Архонт - Дмитрий Александрович Видинеев

– Ох фифа, – проворчала якутка, впрочем, тоже с лёгкой улыбкой, и пошла в гостиную.

Полина задорно подмигнула Агате и с кружкой в руке отправилась следом. Агата зевнула. Отдых был действительно необходим. Стрелки часов на стене показывали 15:10.

Саяра зашла в свою комнату – оттуда доносилось её тихое бормотание. Полина устроилась в кресле, открыла ноутбук и принялась просматривать в интернете последние новости.

А Агата примостилась на диване, положив голову на декоративную подушку расшитую подсолнухами. Закрыла глаза и подумала о Глебе: смогла бы она его простить? Та, вчерашняя Агата, скорее всего, сказала бы «нет», но сегодняшняя, смотрящая на мир новыми глазами и сознающая, что некоторые вещи не такие, какими кажутся на первый взгляд… О да, ей очень хотелось его простить, найти ему оправдание. Что-то внутри неё противилось тому, чтобы вымазать Глеба чёрной краской, и это было так несвойственно девочке-танку. Мысли о Глебе навевали грусть. Пересекая зыбкую границу яви и мира грёз, Агата подумала: «Как он там?»

Ей снился Тиранозавр.

Древний ящер стоял неподвижно на каменистом берегу океана и глядел на заходящее за туманный горизонт огромное красное солнце. Шкура динозавра отливала медью, океан был цвета янтаря, он искрился, лёгкие волны накатывали на берег и растворялись среди россыпи блестящей гальки и причудливых ракушек.

Испытывая благоговение, Агата подошла и встала возле мощной лапы своего друга. Она слышала его дыхание – словно бы огромные меха с размеренным хрипом сжимались и разжимались.

Ей было так спокойно. Как будто попала в убежище, где нет никаких забот, нет горя, нет тревог. Солнце медленно уходило за горизонт, искрящаяся дорога на воде тускнела, зато на тёмно-фиолетовом небе начали высвечиваться звёзды, образуя доисторические созвездия.

– Ты ведь защитишь меня? Ты и Викинг? – спросила Агата.

Тиранозавр зашевелился, неторопливо и величественно поднял голову к вечернему небу, раскрыл пасть и заревел – словно сотни труб зазвучали, заставив дрожать пространство вокруг, заставив колыхаться воды океана.

Иного ответа на свой вопрос Агата и не ожидала.

Просмотрев новости, Полина отложила ноутбук, поудобней устроилась в кресле и взглянула на Агату. Той явно снилось что-то хорошее, это было видно по какой-то детской безмятежности озаряющей её лицо, по губам, которые едва уловимым намёком пытались сложиться в улыбку.

Полина хмыкнула: быстро же девчонка спряталась в мире грёз от проблем. Молодец. Так и нужно. С её воображением она наверняка видит яркие, прекрасные сны. Но увы, это палка о двух концах, без сомнения и кошмары её реалистичны. Люди с хорошим воображением чаще сходят с ума, фантазия может довести до края.

После напитка Саяры Полина чувствовала приятную воздушность во всём теле, и в то же время лёгкую тяжесть в голове. Странное состояние, медитативное. Полина закрыла глаза и скоро задремала.

Очнулась из-за того, что хотелось в туалет – напиток якутки оказался ещё и эффективным мочегонным средством. За окном зачинался вечер. Агата по-прежнему спала. Протирая ладонями глаза и зевая, Полина поднялась с кресла и отправилась в туалет. Через пару минут, как и прежде ощущая в теле приятную лёгкость, она зашла на кухню и застала там Саяру. Якутка сидела за столом, дожидаясь, когда закипит чайник на плите.

– Как же есть хочется, – пожаловалась Полина, устраиваясь на табурете по другую сторону стола.

Саяра пододвинула к ней пиалу, в которой было немного мёда вперемежку с изюмом и молотыми грецкими орехами.

– Вот. Это можно. А через полчасика ещё травки попьём.

Полина взглянула на содержимое пиалы с некоторым подозрением. Сладкое она всегда старалась исключать из своего рациона, но в этот раз привередничать не стала и быстро расправилась с медово изюмным угощением. И даже ложку облизала. Голод – не тётка.

Часы показывали 17:15.

«Уже скоро», – подумала Полина.

Чайник вскипел. Саяра добавила в уже заваренный травяной сбор в банке кипятка и закрыла банку крышкой.

– Мы пойдём к Надзирателю через Нижний астральный план, – как бы невзначай бросила она. – Поганое местечко. Оно всегда разное. Я там три раза бывала. Первый раз это было какое-то доисторическое болото – папоротники гигантские, зелёные испарения, хлюпающая трясина. Мерзость. Второй раз я попала в лес. Чёрный такой, будто после пожара. Деревья корявые, без листвы. Тоже зрелище не лучшее. А в третий… Даже не знаю, как объяснить… Это было что-то абстрактное и сюрреалистичное, будто взятое с картин Сальвадора Дали. Что мы увидим в этот раз, я понятия не имею. Лишь бы не болото, – Саяра брезгливо поморщилась. – Там ещё будет полно лярв, мафлоков, анчуток, но нам их опасаться не стоит, эти твари липнут только к ущербным.

Полина кивнула. О Нижнем астрале она знала лишь в теории и никогда не горела желанием там побывать. Но теперь придётся. И, слава Богу, что якутка будет рядом.

– Знаете, – расслабленно произнесла Полнина, – а я ведь однажды тоже собиралась забросить магию, – она печально улыбнулась и покачала головой. – Мне тогда двадцать только исполнилось. Я так гордилась собой. Гордилась, что у меня такие наставники, что я довольно способная ученица. Сейчас вспоминаю те времена… Я как будто постоянно была в восторженном состоянии, меня трудно было расстроить. Я сама себе казалась какой-то сказочной волшебницей, которую в будущем ждёт великая миссия: изменить мир к лучшему.

– Молодость, – поставила диагноз Саяра.

– Наивность, – криво улыбнулась Полина. – У меня тогда любовник был, Валера. Перспективный маг. Он обучался у Корнея Семёновича Чеснокова.

– Знаю, знаю, – кивнула Саяра. – Помню. Достойный был чародей и человек добрейший. Будто не от мира сего. Он кажется в автомобильной аварии погиб?

– Да, три года назад. Корней Семёнович был, пожалуй, лучшим экспертом в целительной магии. Поговаривали, что он всю жизнь работал над заклинанием, которое могло бы излечить церебральный паралич, но сам он это не подтверждал. Валера тоже был отличным целителем. Но он как-то всё принимал слишком уж близко к сердцу. Чужую боль воспринимал, как свою. Это, в общем-то, его и сгубило. В Центре узнали, что Валера в течение целого года занимался магической эвтаназией. Пятнадцать смертельно больных, изнывающих от боли человек, он отправил на тот свет. Чёрт, у меня даже язык не поворачивается сказать, что он их убивал.

Слушая её, Саяра рассматривала линии на своих ладонях. Из гостиной доносилось тихое похрапывание Агаты. Полина взяла пиалу, нервно покрутила её в руках.

– Это было гуманно, – сдавленным голосом продолжила она. – Валера усыплял несчастных с помощью магии и, прежде чем спокойно умереть, они видели прекрасные сны. Видели