Несчастные Романовы - Анна Михайловна Пейчева

Он настолько окунулся во всю эту театральную жизнь, что даже приказал провести себе в рабочий кабинет телефонную линию из Мариинского, чтобы слушать любимые спектакли «в прямом эфире».

Из дневника Николая: «18 января. Погода – совершенная весна: 3° тепла с солнцем. Гуляли вместе в саду. Пили чай семейно внизу у Мама. Закусывали: Елена, Николай (деж.) и Сандро. Слушали «Евг[ения] Онег[ина]» в телефон. Ел устрицы внизу в дежур. комнате с Николаем; засиделись до 2 час.»[295].

Семья, работа, дети…

Потом беззаботный цесаревич внезапно превратился в Императора Всея Руси, сразу же женился на неулыбчивой принцессе, и на этом вся его блестящая светская жизнь закончилась. Ходить по премьерам стало попросту некогда. Государственные проблемы требовали круглосуточного внимания. Да к тому же супруга Николая II, императрица Александра Федоровна, театр совсем не любила. Не в ее это было характере. К тому же, очевидно, Александра ревновала мужа к балерине Матильде.

За двадцать последующих лет Николай выбирался в театр считанные разы. Лишь накануне трехсотлетия Дома Романовых возобновил регулярные посещения храмов искусств.

Историк Игорь Зимин пишет: «Складывается такое впечатление, что Николай II в январе и феврале 1913 г. наслаждался давно знакомыми постановками, их он смотрел и слушал много раз. Наслаждался тем, что может разделить радость от увиденного со своими старшими дочерьми. Тем, что может вновь посещать театры, а не сидеть узником в пригородных резиденциях, окруженных многочисленной охраной. Следует отметить, что возобновление «театральной жизни» диктовалось не столько личными желаниями царя, сколько политической необходимостью. Накануне 300-летия династии Николай Романов должен был продемонстрировать политическую стабильность страны, в том числе и тем, что он может в любое время посетить любую точку своей Империи. В том числе и театр. Царь активно демонстрировал себя подданным».

Последний спектакль последнего императора

После отречения от престола царская семья почти год провела в ссылке в Тобольске. Николай по привычке вел ежедневный дневник. Удивительно, но в этих записках – ни слова о мрачных событиях прошлого, нет размышлений о туманности будущего. Зато целые страницы исписаны отчетами о любительских спектаклях, которые ставились под руководством экс-императора каждое воскресенье. В сценках принимали участие дети Николая и немногочисленные слуги.

Играли на французском, английском, и всего один раз – на русском. Это был водевиль Чехова «Медведь» – небольшая пьеса-шутка о том, как один помещик вызвал вдову своего должника на дуэль. В таких вот водевилях Чехов показывал мир мелких людей, убогих мыслей, ничтожных чувств, где царит бестолковая суета и погоня за пустяками. Словом, отличный способ отвлечься от страшной реальности.

В феврале 1918 года Николай записывает в дневнике: «Работали в саду и пилил. После чая репетили. Вечером состоялся спектакль. Сперва шла англ. пьеса – «The Crystal Gazer» («Хрустальный пророк») – Мария и m-r Gibbs, а затем наша – «Медведь», в кот. играли: Ольга, опять Мария и я. Волнений в начале представления было много, но, кажется, хорошо сошло»[296].

Спектакли отнимали все свободное время. Императрица помогала дочерям шить костюмы, Николай Александрович с сыном монтировали декорации. Потом, в замиранием сердца, премьера – пусть для своей семьи, но все же ответственный момент.

Театр для последнего императора оказался единственным средством сохранить рассудок в ссылке. Полное погружение в вымышленный мир позволило Николаю II не сойти с ума от нереальности происходящего. И с царским достоинством принять свою трагическую судьбу.

Что общего у первого и последнего царя из рода Романовых?

Михаила и Николая разделяет три века и множество исторических событий. С 1613 года, когда воцарился Михаил, и до 1917 года, когда закончилось правление Романовых, мир перевернулся с ног на голову несколько раз. Но просто удивительно, насколько Николай оказался похож на своего далекого предка. И по внешности, и по характеру, и по политическому весу, и по отношению к жизни…

Напуганные мальчишки на троне

Оба наших героя получили российский престол совершенно неожиданно, причем в юном возрасте. Михаил стал царем в 16 лет, Николай в 26, что тоже совсем не много для правителя такой многотрудной страны, как Россия. Оба государя были ошарашены своим новым статусом и поначалу совершенно растерялись.

Историк Карамзин про воцарение Михаила: «Избрали юношу, почти отрока, удаленного от света; почти силою извлекли его из объятий матери и возвели на Престол, орошенный кровью Лжедмитрия и слезами Шуйского. Сей прекрасный, невинный юноша казался агнцем и жертвою, трепетал и плакал»[297].

А вот отрывок из мемуаров великого князя Александра Михайловича Романова, который был рядом с Николаем во время кончины императора Александра III: «В эту минуту в первый и в последний раз в моей жизни я увидел слезы на его голубых глазах… Мы обнялись и плакали вместе. Он не мог собраться с мыслями. Он сознавал, что сделался Императором, и это страшное бремя власти давило его. «Сандро, что я буду делать! – патетически воскликнул он. – Что будет теперь с Россией? Я еще не подготовлен быть Царем! Я не могу управлять Империей. Я даже не знаю, как разговаривать с министрами. Помоги мне, Сандро!»[298]

Слушались своих мамочек, а не министров

Первый и последний цари из рода Романовых были весьма подвержены чужому влиянию. Особенно – женскому.

У Михаила была суровая мать – инокиня Марфа. По сути, именно она управляла государством на протяжении многих лет, пока царь набирался ума и опыта. Марфа решала, на ком можно жениться сыну, а на ком нельзя, травила неугодных невест, отправляла их в ссылку без суда и следствия. Инокиня развела при дворе семейственность и коррупцию – все важные посты занимали ее родственники. Вмешивалась она и в церковные дела, в частности, приговорила архимандрита Дионисия к наказанию за ересь.

Николаю приходилось не легче. Императрица Мария Федоровна, в отличие от инокини Марфы, была блестящей светской львицей, однако она также хотела властвовать. Мария Федоровна действовала весьма изящно. Историк Людмила Сукина пишет: «Николай обращался к ней как к человеку более опытному: 13 лет она участвовала в управлении государством, будучи помощницей и советчицей императора Александра III. Но через некоторое время ему пришлось полагаться больше на себя, так как императрица-мать стала злоупотреблять своим влиянием на сына, пытаясь за счет государственной казны