Правосудие в современной России. Том 2 - Екатерина Владимировна Михайлова

«подсказок» второй стороны, рассчитывая лишь на свою проницательность, опыт, а также указания руководства, прокуроров и существующие методические рекомендации. Конечно, дознанию все же присущи некоторые страховочные механизмы: согласно действующему уголовно-процессуальному закону подозреваемые (их защитники) вовсе не лишены возможностей дачи показаний, объяснений, заявления ходатайств, в том числе права быть допрошенными после уведомления о подозрении в совершении преступления (ч. 1 ст. 223.1 УПК РФ). Но практические воплощения подобных дозволений не могут предопределяться должной осведомленностью данных участников о сущности и содержании подлежащих выдвижению органами дознания уголовно-правовых претензий — исходя из смысла ч. 1–2 ст. 225 и ч. 1, 4 ст. 226.7 УПК РФ, такие претензии належит формулировать только в обвинительных актах и постановлениях, предъявляя их для ознакомления заинтересованным лицам непосредственно перед передачей соответствующих уголовных дел прокурору для последующего направления в суд.

Кстати, именно в этой связи дознание в отличие от предварительного следствия не подразумевает безальтернативности — по письменному указанию прокурора такая форма расследования может быть изменена с направлением уголовного дела руководителю следственного органа для организации дальнейшего досудебного производства (ч. 4 ст. 150 УПК РФ). Тогда как для расследования уголовных дел о более тяжких преступлениях (ч. 2 ст. 150 УПК РФ, напротив четко предусмотрена незыблемая обязательность предварительного следствия.

На основании всего изложенного можно заключить, что дознание и предварительное следствие были и должны оставаться обособленными, располагающими уникальной сущностью формами предварительного расследования. К предварительному следствию нельзя относиться как к олицетворяющему эталонность и являющемуся примером для подражания «старшему брата», а к ординарной и сокращенно разновидностям дознания — как к ущербному и еще более ущербному «младшим братьям». Механизмы предварительного следствия как предполагающие исчерпывающе полное, всестороннее и объективное выяснение всех обстоятельств и деталей случившегося, по-прежнему должны быть предрасположены к использованию по уголовным делам о более тяжких, вызывающих существенный общественный резонанс преступлениям. Тогда как механизмы дознания, напротив, стоит ориентировать на оперативность и кратковременность досудебного производства по уголовным делам о менее значительных, характеризующих сравнительно слабой степенью общественной опасности криминальных деяний с как можно более скорым направлением всех наработанных материалов в суд — в отличие от предварительного следствия его (дознания) лейтмотивом надлежит считать свойственный для работы органов полицейского типа следующий алгоритм.

1. Быстро разобраться в обстоятельствах случившегося.

2. Выдвинуть в отношении лица уголовно-правовую претензию.

3. Скорее передать уголовное дело в суд.

А основной ареной для полноценно-исчерпывающего процессуального познания, изучения личности обвиняемого и решения тому подобных задач по оконченным дознанием уголовным делам следует признавать судебное заседание в первой инстанции.

Глава 3 Особенности досудебного производства по уголовным делам о преступлениях, совершенных мигрантами

§ 1. Понятие мигранта

Досудебное производство по уголовным делам в соответствии с п. 9 ст. 5 УПК РФ — это уголовное судопроизводство с момента получения сообщения о преступлении и до направления прокурором уголовного дела в суд для рассмотрения по существу.

Из этого легального определения следует, что досудебное производство включает в себя две стадии — возбуждение уголовного дела и предварительное расследование. Процессуальный порядок, действующий на данных стадиях, в целом является универсальным[280]. Однако в случаях, когда досудебное производство осуществляется по преступлениям, совершенным мигрантами, наряду с этим имеется определенная специфика, обусловленная как определенными качествами этих лиц, так и особенностями производства следственных и иных процессуальных действий, принятия процессуальных решений, осуществления мер процессуального принуждения и др.

Мигранты, находящиеся в России, так или иначе являются частью нашего общества. По мнению В.В. Бобырева, миграционные процессы имеют значительный позитивный потенциал[281]. Так, это отражено в Концепции государственной миграционной политики Российской Федерации на 2019–2025 годы (утверждена Указом Президента РФ от 31.10.2018 № 622).

Вместе с тем нельзя не принимать во внимание и тот факт, что мигранты как лица с ослабленными социальными связями в более значительной мере, чем остальное население, склонны к антиобщественному поведению, правонарушениям, в том числе и к их крайним проявлениям — преступлениям.

Понятие мигрантов в российском законодательстве четкого выражения не получило. Обычно за основу берутся положения Федерального закона от 18.07.2006 № 109-ФЗ «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации», из содержания которых следует, что мигранты — это лица, которые зарегистрированы на территории России в качестве таковых (на постоянной или временной основе).

Вместе с тем применительно к проблематике настоящего исследования можно сделать несколько добавлений. Во-первых, существуют лица, которые нелегально приехали в Российскую Федерацию или приехали легально, но по различным причинам не зарегистрировались в установленном порядке (так называемые незаконные мигранты). Во-вторых, мигранты с соблюдением определенной процедуры могут получить гражданство Российской Федерации, однако по своему менталитету все равно останутся в группе мигрантов, не смогут или не захотят адаптироваться и интегрироваться в российское общество[282]. И, наконец, в-третьих, существует категория «внутренних мигрантов», когда лица массово перемещаются из одних регионов Российской Федерации в другие по бытовым мотивам, и при этом продолжают вести обычный для них образ жизни[283].

В настоящей работе в дальнейшем будет использоваться обобщенный термин «мигранты», с учетом определенной специфики тех либо иных их подгрупп из числа указанных выше.

§ 2. Особенности возбуждения уголовных дел в отношении мигрантов

Первой стадией досудебного производства, на которой проявляются особенности деятельности в отношении мигрантов, является стадия возбуждения уголовного дела. Сущность данной стадии заключается в том, что поступившее сообщение о преступлении подлежит принятию, регистрации и проверке, после чего принимается решение о возбуждении уголовного дела или об отказе в возбуждении уголовного дела, которое оформляется соответствующим постановлением.

Несмотря на относительно небольшую продолжительность данной стадии, в ее ходе возникают и реализуются весьма важные правоотношения, во многом определяющие дальнейшее движение уголовного судопроизводства.

Деяния, которые совершаются мигрантами, чаще всего относятся к разновидности преступлений, которые принято называть «общеуголовными». В таких случаях сообщения о преступлениях поступают в виде письменных или устных заявлений лиц, непосредственно причастных к их совершению (очевидцы, пострадавшие и др.). При этом поводы для возбуждения уголовного дела, указанные в ч. 1 ст. 140 УПК РФ, имеют равное юридическое значение вне зависимости от того, кто именно обратился с сообщением и в отношении кого оно было подано.

Вместе с тем имеются и определенные особенности. Так, любое сообщение о преступлении в соответствии с ч. 4 ст. 144 УПК РФ подлежит обязательной регистрации с предоставлением заявителю документа. Это требуется во всех случаях независимо от того, какими сведениями относительно лица, совершившего преступление, обладает заявитель. Так, сотруднику правоохранительного органа запрещено отказывать в приеме сообщения о преступлении, если личность предполагаемого подозреваемого не установлена,