Сама невинность для магната - Ольга Грон

— Она слишком молода и наивна. А вы решили ее использовать, — наступает на меня эта грозная женщина.

— Глупости. Алине почти двадцать два года. И она в состоянии сама решать, с кем ей проводить время. Мы оба свободные люди.

— Вот именно! Она намного моложе вас!

— Лишь на тринадцать лет, — парирую я, стараясь не повышать голоса.

— Это большая разница. Вы ведь понимаете сами, Герман Назарович. К тому же у вас разное социальное положение. Поиграетесь — и бросите. А ей потом страдать.

— Почему вы вдруг решили, что я ее брошу?

— Потому что так оно всегда бывает! Мы не в романе, где случаются чудеса — и мужчина вашего круга не женится на бедной студентке. У нее нет приданого. Мы живем втроем в обычной хрущевке. А вы… купаетесь в роскоши.

Хочется сказать, что Алина тоже будет купаться в этой самой роскоши, если останется со мной. Но я пока толком не узнал, как она ко мне относится. И сам ничего не предлагал. Вдруг она мне еще откажет? Решаю не торопить события.

— Уж не знаю, какие романы вы читаете. Но поверьте, у меня самые что ни на есть серьезные намерения.

— Я вам не верю! Может, это вы сейчас так думаете. Но когда первый порыв пройдет, вы поймете, что она вам совершенно не подходит.

— Это решать нам. Но никак не вам. Если не возражаете, мне нужно ехать. Дела не ждут, — пытаюсь улизнуть от настырной особы.

Может, со временем я и привыкну к ее причудам. Но сейчас совершенно нет на то настроения. У меня на работе и правда завал, после командировки накопилась масса разных дел, которые нужно решать незамедлительно.

— Настоятельно советую вам больше сюда не приезжать, господин Касаткин! — цедит мать Алины сквозь зубы.

Уж не знаю, чем я ей так насолил. Вроде бы только познакомились. И мне заранее жалко Вишенку, которой придется выслушивать нотации этой «праведной особы». Надо будет поговорить с ней об этом на работе.

— А я настоятельно советую прекратить вмешиваться в личную жизнь Алины. Она давно не ребенок. Так что хватит пустых поучений. Подумайте лучше о себе, Ирина Владимировна. Больше будет пользы для всех окружающих.

— Это уже не ваши заботы. — Она бегло смотрит на часы и явно злится за задержку. Видимо, опаздывает в школу. Будто это я виноват, что она решила прочитать мне, взрослому и независимому мужчине, мораль.

— Вам пора идти, кажется. И мне тоже. Приятно было познакомиться, — бросаю я, направляясь к машине.

Но неожиданно вспоминается вчерашний разговор с Алиной, и я возвращаюсь к Ирине Владимировне. Нагоняю ее, пока она идет, гордо подняв голову.

— Постойте. У меня есть к вам один вопрос. Алина рассказывала мне о своем отце. Настоящем отце. Вы можете сказать его имя? — выдыхаю прямо на ходу.

Женщина останавливается и удивленно смотрит на меня.

— Почему вы вдруг о нем спросили?

— Она очень похожа на одного человека, которого я неплохо знаю. Таких совпадений просто не бывает. Обещаю не говорить ей, если вы не хотите. Но я должен знать правду. Это важно для меня самого.

С минуту Ирина Владимировна молчит, на ее лице, довольно красивом, если присмотреться получше, мелькает целая буря эмоций. И я уже предполагаю, что она ничего не ответит мне, как и своей же дочери. Промолчит. Или скажет, что это не мое дело. И в чем-то даже будет права. Кто я такой, чтобы об этом спрашивать?

— Ее настоящий отец — Игорь Вольский. И я не хочу, чтобы моя история повторилась с моей дочерью, — вдруг выпаливает она. — Если у вас больше нет вопросов по существу, вынуждена откланяться.

Она уходит, а я стою несколько минут на одном месте, пытаясь переварить информацию, о которой уже, в принципе, подсознательно догадывался. Просто наконец-то получил подтверждение. Внешнее сходство Алины и Кристины — вовсе не случайность. Я сразу должен был понять. Но как-то все закрутилось-завертелось. И я почти уже и не думал о Кристине, пока не встретил ее случайно в чертовом театре.

Алина нравилась мне вовсе не потому, что похожа на свою сестру. Хотя поначалу я и впрямь обратил на нее внимание именно по этой причине.

Я влюбился в нее, как в отдельную, самостоятельную личность.

Влюбился в добрую, немного наивную девушку, которая не умела притворяться. У них с Крис совершенно разные характеры. И мне нравится нрав Алины.

Мне все вообще в ней нравится. Ее упрямство, ее ум, ее доброта и отношение к окружающим. А еще самоотверженность — ведь именно она помогла распутать махинацию Митяева, который решил из-за давних обид испортить и мою жизнь, и мою карьеру.

Запоздало соображаю: мать Алины так и не сказала, что я должен хранить ее секрет. Словно сама устала за два десятилетия от своих же тайн. Или не могла рассказать правду дочери и предпочла, чтобы это сделал за нее я…

А вчера Алина обмолвилась, что очень хотела бы познакомиться с отцом…

В раздумьях усаживаюсь за руль. Как вдруг на телефон приходит сообщение.

Градов интересуется, подумал ли я над его предложением.

Что ж, раз уж обстоятельства складываются таким любопытным образом, будто сама судьба благоволит примирению с Вольским, так тому и быть.

«Я согласен. Назначайте нам с Игорем Дмитриевичем общую встречу», — еще раз все обдумав, пишу Градову.

«Я знал, что умный человек и меня не подведете», — тут же откликается инвестор.

В офисе меня встречает Ксения, которая уже включилась в работу. Выглядит она шикарно, без всякого преувеличения. В стильной юбке до колена и туфлях на устойчивом каблуке. Грудь, обтянутая шелковой блузкой, кажется, вот-вот вывалится наружу, но уж я-то знаю, что подобного не случится. Она слишком хорошо умеет интриговать и флиртовать, но при этом не даст спуску любому, кто посмеет посягнуть на ее прелести. Я и сам раньше любил на них смотреть, хоть и не спал с Ксюшей, чтобы не мешать личное с рабочим. Но теперь мои мысли занимает совсем другая девушка, и я оцениваю наряд секретарши вскользь, продолжая крутить в голове воспоминания прошлой ночи.

— Как же вы без меня, Герман Назарович? Надеюсь, практикантка, которая меня замещала, ничего ужасного не натворила? Документация, вроде бы, в порядке, — говорит она, принеся мне кофе в кабинет.

— Она