Его сладкая девочка - Кира Шарм

Но он не дает. Быстро вклинивается ногой между моих ног.

Поглаживает мои груди нежно. Скользит руками и я понимаю, что он успел уже выдавить себе на руки гель для душа.

– Никогда никого. Так. Не хотел.

Рвано хрипит мне прямо в ухо, обжигая дыханием мочку.

И…

Вдруг резко сжимает пальцами мои соски. Упирается в мою спину с безумной силой. Так, что я чувствую каждую стальную мышцу на его груди. И не только на груди!

Дрожу, чувствуя, как начинаю просто сползать вниз, царапая ногтями кафель…

– Агата…

Ярослав рвано хрипит мне в волосы.

Резко отрывает руки от моих грудей и я со стоном сползаю вниз.

Накрывает руками мою шею. Заставляет подняться, прижимая меня бедрами.

– Ты согрелась. Агата?

– Я согласна, – выдыхаю, чувствуя, как стучат от сжигающего меня возбуждения зубы.

– Что?

– Согласна. Я… Я тоже тебя хочу, Ярослав!

Наверное, это самая роковая ошибка в моей жизни.

Арбенин может принять меня именно за ту, кто ищет выгодного любовника, а не работу и не знания. Может охладеть, когда возьмет то, чего он хочет и просто вышвырнуть. Из своего офиса и из своей жизни.

Может. Все может быть.

Возможно, именно сейчас я ставлю крест на своем будущем.

Но… Боже! Я не могу больше сопротивляться!

Он вызывает во мне самое настоящее безумие! Ураган в чистом виде! Ураган, который сбивает меня с ног и выбивает их меня все мысли!

– Я,.. Не услышал.

Он резко разворачивает меня к себе. Одним рывком.

Наклоняется к самому лицу, пронзая меня полыхающим взглядом насквозь.

– Это…

– Это да…

Шепчу и сама тянусь к его губам.

Арбенин с шумом выдыхает сквозь сжатые зубы.

Вздрагиваю, когда снова обхватывает мою шею рукой. Резко запрокидывает голову вверх и просто обрушивается на мои губы!

И я…

Я отвечаю на его поцелуй с такой же дикой жадностью.

Сама скольжу нетерпеливо и жадно руками по его телу.

Тянусь к ремню на его брюках, чувствуя, как меня просто колотит.

– Тсссссс…. Не так быстро, малышка.

Он отводит мою руку. Заводит ее над головой.

Медленно, до одури медленно начинает спускаться губами по моему телу.

От подбородка по шее. Вниз.

Прикусываю кожу, а после и соски, заставляя меня задрожать и вскрикнуть от пронзающего удара тока, запрокинув голову.

Арбенин опускается еще ниже. До самого пупка.

Сводит меня с ума, втягивая до одури чувствительную кожу вокруг него.

Прикусывает и проводит ударом языка. Заставляя меня дрожать все сильнее. Просто сгорать с этом безумном огне!

– Пиздец, как ты пахнешь.

Я пытаюсь сжаться, но он рывком заставляет меня раздвинуть бедра.

Раскрывает пальцами дрожащие складочки и вдруг резко ударяет языком по самому клитору.

Врезается пальцем в уже начавшее пульсировать лоно, и меня накрывает такими судорогами, что я практически падаю прямо вниз. Ноги больше не держат!

– Агата.

Он резко поднимается, накрывая мои губы жадным поцелуем.

Моя тело все еще дико бьется в судорогах оргазма.

В промежность упирается его огромный член.

Я ощущаю его жар и голод даже через ткань брюк.

Задыхаюсь от его поцелуя.

Ткань трется о дико распухшие, до одури, до потери пульса чувствительные складочки. И новый оргазм мощной волной накрывает меня так, что в глазах темнеет.

– Моя одуренная. Моя чувствительная.

– Твоя.

Только выдыхаю, изо всех сил впиваясь пальцами в его плечи.

Дрожу.

И прижимаюсь к нему еще сильнее.

По нам обоим хлещут струи воды, но мы их не замечаем. Нас обоих трясет, как в лихорадке.

– Ты согрелась, – хрипло выдыхает Ярослав прямо в мои губы.

А я не сразу даже понимаю, о чем он говорит.

– Я. Хочу. Тебя. По-настоящему.

Шепчу, обвивая его бедра ногами.

– Пожалуйста.

Выдыхаю и тут же прикусываю губу.

Разве так говорят девушки? Разве просят мужчину о таком?

Но все, что происходит, и без того дико ненормально.

А внутри меня все просто изнемогает от потребности почувствовать его. В себе. Полностью. На максимум.

Лоно сжимается и болезненно пульсирует. Внутри больно от этой пустоты!

– Скажи. Скажи это еще раз, Агата.

Глаза Арбенина темнеют.

Он отстраняется, смотрит на меня таким диким, полным желания, настоящего голода, взглядом, что я бы вспыхнула и сгорела бы сейчас, если бы могла.

– Возьми. Меня. Я… Хочу, – рвано выдыхаю, откинув голову на кафель стены.

Сжимая его бедра ногами насколько есть во мне силы.

Потираюсь о выпуклость , которая упирается в меня и бесстыдно стону, выгибаясь в спине от дикого возбуждения.

От безумного желания, которое накрывает меня с головой.

Арбенин глухо рычит и быстро выключает воду.

В оглушительной тишине слышно наше громкое, срывающееся дыхание.

И это… Так порочно. И так дико возбуждающе одновременно…

– Хочу. Тебя.

Повторяю, смакуя эти слова. Уже с вызовом глядя ему в совсем черные глаза. Вздрагивая, когда они вспыхивают чем-то совсем уж запредельным.

– Идем.

Ярослав подхватывает меня на руки.

Я поднимаю ноги выше, обвивая ими его напряженный торс.

Чувствую, как в нем напряжен каждый мускул. Кубики под моими ногами перекатываются сталью.

Он выходит из ванной, вынося меня на руках.

На ходу сбрасывает брюки, откидывая их в сторону.

– Смотри, Агата. Ты сама напросилась. Но… Еще, пожалуй, есть шанс передумать. Даешь задний ход?

Укладывает меня на постель, нависая сверху.

Упирается в нее руками возле моей головы.

– Нет, – шепчу, и сама тянусь к его губам своими.

– Или ко мне.

Арбенин накрывает их таким поцелуем, как будто уже трахает. Жадно толкается языком в мой рот, ударяя до самого горла.

– Этой ночью я не дам тебе спать. Ни секунды, Агата.

Я обвиваю его бедра ногами еще сильнее.

Уже совершенно ничего не соображаю. Все мысли выветрились, выбились напрочь из головы!

Только дикое желание. Нереальная потребность ощущать его в себе.

До боли. До полного одурения и потери контроля!

Тянусь к нему. Сама дергаю бедрами.

Жду мощного удара, который заполнит меня целиком.

Но Ярослав отстраняется. Долго смотрит на меня, любуясь. Пожирая глазами.

Пробегая хищным голодным взглядом с ног до головы.

И… Стыда во мне не осталось больше ни капли.

Я вспыхиваю от этого его взгляда. Перед которым я полностью обнажена. На максимум раскрыта.

– Пиздец, какая ты. Чувственная. Чувствительная. И… Сдуреть просто, какая сладкая!

Он снова возвращается ко мне, нависая. Придавливая тяжестью своего тела.

И я напряженно выдыхаю сквозь сжатые зубы. Впиваюсь ногтями в