведь не скажешь: «на что?». Да?

Приснилась бы хоть раз с улыбкой.

Сказала б мне хоть пару слов…

Я знаю – сказка будет зыбкой.

Буду проснуться хоть готов!

А не когда со злою миной.

Игнор – извечный твой бойкот!

Хочешь казаться гордой, сильной…

Но получаешься, как кот.

Не будь капризной и противной -

в мире хотя б моих фантазий…

Быть можешь нежной и красивой…

Заметь, все – в просьбе. Не в приказе!

Здесь мы – вдвоем. Никто не смотрит.

Хоть не «на публику» здесь, а?

И каждое ведь слово ловишь…

Солнце в глаза – и все: «бай-бай».

Ложусь – и все опять сначала.

Ты ведь опять меня грызешь!

Как будто в жизни было мало…

Думал, порой: «куда несет?».

Расстались – выдохнул спокойно.

Вернулась – вдох. Теперь – во снах…

Ребята буйствуют: «довольно!

Хватит угрюмости в постах».

Как будто повлиять сумею!

Но только – если мне не спать…

Буду я пить… И не трезвея…

Кофе с алкашкою мешать.

Убью все органы, все ночки…

И может, вот тогда – засну.

Когда откажет печень. Почки.

Сердце! Спокойненько умру…

*

Вернешься ты. Вновь за вещами.

Деньгами, связями и… сном!

А я опять сплю за делами…

И просыпаюсь – в экз. одном.

Снег до утра

Я так устала от людей!

Маниакальной их заботы…

Что вижу в них я – только змей.

Иль – ездовых. Тянут поводья.

Тащат к себе – и душат жутко.

Я отключаюсь от сети.

Дарю в ночи себе минутку…

Кто хочет – вот. Я тут. Суди!

За эгоизм и самолюбие.

За нелюбовь к своим родным…

Не видишь ты утопию? Трудно…

Рада! Желаю и другим.

Пусть видят так, как хотят видеть.

Я не навязываюсь им.

И не хочу их взгляд обидеть…

Для них – иной путь. Будь не злым!

Я, как Малахов: «себя, близких…

Любите! Берегите их».

Да и гребу все снег – садистки…

Промокну. Нет таких – других.

Мне холодно там или мокро?

Просто бреду себе в тиши…

Да, без такси. Да, идиотка!

Иду домой в такой глуши.

Две остановки – и я дома.

Мне время нужно – чтоб понять…

Услышать от души – хоть слово…

Саму ее хоть воспринять!

Иду я без людей, машины…

Дорожка вся в снегу. «Идет».

Фонарики. И не души же.

«В ночь выйдет – только идиот!».

И я! Хочу уединиться.

Одна. С собою тут побыть.

И у подъезда лишь проститься:

«прости, мне нужно уходить…».

Закину себя в дальний угол.

Чтоб не увидели они!

И мир мой не был перепуган…

Контраст – снаружи и внутри.

Кровать расправлю. Выйду к окнам.

Для галочки! Таки дела…

И позову вновь – сердце екнет…

Снег будет сыпать до утра.

Трубки

И прекратила брать я трубки.

Не страха – слышать голос твой…

Что вновь начнутся эти муки -

ты не довольна опять мной!

Опять слышу укор и ярость.

А ярость, знаешь ли, не злость!

Они – похожи. Только – малость.

Заканчиваются все на: «ость».

Злость – до мурашек прошибает.

Ярость – враз вышибет весь дух!

И с каждым словом – добивает…

И я жалею, что не дуб.

Что я не дерево с корою.

И не пустое – изнутри!

Чтобы плевать, что ты – со мною:

«хоть вырывай ты, хоть пили…».

Каркас – древесный? Из металла?

Да хоть какой-нибудь уже!

Чтобы пока же ты кричала -

не находилась на ноже.

Не шла по лезвию – босою.

Тупому, ржавому – в местах…

С отсутствием – и резав сколом…

Но шла, качаясь, на свой страх!

Что шаг с конца, что прямо – здесь же.

Вокруг меня – бездна лежит.

Не предоставят мне венец же…

Великомученик! «Борись…

Чтоб вознестись – нужно же падать.

И разбираться тыщу раз».

Такой тут нынче – распорядок.

Не убедит их мой рассказ!

Нужны побои и увечья.

Тогда – меня и вознесут!

Сейчас же – участь человечья…

«Звоночек слышишь? Тебя ждут».

Может, я этого хочу?

Новая часть «Форсажа» в жизни -

маршрутка входит в поворот.

И не сбавляет! Столько жизней…

на вираже открыло рот.

А я сижу – в единоличии.

На кресле. В месте – где одно.

И выражаю безразличие.

Какая разница? Несет…

Водителя! Несет на гонки.

Пусть. Разгоняйся – и лети.

На грани между ж/с – тонкой…

Куда способно привести?

Плевать, успеет ли на тормоз

нажать пред зеброй, остановкой?

Откидываюсь на спинку… Норм, а?

И не разбить ушами б стекла!

Музыка бьет по перепонкам.

И тело будто расслабляет…

Растягиваюсь кинопленкой.

Пластичной