Почти как мы. Вся правда о свиньях - Кристоффер Эндресен

лавировать в общественных отношениях. Многие исследователи поведения животных лишь с осторожностью говорят о наличии у тех ментализации и самосознания. Так что, хотя оба теста показывают признаки их наличия у свиней, еще продолжаются споры о том, можно ли считать это доказательством. Тем не менее опыты все же демонстрируют, что свиньи обладают гибким умом и еще многими чертами, присущими животным, интеллект которых обычно считается высоким: шимпанзе, дельфинам, воронам и слонам.

Если свиньи настолько умны, как показывают тесты, это, логично предположить, должно быть видно и по их мозгу? Как ни крути, мы живем в нейроцентрическое время, когда все больше крепнет уверенность, что о многом можно узнать, изучая именно мозг. Пытаясь понять, что есть, в сущности, свинья, мы все больше углубляемся в эти загадочные и туманные дебри. И если вам кажется, что человеческий мозг полон загадок, добро пожаловать на экскурсию по мозгу свиньи!

Начать лучше всего прямо с центра рыльца, потому как мозг начинается с носа. У всех позвоночных мозг тесно связан с органами обоняния. Это значит, что, если у эмбриона удалить зачаток глаз или внутреннего уха, мозг разовьется совершенно нормальным, а вот если систему обонятельных органов (т. н. обонятельный мозг) – он не разовьется вовсе[336]. Удобства ради мозг класса позвоночных животных, к которому относятся и люди, и свиньи, принято структурно разделять на три части: «рептильный мозг», «мозг млекопитающего» (лимбическая система) и «мозг человека» (неокортекс)[337][338]. Такое деление показывает, как развивался мозг на протяжении миллионов лет, когда наши предки еще были рептилиями. Рептильный мозг состоит из мозгового ствола и мозжечка, и его даже уместно назвать самой скучной частью, поскольку она отвечает за автоматизацию и механику выживания. Основная задача мозгового ствола – поддержание жизни, он регулирует дыхание, сердечный ритм и кровяное давление, а мозжечок отвечает прежде всего за моторные функции, такие как движение, равновесие и координация тела, т. е. то, что более-менее сходно у всех, от рептилий до человека.

Дальше начинаются другие части мозга. Поверх рептильного находится мозг млекопитающего, или лимбическая система. Она роднит нас с другими видами, поэтому ясно, что человек – тоже животное. Лимбическая система состоит из различных отделов (гипоталамуса, миндалевидного тела, гиппокампа и таламуса), она помогает нам драться, спасаться бегством, добывать пропитание и вступать в половые связи. Эта четверка – основные движущие силы жизни, которые подталкивают нас к выполнению эволюционной программы: выживать достаточно долго, чтобы оставить потомство. Здесь зарождаются все наши основные эмоциональные состояния, такие как страх, тревога, гнев, сексуальное возбуждение, желание заботиться. Поскольку у всех животных лимбическая система относительно развита, можно сделать вывод о важности этих базовых чувств для жизни людей и животных. Страх способствует выживанию, побуждая нас избегать опасностей, гнев толкает на драку с противниками, возбуждение обеспечивает продолжение рода, а заботливость помогает оберегать потомство и других особей, важных для нашей жизни и размножения. Что касается радости и тревоги, найти им такое же простое эволюционное объяснение оказывается непросто, но с помощью различных методик наблюдения за мозговой активностью и поведением выявить тревогу у животных не труднее, чем у людей[339]. Бесспорно, зафиксировать состояние радости труднее, но, если присутствует способность испытывать тревогу, логично предположить, что должно быть и противоположное чувство[340]. Например, система вознаграждения в мозгу всех млекопитающих одинакова: и у нас, людей, когда нам ставят «лайки» в Instagram, и у свиней, когда они слышат, как жидкий фураж заливают в кормушку, в мозгу происходит всплеск гормона дофамина. А вот утверждения о том, что животные способны на более сложные эмоции, такие как печаль или сочувствие, не говоря уже о стыде, более спорны. Вне зависимости от того, обусловлены ли эти состояния нашей культурой или природой, разобраться в их сути почти невозможно. Впрочем, это не мешает одному из ведущих в мире этологов утверждать, что и животным они присущи[341]. Ясно при этом одно: такие чувства порождаются не только лимбической системой, они требуют более сложных когнитивных процессов, которые протекают в самом совершенном отделе мозга – неокортексе.

Так называемый мозг человека мы подразумеваем, говоря о мозге в целом. Внешнюю сторону большого мозга покрывает кора, которая представляет собой тонкий слой с чрезвычайно густой сетью нейронов и синапсов. Неокортекс разделен на районы с разными функциями, в частности контролирующие мелкую моторику и сенсорное восприятие. Передняя часть лобных долей – так называемая префронтальная кора – ответственна за сложные когнитивные функции, такие как мышление, анализ, воображение, ориентация во времени и речь. Иными словами, именно эта зона представляет собой средоточие всех тех достоинств человека, которые можно уместить в понятие «цивилизованность». Примечательно, что кора и лобные доли есть не только у человека. Они есть у всех млекопитающих.

Так как же определить, разумен обладатель такого мозга или нет? Откуда мы знаем, что человек умнее свиньи, а свинья умнее, скажем, овцы?

Когда мы сравниваем головной мозг разных организмов, первое, что бросается в глаза, – размер. Долгое время это считалось самым очевидным признаком того, насколько развит мозг. Здесь лучше сразу отметить: со свиньями принцип не работает. Свиной мозг весит 100–150 г. По размеру он примерно такой же, как у овцы, и в три раза меньше коровьего.

На счастье свиньи, сравнивать абсолютный размер мозга для определения его сложности – затея совершенно бессмысленная. Мозг человека весит примерно 1300 г – несравненно больше, чем у свиньи, но нам не тягаться со слонами или синими китами, вес мозга которых составляет 5 кг и 8 кг соответственно. Возможно, лучше было бы рассматривать вес мозга относительно веса тела, однако в этом случае человек проиграет землеройке. Получается, ни один из методов не назовешь надежным.

Спутать карты могут сразу несколько факторов. Несколько упрощая, скажу, что различные формы и размеры тела представителей животного царства напрямую связь мозга и тела не отражают. Нейробиологи заметили это довольно рано, и это побудило психолога Генри Джерисона начать исследования. В начале 1970-х гг. он разработал показатель, названный «коэффициентом энцефализации», или сокращенно КЭ, и представляющий собой математическую формулу, которая отражает предполагаемое идеальное соотношение между размером мозга и тела. Если мозг какого-то вида соответствует ожиданиям ученых, исходящих из размера его тела, соотношение равно 1. Если размер мозга больше ожидаемого, то значение будет больше 1, а если меньше, то и показатель будет ниже. На основе этого Джерисон создал эффективную модель для сравнения размеров мозга различных видов животных. В то же время у него получился и простой –