Перекресток в Никодимске - Ярослав Чеботарев

— Да, одна.

— Не скучно?

— Ну бывает,— призналась Ксения.— Но я думаю — это временно, потом появятся друзья-знакомые. Пока я только с тобой общаюсь.

— У нас тут с этим тяжело,— вздохнула Лена.— Знакомиться негде, в Интернете разве что. Идти для этого в бар или в клуб — себе дороже: разговоров потом будет! — не отмоешься. Я пока замуж не вышла, про меня чего только ни говорили!

— Я вот этого и боюсь тоже,— призналась Ксения.— Как-то неуютно даже.

— Ничего, всё наладится,— улыбнулась Лена.— Будем вместе держаться, уже хорошо. В Интернете опять же общаться можно, так безопаснее. Я даже с классом своим общаюсь, они ребята хорошие. Жаль, что в воскресенье на природу не выбрались.

    В эту секунду Ксении показалось, что по лицу подруги промелькнула тень, но она тут же снова улыбнулась и стала пить чай, так что историчка успокоилась и сказала:

— Мне твой класс тоже нравится, особенно Жанна. Мы с ней позавчера после уроков должны были к олимпиаде готовиться, но сами не заметили, как заспорили на исторические темы — всё закружилось, запуталось, и в итоге целый час проговорили вообще о другой исторической эпохе.

— Это бывает,— кивнула Лена,— у меня на обсуждении произведений часто случалось, я даже строгий план писала, чтобы не отвлекаться. Но иной раз, бывает, зацепишься, и весь план насмарку, зато беседа выходит интересная.

— А ты мне, кстати, так и не ответила, кто твой любимый литературный персонаж,— припомнила Ксения ранее заданный вопрос.— Помнишь, мы в столовой говорили?

— Скарлетт,— Скарлетт О’Хара из «Унесённых ветром»,— после минутного раздумья сказала Лена.— Мне она ещё со школьных времен запомнилась, я ещё классе в седьмом фильм посмотрела, а потом книгу прочла.

— Тоже никак не могла выбрать, чего ты на самом деле хочешь? — с неожиданной прямотой спросила Ксения.— Этим близка героиня?

— Не совсем,— чуть погрустнев, ответила Лена.— Скорее мне она нравилась своей силой и несгибаемой волей. Я не такая, но хотела быть на неё похожей. А тебе какая героиня близка?

— Даже не знаю,— пожала плечами Ксения.— Может быть, Алиса Селезнёва. В детстве точно ею хотела быть. Жить в будущем и работать в Московском Институте Времени. Чтобы потом на машине времени перемещаться в разные эпохи и их изучать.

— А в тебе что-то такое есть,— кивнула Лена.— Ты у нас прямо неожиданно появилась, как гостья из будущего. Ничего про себя толком не рассказываешь, вопросов избегаешь, вон, даже одета всегда строго и наглухо — водолазка под горло. У тебя, может, жабры под ней? Вдруг ты вообще инопланетянка?

— Не инопланетянка! — я же проходила медкомиссию в августе,— засмеялась Ксения.— Просто у меня недавно произошли очень тяжёлые события, мне о них пока трудно рассказывать, просто даже больно, вот честно. Я не хочу тебя обманывать, но сейчас правда не могу, извини…

— Не надо, не надо, я всё понимаю! — закивала Лена.— У меня тоже бывает такое, что рассказывать тяжело. Совсем недавно было, вот неделю назад. Я никому не рассказывала, а сейчас тебе, пожалуй, скажу. Оно и тебя касается, чтобы ты осторожней была…

    Елена во всех подробностях расписала  попытку домогательства Носорога, начиная с запутанной предыстории. Ксения слушала очень внимательно и несколько раз замирала в искреннем испуге, особенно когда подруга схватила её за ногу в точности так же, как это сделал ученик. Когда Лайка закончила рассказ, она с минуту промолчала и произнесла:

— Ну ты действительно храбрая очень. Даже и не знаю, что на твоём месте сделала бы… Может, визжала и убегала, но чтоб так справиться — точно не смогла.

— Главное — самообладание,— гордо сказала Коновалова.— Но я сама жутко перепугалась и психанула. Бутылку шампанского сама выпила, чтобы в себя прийти. И почти целой  коробкой конфет зажевала.

— Да после такого даже на улицу выйти страшно,— продолжила Ксения,— как ты справилась! — я не представляю. А он на уроках больше ничего не делал?

— Нет, ничего. Зыркает угрюмо, и всё. Но когда я на него посмотрю — глаза всегда отводит,— отмахнулась Лена.— Пару раз странные SMS-ки приходили с незнакомого номера, типа «сколько стоит в попу и минет» и ещё похабщина в том же духе, но я не реагировала просто, такое и раньше случалось; просто игноришь.

— Всё равно кошмар! — не унималась Ксения.— Мне тут в туалет учительский лишний раз пойти страшно, потому что рядом с мужским, а тут такое! Я и одеваюсь построже, чтобы меньше глазели, но как-то неуютно, даже с девятиклассниками…

— А ты разве на третий этаж ходишь в туалет? — удивилась Лена,— Это же далеко.

— Ну я беру ключ в учительской и иду… А куда ещё?

— Там же недалеко есть на втором, в конце коридора — для завучей типа; рядом с кабинетом Гидры,— сообщила Лена секретную информацию.

— Но у меня нет от него ключа, и в учительской он не висит.

— На, держи! — Лена достала из сумочки связку ключей.— Сейчас отцеплю, завтра дубликат сделаешь и мне вернёшь. Мне Виктория Филипповна в своё время так дала, я себе сделала. У нас же, блин, на все на четыре этажа один-единственный учительский туалет. Бывает, засядет кто-нибудь, а остальным — хоть вой. А так есть резервный вариант: бежишь, если что, в другой, ключи есть не у всех; там почти всегда свободно.

— А если завуч узнает?

— Ну поорёт и перестанет, подумаешь! — улыбнулась Лена.— Максимум ключ заберут, так ты новый сделаешь. Это ж с твоим кабинетом совсем рядом, вообще удобно будет.

    Они ещё долго болтали о школьных делах, книгах, фильмах и прочем, даже успели добраться до компьютерных игр. Несколько часов пролетели, как десять минут, и Лена пошла домой уже затемно, примерно в десятом часу вечера. На улице моросил мелкий промозглый дождь, она раскрыла зонт и торопливо зашагала к дому. Настроение было очень хорошим, тоска и мелкие проблемы отступили на задний план. Лена думала теперь, как бы ей пригласить Ксению в гости, и жалела о том, что столь бездарно потратила последнюю бутылку шампанского — нечем теперь подругу угостить. Оставалась надежда на День учителя, он же являлся отличным поводом для дружеской встречи, оставалось мужа уговорить.

    Когда она