Кредо Хилицера - Сим Симович

— Ты всё так же невыносим, Паркер, — послышался приятный смех Лисы, а я лишь лаконично кивнул и всё же отпил из чашечки свой столь желанный кофе.

Боги, а он и правда чертовски хорош.

Нужно будет определённо заглянуть ещё разок на огонёк. Как говорил Оноре де Бальзак: после чашки кофе всё вспыхивает, мысли теснятся, как воины на поле брани в ожидании славы или же славной смерти. Или он говорил немного иначе? Впрочем, плевать. Ведь я всегда любил кофе и чаще оно заменяло мне все, буквально заставляя работать на чистой силе воли и природной вредности. Так что кофе мой друг, кофе мой враг, кофе стал абсолютной частью меня.

— Настолько понравился кофе? — Лиса ехидно улыбнулась. — Не думала, что Паркер у нас кофеман, тебе больше подходит образ классического лайми. Впрочем, теперь ты и вовсе мало напоминаешь мне того озорного мальчугана. Как быстро они растут, — мечтательно произнесла девушка.

— Напиток богов, — улыбнулся я в тон девушке так же мечтательно. — А твой макиато и вовсе вышел чертовски божественным, так что я определено загляну ещё разок, а может и не раз, — моя улыбка в миг стала более игривой и одновременно слегка хищной.

— Какой же льстец, — Алиса негромко рассмеялась. — Я всегда думала, что это немного не типично для тебя. Но, как я вижу, люди меняются, пусть и не до конца, — отвечая на мою улыбку озорным взглядом она всё так же с жаром продолжила. — Как произнёс однажды наш президент: Кофе — напиток воскресения. Ибо он воскрешает! Так что ты прав, ведь в нашей кофейне и правда божественный кофе, — без лишней скромности произнесла девушка.

— Люди и правда меняются, Лиса, пусть не сразу и не во всём. Да и сколько воды уже утекло? А ведь когда-то мы играли в семью, строили планы, мы были такие наивные дети. Помнишь, как я отгонял от нашего «дома» всех прочих парней, что так мешали нам строить любовь? — погрузившись в воспоминания, я тепло улыбнулся. — Вечно где-то бродили, когда надоело играть, и мы искали приключения на свою пятую точку. Мастерили оружие и смотрели мульты на старом видаке, тебе тогда ещё столь понравилась Атлантида, и я смастерил для тебя кулон с переливающимся камнем. Словно целая жизнь прошла до начала школьной поры, — я вновь улыбнулся погружаясь в приятную ностальгию. — А про кофе я скажу так: он уже не столько напиток, как длинные и уютные разговоры, приятные встречи и милые свидания в кругу друзей и близких; это бодрое утро и мягкий молочный вечер, кофе — это настроение. Настроение жить! Это моё кредо сестричка лисичка… — подмигнув Алисе, я вновь продолжил пить свой макиато.

— И правда, словно целая жизнь ускользнула сквозь пальцы. Хорошее было время. Вроде это и было недавно, а по ощущениям, что не виделись вечность. Помнишь как мы ели сухую лапшу, что так любят эти азиаты? До сих не могу забыть этот шикарный вкус, а ведь она почти ничего не стоила, но была такой вкусной. Скажу только тебе, да и то по секрету, Пит, я ведь до сих пор иногда её покупаю в одном древнем магазинчике у вьетнамцев, когда на душе особенно грустно. Вкус детства, он, знаешь ли, приободряет и даёт силы двигаться дальше, — девушка вновь улыбнулась, но на этот раз в её глазах читалась меланхоличная тоска с толикой грусти и воспоминания о былом.

— Не грусти, лисёнок, ведь всегда можно созвониться и покушать вместе старого доброго рамена. Вот и повод обменяться цифрами, ты же не будешь мне слать всякие фоточки, засоряя почту? — подозрительно бросив взгляд на смутившуюся девушку, я вновь улыбнулся. — Да шучу я. Чего ты такая серьёзная? Или ты любишь слать такие фоточки парням? — задумчиво произнёс я.

— Ты всё такой же несносный, Паркер. — Лиса улыбнулась, и, спокойно взяв телефон из моих рук, набрала номер и позвонила себе, а через секунду уже заиграл имперский марш, и девушка вновь улыбнулась, но уже более ехидно словно и не было секундного смущения минуту назад. — Что, не ожидал? — с каким-то торжествующим вызовом произнесла она.

— Да нет, как раз на это я и рассчитывал, — удерживая маску спокойствия дабы не рассмеяться, я всё так же хладнокровно продолжил. — Лисичка-сестричка снова попалась в мои сети, — девушка в очередной раз покраснела. Интересно, почему она так реагирует на мою дразнилку?

— Паркер, — вновь произнесла она словно это неизлечимый диагноз. — Вот что с тобой делать? И не убьешь же, а то скучно потом будет. Скажи, а ты всегда таким был? — задумчиво проговорила Лиса, смотря мне прямо в глаза, словно пытаясь найти в них ответ на столь мучивший её вопрос.

— За эти годы я сильно изменился, лисёнок. Теряя близких так часто, как я, невозможно остаться тем славным мальчуганом, коим я был в далёкую пору столь славного детства. С годами ты понимаешь, что уже никогда не вернёшься в ту сказочную пору нашей жизни и нужно двигаться дальше, ведь как раньше уже не будет. Детство ушло, и у нас есть лишь воспоминания, что согревают в холодную пору оживляя душу и разум. Но жизнь прекрасна и нужно искать очередные моменты, что перезапустят твою жизнь, а не копаться в поблекшем воспоминании, когда всё было хорошо и ты был счастлив, — грустно улыбнувшись, я продолжил. — Но ничего не поделаешь, и порой приходится что-то терять. Часть семьи, частичку себя или что-то ещё. Таков путь. Ведь судьба это та ещё жестокая сука, но что-то забрав, она даёт тебе нечто взамен. Закон равновесия, правда, это не всегда равноценный обмен…

— Прости. Я не хотела задевать тему, что так болезненна для тебя, — Алиса на пару секунд замолчала. — А как там Озборн?

— Гарри всё такой же. Ну, ты же, наверное, помнишь, что у него на уме были лишь машины и как бы удивить отца. Поверь, за столько лет он совсем не изменился, — моя улыбка стала теплей.

— Впрочем, что ещё было ожидать от Озборна? А это, кстати, не он тебя случайно покусал, а то что-то ты стал таким несносным. Да и на лицо пагубное влияние Озборна, — Лиса озорно улыбнулась. — Ты ничего не подумай, но хорошие мальчики не меняются столь кардинально. А то ты уже и за философию начал задвигать, пусть это и похоже на привычного мне Паркера, но почему-то меня