Целитель - Gezenshaft

Ощущения подсказывали, что на этой улочке есть магия, особенно в районе Департамента Международной Торговли. Помимо прочего, то и дело среди обывателей мелькали волшебники, но узнать их среди этих самых обывателей было решительно невозможно — и вот пусть теперь говорят, что волшебники не умеют одеваться как обычные люди. Всё они умеют.

Интересно, подозрительно ли я выгляжу, наяривая тут и там кругами? Мой рюкзак, конечно, выдержан в предельно строгом стиле и ничуть не портит образ человека в деловом костюме, но всё же… И самое главное — вокруг нет никаких телефонных будок!

— Молодой человек…

Рядом со мной раздался мужской голос, и я обернулся к говорившему.

Вполне адекватно одетый волшебник лет сорока. Его чёрный костюм-тройка был немного старомоден, но от этого смотрелся стильно, а не старо. Жесты, осанка, лицо и выражение на этом лице — всё говорило о благородном происхождении, как принято воспринимать подобный образ. Вполне обычные каштановые волосы.

Я сходу запомнил все нюансы его внешности, чтобы в случае необходимости ни с кем его не спутать — не люблю я, когда всякие неизвестные мне волшебники так или иначе сами выходят на контакт. При этом я исключаю возможность того, что он работает в Аврорате или ДМП — слишком сильный для подобных дел. Может только если в качестве хобби.

— Вы что-то хотели, сэр? — вежливо спросил я, рефлекторно отзеркаливая нюансы его манер и прочее.

— Смею заметить, это не я кручусь среди этих улочек в поисках неизвестно чего.

Мы стояли буквально напротив входа на территорию старого здания адмиралтейства, спокойно беседовали, а обычные люди обходили нас буквально в полуметре — и это не моя магия.

— В связи с жизненными необходимостями, мне нужно в министерстве магии узнать ответы на пару вопросов. Вот только передо мною возник совсем иной вопрос первоочередной важности, который было бы неплохо решить.

— Позвольте угадать, мой любознательный друг — вам нужен вход в министерство, что расположен на этих улочках?

— Вы довольно проницательны, сэр.

— Это совсем несложно, — чуть улыбнулся незнакомец, и мне стало любопытно, кто с кого тут вообще нюансы движений и мимики срисовывает? — Всё-таки не каждый магглорождённый волшебник знает, где этот вход. Зато практически каждый рано или поздно сталкивается с этой проблемой.

— Вы демонстрируете поразительную осведомлённость о моём происхождении.

— Обратная сторона известности, мистер Грейнджер. Всё-таки ваше имя и колдографии фигурировали в местной периодике, и более того, вы умудрились завести как поддержку среди волшебников, так и завистников, которым до врагов осталось буквально полшага.

— Тут я бессилен, — с такой же улыбкой я чуть развёл руки в стороны.

— Раз уж я тоже направляюсь в министерство, навестить старого друга, то могу провести вас до нужного места.

— Вы бы сэкономили мне некоторое время, оказав подобную услугу. Полагаю, я уже близок к разгадке, — взглянув ещё раз на здание Департамента Международной Торговли, что стояло через дорогу от нас, я добавил: — Он где-то там.

— Вы правы.

Встав на пешеходный переход, мы, как порядочные граждане, хоть и невидимые, дождались зелёного света и перешли дорогу.

— Вы, сэр, — заговорил я, пока мы шли по не самой широкой улочке вдоль здания Департамента, — знаете меня и моё имя, а я ваше нет.

— Верное наблюдение.

И ни слова больше. Лёгкое раздражение мелькнуло на краю сознания из-за того, что этот волшебник подобной манерой разговора напомнил мне себя самого.

— Меня удивляет, — продолжил незнакомец, — ваша открытая речь о волшебстве, министерстве и прочем. Ведь я мог оказаться вовсе не волшебником. Сквибом, что не знает о волшебном мире, но увидевший вас сквозь чары. Или даже каким-нибудь одарённым, но обычным человеком.

— Вы волшебник, и далеко не из последних.

— Вы не могли этого знать наверняка, мистер Грейнджер.

— Верное наблюдение.

Пройдя буквально до конца здания, мы остановились у большой красной телефонной будки, стоящей прямо под камерой видеонаблюдения у одного из входов в само здание.

— М-да… — это всё, что я мог сказать.

Магия от будки ощущалась более чем чётко, и я уверен, что применено было множество различных заклинаний.

— Вас что-то смущает? — незнакомец открыл дверь в будку, в которой внутри оказалось довольно много места — и пятерых вместит, не особо стесняя.

Мы зашли внутрь, и незнакомец снял трубку телефонного аппарата, кинул монетку и начал набирать номер. Мгновенно в трубке раздался женский голос, звучащий довольно механически. Простые вопросы — кто, куда и с какой целью.

— Предпочитаете, назваться своим именем? — незнакомец взглянул на меня.

— Без разницы.

— Гектор Грейнджер и Джон Доу, в министерство магии, по очень важным делам.

Через пару мгновений в нишу для мелочи вывалились два значка, один из которых незнакомец дал мне. Уверен, что его имя фальшивое, а вероятность того, что оно настоящее стремится к нулю. Да и перстень у него немного странный. Вот только я не могу понять причины странности. Может просто потому, что тот камень в оправе кажется неуместным? Он явно не создавался под кольцо. Но мне ли судить о чужих вкусах в подобном?

Кабина внутри будки оказалась лифтом. Очень медленным лифтом, двигавшимся вниз.

— Джон Доу, да?

— Что-то не так с моим именем? — почти искренне удивился волшебник.

— Если оно настоящее, то вам, должно быть, не очень легко. Всё-таки эти имя и фамилия являются стандартными для обозначения неизвестного трупа мужского пола.

— Все рано или поздно становятся неизвестными трупами, а со временем даже костей не останется.

Долгий лифт.

— И всё же, что заставило вас помочь мне в поисках прохода?

— Разве так странно, когда волшебник хочет помочь волшебнику?

— Многое, касающееся волшебников и волшебства — уже само по себе странно. Но куда важнее то, что никто ничего не делает без причины.

— Вы, мистер Грейнджер, считаете волшебников и волшебный мир странным? — в голосе волшебника появились какие-то неуловимые нотки изменения настроения, но даже осколок эльфа не помогал их правильно интерпретировать, и даже нормально «засечь» их вышло с трудом. Моё почтение…

— Не странным. Нелогичным.

— Логика, мистер Грейнджер, наука о правильном мышлении. Вы наверняка рассуждаете, как магглорождённый. Одиннадцать лет взросления в обычном мире неизбежно влияют на восприятие мира, вещей, событий и явлений. Взять тот же квиддич, в котором вы, к слову, довольно успешны.

Чувствовалось, что одним из любимых занятий этого волшебника является разговор ради убеждений, ради доказательств своей правоты.

— Не только мною подмечено, что магглорождённые относятся к квиддичу крайне двояко. С одной стороны — это безусловно зрелищная игра, если говорить о профессиональном уровне. Но с другой, магглорождённые считают её крайне опасной, а все риски травм — неприемлемыми. Но вот откуда такие мысли берутся?

— Очевидно, сэр, из опыта тех одиннадцати лет, — кивнул я. — Ведь магическая медицина способна вылечить любые физические травмы, если человек не успел умереть. За сутки.

— Именно, — кивнул незнакомец, а