Адепт - Антон Сергиенко

Александра подняла руку.

— То есть, профессор, вы хотите сказать, что кто-то в культе узнал об этой системе подготовки и смог применить?

— Сомневаюсь, что именно узнал, скорее — изобрёл заново. Дело в том, что тогда из-за этой системы начали в промышленных масштабах изымать из семей слабых магов, у которых были лишь зачатки способностей. А их ведь было очень много, да и сейчас огромное количество. Скрыть абсолютно наплевательское отношение к жизням подобных магов армия не смогла, и когда в народе прознали что именно с ними делают... Особенно с их детьми... Начались восстания. Их можно было подавлять — и их подавляли, порой крайне жестоко, — но армии всё равно надо чем-то питаться и откуда-то набирать рекрутов. Которые не шли, несмотря на чудовищную угрозу со стороны нежити. Так что, для того чтобы успокоить многочисленные бунты, командованию пришлось сделать из архимага Мори "козла отпущения", а все её наработки показательно сжечь на костре вместе с ней.

Снова поднялась рука, но Ульрик лишь отмахнулся.

— Да, я понимаю что наверняка остались копии, только попасть к культистам они никак не могли. Но то, что у них есть настолько хороший маг школы Разума, который способен воссоздать что-то подобное системе Мори, само по себе ужасает.

Тишина.

— Это всё, конечно, при условии что данная версия верна, ведь существует ещё несколько. Но мы ушли от темы занятия, давайте поподробнее рассмотрим понятие барьеров между кругами...

***

Когда прозвенел звонок и группа потянулась в сторону двери, я привычно пропустил всех впереди себя, поскольку с моей скоростью торопиться куда-либо смысла не было. Позади осталась лишь Александра, которая решила что-то уточнить у профессора, да Сергей, что остался с ней за компанию.

Пока я спускался вниз и шёл к выходу из корпуса, в моей голове уже зарождался план идеального вечера, который затем перетечёт в отличные выходные. Не идеальные, поскольку в субботу всё-таки придётся съездить в Академию, но тем не менее полные блаженного безделья и погружения в одну из книжных вселенных. Или игровых, или анимационных — вариантов было несколько, оставалось лишь выбрать.

И, само собой, я не собирался идти на поводу у Анны и посещать могилу Учителя. Делать мне больше нечего... Тем более, после сегодняшнего экскурса в историю, как-то вскользь брошенная им фразочка: "Эх, Марк, а вот раньше бы из тебя уже такого шикарного Магистра сделали!.." заиграла новыми красками.

Ну, как и ожидалось от этого мудака, ничего удивительного на самом деле.

Пребывая в лёгкой задумчивости, я вышел из белого корпуса теормага на улицу. Морось, которая продолжалась всю ночь и всё утро уже закончилась, и белокаменную башню в центре площади освещало яркое полуденное солнце. На сегодня оставалась ещё одна пара, так что зайти в столовую казалось мне довольно логичным решением...

На быстрый цокот каблуков, перемежающийся со всхлипами, я обратил внимание далеко не сразу. А когда обратил, было уже поздно — ладошка явно чем-то взбешённой блондинки стремительно приближалась к моему лицу.

— ТВАРЬ!

Звонкая пощёчина.

Дёрнувшись, в полном охреневании и с горящей огнём щекой я посмотрел на залитую слезами девушку.

— ПОЧЕМУ ВАМ, УБЛЮДКАМ, ПРОСТО НЕ ЖИВЁТСЯ СПОКОЙНО?! КОНЧЕНЫЕ МРАЗИ!

— Ты вообще о чём?..

Вокруг нас быстро начала собираться небольшая толпа народу, а к девушке подлетели её подруги:

— Марин, ну ты чего, успокойся!..

— ДА КОГДА УЖЕ ВСЁ ЭТО ЗАКОНЧИТСЯ?! ПОЧЕМУ МЫ ДОЛЖНЫ ТЕРПЕТЬ ЭТУ ПАДАЛЬ У СЕБЯ ПОД БОКОМ?!

— Не стоит он того, давай отойдём отсюда...

— ВЕРНИ МНЕ БРАТА, ДЕРЬМА КУСОК!

Девушка вырвалась из объятий подруг и снова кинулась ко мне, занося руку для нового удара.

Я убил её брата? Когда? Позавчера, в районе желаний?

В любом случае, снова получать по лицу я не собирался, и перехватил руку девушки на полпути...

И тут же отпустил, поскольку уши мне резанул её резкий вопль. Блондинка горько зарыдала, упала на землю и сжалась в комок.

— Эй, ты че...

— Он чё ей, руку сломал?!

— Ты совсем охерел, нелюдь?!

Из толпы ко мне выдвинулось несколько массивных парней, а глядящие с ненавистью девушки быстро увели бьющуюся в истерике подругу в сторону.

— Да в смысле сло...

— Не умеешь решать вопросы цивилизованно? Так сейчас научим!

Меня обступили и крепко схватили за плечо. Всего за несколько секунд ситуация накалилась — а кристаллы на территории Академии, вне стадиона, носить запрещалось. Я был безоружен.

Попытался рвануться — без толку. И сразу же мне прилетел очень мощный удар под дых, а когда меня чуть ли не согнуло, не сдерживаясь добавили и по лицу.

Я выронил трость и упал. Мысли уже были спутанными, и пинки по рёбрам и почкам я воспринимал как-то отстранённо. Вроде бы чей-то ботинок разбил мне нос... Затем раздался резкий выкрик Александры, после которого началась сумятица... Я попытался нашарить рукой трость — дорогой, блин, артефакт, сломают ещё...

— Прикрой голову!

Логично. Но я не успеваю — мне прилетает по затылку.

Темнота.

***

Серый потолок был мне абсолютно незнаком. Как и белая простыня на моём голом теле. И первые мгновения после пробуждения я вообще не понимал где нахожусь и что происходит.

Затем мысли прояснились. Голова заработала в обычном режиме, и всего пары взглядов по сторонам хватило, чтобы узнать в помещении мед.кабинет.

— Очнулся, Иш'элиан? Как самочувствие?

У окна, неподалёку от моей койки сидел зеленокожий орк, который судил Ринину дуэль и состоял в дисциплинарном комитете. Его рычащий голос окончательно вернул меня в реальность.

Я осторожно подвигал всеми частями тела.

— Как новенький.

Надо мной явно поработал целитель.

Орк кивнул.

— Произошедшее два часа назад помнишь?

— Эмм... Да.

— Расскажи.

— Вышел на улицу, на меня накинулась студентка. Начала орать и бить, я заблокировал один из ударов. После этого она забилась как припадочная, а на меня напали какие-то шкафы... Примерно с тебя ростом и по комплекции похожие, только люди. Наверное. Затем меня начали бить по голове, я потерял сознание.

Молчание. Тяжёлый вздох.

— Пятьдесят разумных видели, как ты схватил девушку за руку, пятнадцать человек утверждают, что слышали при этом хруст. Сама она пришла к врачу с переломом.

— Наглая ложь.