Снится нам трава у дома - Алексей Викторович Широков

— Виски с колой! — пока мы рассаживались, Шилов кабанчиком метнулся к бару, сделал заказ и через пару минут весьма фигуристая, живописно раздетая официантка принесла нам четыре стакана, полные коричневой жижи и колотого льда. — Ваще тема, отвечаю!

Я хмыкнул, но опять ничего говорить не стал, только отхлебнул из бокала. Ну что сказать, виски явно был палёный. Не скажу, что я прошлой жизни я был любителем этого напитка, но по работе пришлось разбираться. Разные чинуши и бизнесмены, пытающиеся пускать пыль в глаза, обожали рассуждать про односолодовые купажи и прочий бред. Экспертом я не стал, но хоть понимал о чём речь и мог поддержать. Однако, сейчас моё ценное мнение никого не интересовало, а я не хотел портить ребятам праздник.

— Необычный вкус, — причмокнул капитан КГБ. Купче тоже повышение звания обломилось в полный рост, мы ещё успели с ними обмыть его пока сидели на карантине да рапорты писали. — Не скажу, что прям очень вкусно, но что-то в этом есть.

— Скажи! — обрадовался Ванька. — Вкус Америки!

— Лично мне больше джин с тоником нравится, — я ещё отхлебнул и пока оставил стакан в покое. Напиться даже десятком таких не смог бы и Шилов, самый слабый из нас, но для антуража сойдёт. Разве что наливаться этим поилом особо не хотелось. Стакан стоит и ладно, буду потихоньку прихлёбывать. — Но самое крышесносное, конечно, это вино у Анамеша. Я тебе потом дам попробовать. И для развития будет полезно.

— Тут да, — поддержали меня товарищи по несчастью. — Умеет этот алкаш в выпивку. А под шашлык из мяса…

— Леди и джентльмены! — прервало наш разговор появление на сцене занимательного персонажа. Он явно пытался подражать негритянским сутенёрам, и был наряжен в яркие, кричащие и блестящие шмотки, но от этого выглядел скорее нелепо, чем стильно и вызывающе. Однако, приходилось делать скидку на то, что культуры ночных клубов, и уж тем более стриптиза, у нас в стране не было. — Мы начинаем нашу шоу-программу экзотических танцев!!! И первой на сцену выйдет зажигательная Мишель, со своим номером «Одинокая медсестра»!!!

Мне понравилось, что он не стал затягивать. Видать сам понимал, что люди пришли смотреть не на него, а на красивых девчонок. Вон эта самая Мишель оказалась миловидной крашенной блондинкой лет двадцати пяти, в медицинском халате, шапочке и белых чулках. Она принялась крутиться вокруг шеста, но без попытки исполнения акробатических трюков. Просто пилон выступал в роли эдакого партнёра, ради которого она и раздевалась. И когда халат улетел в сторону, зал утонул в свисте, восторженных криках и аплодисментах. Посмотреть там было на что, пусть девушка и осталась в белоснежном кружевном комплекте. Но я был уверен, что рано или поздно, как минимум бюстика она лишится.

— Ошалеть, — десантник хоть и пытался казаться неприступным как скала, но взгляда от девичьих прелестей не отводил. — Даже не ожидал, что у нас такое может быть. Это же…

— Не надо громких слов, — перебил его Купча, оставшийся куда спокойней друга, но ему и по службе было положено. — Ну девушки, ну красивые. Как по мне это скорее эстетическое наслаждение, чем вот это вот всё.

— Ага, Наташке об этом скажи, она тебе мигом эстетику твою оторвёт, — загоготал Тереньтев. — Но вообще да, красиво.

— Скажи! — поддержал его Шилов. — Я сам поначалу не поверил, когда мне рассказали, что у нас в городе такое есть. Думал, прикол. А тут вон чё! Семён, а ты чего сидишь, будто тебе не интересно?

— Ну видали мы карликов и покрупнее, — я достал четвертной билет, и ловко засунул его за резинку чулок медсестричке, как раз в этот момент избавившейся от верха, и дразнившей присутствующих мужиков молодой и упругой грудью. — Я же во Франции был, а там это в порядке вещей. Даже кабаре есть Мулен Руж. Красная мельница, та самая где придумали канкан. Но с уверенностью могу заявить, что наши девчонки куда симпатичней француженок. Эту конкуренцию лягушатникам не вытянуть.

— Давайте проводим нашу прекрасную Мишель аплодисментами! — на сцену, где извивалась крашеная блондинка, явно не спешившая расстаться с остальными деталями туалета, снова выскочил ведущий, ознаменовав конец выступления и начало нового. — И столь же бурными овациями встретим появление не менее очаровательной Марго!!!

Новая девочка была брюнеткой, стриженной под короткое каре и явно отыгрывала француженку. Беретик, плащ, под которым, кроме белья явно ничего не было. Очки в крупной оправе. Короче стиль был неплохо выдержан. Что сказать, кто-то очень постарался и в обстановке клуба, и с номерами. Не скажу, что двигались девочки прям очень профессионально, да и о пол-дэнсе практически не имели представления, но в целом для Советского Союза это был прорыв. И если честно, то с каждой минутой у меня всё сильнее крепло подозрение, что без чуткого ока КГБ тут не обошлось. Уж слишком широкий размах был у тех, кто это всё организовал.

— Маринка⁈ — а вот возглас Ваньки стал для меня неожиданность. — Это реально ты⁈

— Ш-шилов? — сбилась с движения «француженка» как раз эротично стягивающая беретик и отшатнулась от нашей компании. — Ты… откуда… да блин!

Завершило этот обмен мнений поспешное бегство красавицы, которая развернувшись дала стрекача, мигом скрывшись за занавесом под ошеломлёнными взглядами собравшихся. А затем Ванька вскочил на сцену и кинулся её догонять. Ну и мы за ним. Не оставлять же дурака одного, тем более что без последствий подобная выходка обойтись не могла. Ещё и внутренний голос ехидно намекнул, мол, а вот и драка. Хотя с кем там биться было непонятно. Я ещё как мы вошли просканировал пространство и определил что здесь есть один Мастер и два Кандидата, не считая кучи Разрядников и Юниоров. Любому из нас на один зуб, а уж всем троим… но я не спешил причинять добро и наносить справедливость, потому что мало ли. Лучше не торопиться.

— Сюда нельзя молодые люди!!! — конферансье встретил нас грудью в блестящем фиолетовом пиджаке, но его никто не заметил, обогнув словно столб. — Охрана!!!

А вот с охраной уже было сложнее. Её просто так не обойдёшь, но и сделать нам бугаи с протокольными рожами ничего не могли. Я просто сдавил их своей энергией, не давая пошевелиться и мы пошли дальше.