Последний Паладин. Том 9 - Роман Саваровский

В углу горела печь с обуглившимися кипами спешно сожженных бумаг. Серверные диски были выдраны, аппаратура повреждена и практически не работала, за исключением нескольких уцелевших мониторов.

Заваленный проход, а также тот, из которого пришли мы с Котом, были внешними укрепленными воротами. Кроме безжизненных лабиринтов там ничего не было, а вот отсюда, из сердца лаборатории, вместе с трубками и кабелями, вглубь вели еще четыре внутренних коридора самой лаборатории.

Лиса присоединилась ко мне спустя минуту. Помимо завалов и трупов под ними погребенными, ей мешал пройти барьер, который чистой силой продавил Кот. Лиса выглядела спокойной и полной сил. Разве что виновато отвела взгляд в сторону, когда подошла ближе.

— Ошибки обсудим позже, а сейчас это, — ткнул я пальцем на транслирующие изображения с камер мониторы, — что ты видишь?

Лиса с готовностью кивнула и ее лицо посерьезнело. Девушка быстро пробежалась взглядом по экранам и взор ее остановился на комнате с клетками, где Амелия освобождала изнеможденных людей.

Щелчок пальцев и там появился хомяк, начавший сразу прогрызать замки, чтобы оказать помощь Амелии и ускорить процесс.

Плюс балл Лисе за внимательность.

Я же стоял молча, позволяя ей самой определить приоритеты и разобраться в ситуации.

Вторым внимание моей ученицы привлек монитор с закрытым лифтом, у которого сгрудились два десятка людей в белых халатах и примерно три десятка боевиков с гербами Клана Смерти. Все они окопались в обороне и ощетинились оружием, в ожидании пока запустится и приедет спасительный подъемник.

Увидев это, Лиса перевела на меня вопросительный взгляд.

На что я отрицательно мотнул головой и приказал: — Кот, работай.

— Мрр-ргхх!!! — воинственно прорычал мой фамильяр и безошибочно умчал в нужный коридор.

Лиса недовольно скривилась, что отправили не ее, но ничего не сказала.

Я же ткнул пальцем в мерцающий монитор, на котором в самом углу двигалась небольшая группа одаренных. Они были не так тяжело вооружены, как те, что засели у лифта, но двигались быстро и уверенно.

— Куда они идут? — тут же напряглась Лиса.

— Полагаю, зачищать живые улики, — ответил я без улыбки.

— Живые улики? — подняла бровь Лиса и ее взгляд тут же скользнул на монитор с Амелией, — вот же уроды! Сколько у нас времени?

— Сорок секунд до контакта.

— Хватит и десяти, — облизнулась Лиса и подняла руку, постояла так задумчиво пару секунд, после чего опустила и скрылась в тенях.

Стоп, она только что хотела жахнуть по ним танком отсюда? Жаль передумала. Я бы на это посмотрел. Вокруг сейчас такой стихийный хаос стоит, что призвать точно теневой карман на расстоянии задачка не из простых.

Нужно идеальное чувство собственной стихии и возможность безошибочно отделить ее от других.

Я уже на том, как быстро и четко Лиса смогла метнуть хомяка в помощь Амелии это заметил. Связь Лисы с миром Теней растет впечатляющими темпами и это не может не радовать.

Сам же я сладко потянулся и направился в противоположный от остальных коридор. Обманчиво пустой и тускло освещенный. Сирены тревоги тут не работали, не было никаких камер, а также ни одна из трех защитных перегородок не была опущена.

Я спокойно прошел до распахнутой настежь двери и вошел внутрь слабоосвещенной комнаты. Все ее стены были увешаны десятками отключенных систем вентиляции, а посередине стояла металлическая кушетка, на которой сидел человек в черном балахоне.

— Ну здравствуй, подрывник, — приветливо махнул я рукой, узнав сбежавшего мужчину с видео по отравлению водохранилища.

Голова человека слегка поднялась, и на меня из-под капюшона молчаливо уставились два едко-зеленых огонька глаз.

Его бледное молодое лицо не выражало никаких эмоций и выглядел он один в один как тот всадник Голода, которого я убил в лесу Долины.

Только вот стихийный ответ этого радикально отличался. И вот совпадение, излучал он второй запрещенный аспект Смерти.

Чуму.

Я думал на том видео мне показалось, но нет. Это несомненно Чума. И если наличие в этом времени одного всадника я мог списать на совпадение, то два это уже не шутки.

Словно уловив мой настрой, бледнорожий владелец балахона зашевелил челюстью и едва слышно произнес: — зарази…

Мутная ядовитая дымка стекла по его правой руке, после чего превратилась сначала в поводья, а потом и белую, словно сотканную из одних костей лошадь. С призывом фамильяра, стихийный ответ одаренного усилился десятикратно, а вокруг на стенах шумно заработали десятки вентиляторов.

Я же стоял, с любопытством наблюдал за представлением, и подмечал моменты, которые упустил при встрече с первым всадником. Например тот, что не фамильяр подчиняется всаднику, а наоборот. Это всадник всецело подчиняется фамильяру.

Спросить каково это быть марионеткой костлявой белой кобылы я не успел, потому что бледнорожий резко вскинул левую руку.

А вот за этим просто наблюдать уже опасно, — пронеслось в голове, и я потянулся к энергии мантии.

Всадник раскрыл ладонь и подбросил вверх газообразный зеленый шар концентрированной чумной энергии. Шар, который должен был разорваться, выбросив энергию в специально подготовленные вентиляционные шахты, однако он не взорвался и завис в воздухе.

Три секунды потребовалось бледнорожему, чтобы понять, что произошла осечка. Он поднял свою башку и его бледное лицо впервые озарила эмоция.

Это было удивление.

Его зеленый шар оказался плотно укутан тканью с мерцающими перламутровыми прожилками. Энергия мантии сдерживала рвущийся наружу чумной газ.

Вентиляционных труб я тут насчитал четыре десятка, а куда и зачем они ведут, мне подробно расскажет один бледнорожий ублюдок, который, вернув взгляд на идущего меня, вдруг испытал свою вторую эмоцию.

Страх.

Глава 23

— Что… что… говоришь, случилось? — медленно переспросил обманчиво любезный женский голосок.

— Четвертая лаборатория потеряна, — терпеливо повторил мужчина и переложил трубку поудобнее.

Молодой Князь Смерти сидел в небольшой черной комнате, на столе рядом с ним располагалась глиняная миска с какой-то похлебкой, а на стене перед глазами была раскрыта голографическая карта подземных горных тоннелей. А напротив метки с цифрой четыре, в нижней области карты мигал красный крест.

— Рановато, — недовольно цокнула язычком Октавия, — ну да ладно. Сколько убил наш подарочек?

—