Эльд - Борис Белокуров (Усов)

Так, как и быть должно

И лишними кажутся все встречи и взгляды,

Когда всё в мире предрешено

Так вот же тебе в подарок

Все своды небесных арок!

И в этот момент

Меня будит мент

На станции «Битцевский парк».

Январь 1996

Ю-Кун-Кун

Позади остаются города

Города, заготовленные впрок

Незнакомый уснул под шкурой льда

Тот, кто дорог, попал в тюрьму дорог

Та, что краше, чем тот, кто дорог был

Потерялась – сама не знает, где

Ну а я всё на свете позабыл,

Разбежался кругами по воде

Расплываясь в небесной рыбацкой сети

Обручальными кольцами лун,

Я иду траекторией ненависти,

Что направлена в сторону ненависти

Я – холодный алмаз Ю-Кун-Кун

Рождеством. Был я раньше рождеством,

Красотой, перестройкой, пулей в лоб

Не здоровались с хмурым существом

Каблуки невнимательных особ

Взаперти оказавшийся замок

Номер-люкс в позапрошлом январе

В пыль веков превратил бы, если б смог

Всех родных и соседей во дворе

Что за зверь мировой у меня на пути?

И какого здесь века канун?

И я иду траекторией ненависти,

Что направлена в сторону ненависти

Я – холодный алмаз Ю-Кун-Кун

Знаешь, что означает для меня

Запятая на клетчатом листе?

По ступенькам из дымного огня

Дождь прошёл – и они уже не те…

Я – Алмаз

            Над кошмарищем реклам

Ю-Кун-Кун

            Мчатся прожитые дни

Я бросаю разрушенным мирам

Крошки счастья. И счастливы они

Взгляд на небо: кого ещё можно спасти?

Только звёзд охреневший табун

И я иду траекторией ненависти,

Что направлена в сторону ненависти

Я – холодный алмаз Ю-Кун-Кун.

Январь 1996

Недосмотренный сон

Я Лисицин, я лётчик

У меня отобрали крылья

Сижу, с горя пью кипяточек

В берлоге холодной пустой квартиры.

Стая летящих горлиц

Крестами на теле неба

Вышивает стерву-победу…

Но я никогда не поеду

В рай* без памяти

В час без времени

В тёмный двор,

В заколоченный дом,

В недосмотренный сон

Сегодня здесь всё так спокойно,

Но когда-то здесь была бойня

Мясорубки катились по рельсам

И резали всех, кто резвый

Время свистнет в свистульку,

Коснётся руки тихонько

И снова какая-то Юлька

Проводит какого-то Лёньку

В рай* без памяти

В час без времени

В тёмный двор,

В заколоченный дом,

В недосмотренный сон

И назавтра в теплицах прогресса

Расцветёт ракетное лето

Монолит из свинца и железа

Устремится к далёким планетам

Но всё так же будет усталый

Мёрзнуть путник на остановке,

Равнодушно зевать вокзалы,

А в углах шуршать похоронки

Здесь рай[7] без памяти

Час без времени

Тёмный двор

Заколоченный дом

Недосмотренный сон

У нас отобрали джунгли

У нас отобрали опасность

Коммунальные квартиры, талоны на водку

И даже перестройку и гласность

Вот звёзды Большой Медведицы…

Всё, что сбудется – не заметится

И нам остаётся одна романтика

Падения вниз.

Январь 1996, 2019

Сказочная почта

Непроявлено, проявлено —

Всё равно не проявить

Словно срезанная яблоня,

Я опять теряю нить

Есть страна, где сутки литрами

И сады Семирамид,

А здесь размахивают бритвами

Руки бывших Маргарит!

Я – сказочная почта

Спешу по небу срочно

Сквозь всё земное зло

Письмо, а в нём крыло

В счастливый мир, который ждёт родную даль

В родную даль, которой мил счастливый мир

Не поверив осторожному,

Я бегу на жёлтый свет

Ухмыляясь невозможному,

Вру, что мне сто двадцать лет

Испугавшись злого дембеля,

Попадаю под трамвай

За спиной мурлычет Бельгия

И шевелится Шанхай

Погляди глазами смелыми

На детей с глазами кур

Успокой берёзку белую:

«Всё в порядке, mon amour»

Пусть с Востока или с Запада

Нас приходят убивать —

Мы станем чёрными квадратами,

Если красными не стать!

Март-апрель 1996

Зверь, бегущий на ловца[8]

Я как-то шёл в гастроном перед его закрытием

И прохожие не видели моего лица

Потому что я шёл и смотрел себе под ноги

И вдруг я встретил зверя, бегущего на ловца

И я сказал ему: «Зверь, давай скинемся на бутылку

И разопьём её где-нибудь в парадняке.

А ловец подождёт, он спрячет в чулане двустволку.

Поспеши, а не успеем – мы купим напиток в ларьке»

И я сказал: «Посмотри на нелепые серые лужи

И на людей, бегущих с колбасой по домам.

Разве время сейчас, когда ты так нужен,

Самому попадаться на этот глупый обман?»

И ещё я сказал: «Посмотри на эти машины

И на этих детей, вдыхающих клей.

Давай ты не побежишь на ловца сегодня!

В такой весенний вечерок неплохо бы выпить портвейн»

В его туманных глазах словно что-то вдруг загорелось,

И нам хватило даже на две бутылки винца

Но когда я оглянулся назад, на какие-то крики,

Зверь вдруг сорвался и опять побежал на ловца

И я бросился следом, и вдруг я заметил сквозь тополиную сеть

Как зверь подбежал к прекраснейшей женщине и был посажен на цепь

А трава шелестела, заводы шумели, города продолжали