Вершитель - Анна Яковлевна Яковлева

* * *

…Осень наступила сухая и теплая, тронула и окрасила золотом листву.

В храме бога всех богов Сварога шла уборка – жрецы сметали пыль с четырехглавого идола, чистили рог в его руке, выметали мусор. Вечером старший жрец наполнит вином рог в руке Сварога, чтобы под трубный глас с восходом солнца главный жрец вошел в святилище и принял у божества рог. И если рог останется наполненным вином, значит, боги пошлют богатый урожай. К утру в печи поспел пряник, в котором спрятался жрец.

Пряник-великан вынесли на улицу, и теперь сотни глаз выискивали просветы в пироге. Если просветов не найдется, значит, в следующем году можно ждать богатый урожай.

Каждый в этот день получал кусок пряника и пиво.

Вещий Олег с Игорем, Труан и военачальники сидели за праздничным столом.

Олег осушил чашу с медом, заел пряником. И вспомнил Вершитель Олег Вещий о слове, данном дочери Ольге.

– Что, княжич, – обратился волхв к Игорю, – потрудились мы на славу, можно и отдохнуть? Поедем, затравим кабана. Вы и Труан отправитесь на Псковское озеро и приготовите нам охоту.

– Зачем так далеко, дядя? – удивился Игорь. Над его верхней губой пробивались усы, и голос стал басовитым.

– Там леса непроходимые, топкие болота, там зверю раздолье, не то, что здесь, – нахмурился дядя. – Но если ты не хочешь – не неволю.

– Нет! Я хочу! – заверил Олега царственный племянник.

– Вот и ладушки. Завтра и поезжайте. Я из Царьграда привез щенков охотничьих, опробуем их в деле, – поставил точку Олег.

На утренней зорьке под собачий лай и визг из Киева вверх по Днепру потянулись ладьи с провиантом. Мечники и лучники сидели на веслах, Труан с Игорем Рюриковичем хлебали уху и любовались проплывающими мимо берегами. В небе над ними то и дело раздавались птичьи крики: летели на зимовку караваны гусей, лебедей и уток.

Путешественникам было нечего опасаться – волхв призвал им в помощь духов Нави и Яви. Духи Яви вели ладьи мимо порогов, духи Нави отпугивали злых людей смехом, плачем или воем.

– Чур меня, – говорил Игорь и проверял ладанку за пазухой, когда слышал этот леденящий душу смех или плач. Труан насмехался над молодостью – он боялся только Единого Бога.

В Смоленске Труана с Игорем встречали братья-близнецы Стемид и Рулав. Топили баню гостям, поили-кормили и провожали дальше на север.

Где водой, где волоком пришли Труан с Игорем и малой дружиной в Псков.

Воеводы из Изборска, Белоозера и Пскова встретили именитых гостей на въезде в город, привезли в крепость Кром. Крепость высилась на мысу, при слиянии рек Псковы и Великой. С крепостных стен открывался захватывающий вид. Не замечая ни холода, ни ветра, Игорь долго любовался закатом. Сердце подсказывало Игорю, что его ждут перемены.

Гости парились в бане, ели-пили, отдыхали. Пробыв несколько дней, снова тронулись в путь.

Из Пскова следовало идти, сверяясь с картой Олега, по речке Великой. После дождей речка стала бурной, на ее пути встречались валуны, и ладьи решили оставить в Пскове. Провиант и оружие перегрузили на повозки, а сами поехали верхом.

В лесу княжич с товарищами увлеклись погоней за оленем и сбились с пути, и стали искать переправу через речку – там, на другом берегу лежали богатые охотничьи угодья, о которых говорил Олег. Туда надлежало перевезти вещи и там следовало устраивать охоту.

И увидели усталые путники плот с паромщиком. И закричали ему, и замахали руками, призывая к себе. Ловко управляясь с шестом, обходя камни и водовороты, паромщик направил плот к берегу. Игорь накинул на голову коня мешок и завел на плот, и паромщик оттолкнулся от берега.

Княжич присел на бревна, перевязанные камышом и тростником, и засмотрелся на гребца. В руках юноши хотя и угадывалась сила, но чувствовалась и мягкость, и грациозность. Удивился про себя Игорь, и продолжал рассматривать паромщика. Тот бросил быстрый взгляд на попутчика и залился девичьим румянцем.

И угадал княжич в гребце ловкую, пригожую и сильную девушку. И закипела в молодом человеке кровь, и ударила в голову.

Схватил Игорь девицу за руку и притянул с силой к себе. Она воспротивилась и оттолкнула княжича:

– Думаешь, если князь, то тебе все можно? Да я лучше брошусь в реку, чем стерплю надругательство. – Девица подошла к краю плота, намереваясь исполнить угрозу.

Конь тревожно заржал.

– Твоя взяла, – Игорь поднял руки, сдаваясь перед таким решительным отпором. – Как зовут тебя, красавица?

– Зови меня Ольгой, – сердито бросила красавица, вновь берясь за шест.

Девушка пленила княжича. С этой минуты Игорь не мог думать ни о ком, кроме паромщицы. Нежные щеки и горящие глаза не отпускали Игоря, он поручил Труану заботу об устройстве охоты, а сам всюду украдкой следовал за девушкой.

Чем больше наблюдал Игорь за дикаркой, тем сильнее влюблялся. Это было наваждение, чары. Игорь испытывал настоящие муки. Ему то хотелось привезти в Киев строптивую девицу, то укрыть в лесу от посторонних глаз и беречь как редкий цветок.

К приезду Вещего Олега княжич окончательно лишился покоя, он грезил Ольгой. Игорь готов был даже идти против дяди, если тот не позволит ему жениться на прекрасной девице.

Но к великой радости Игоря дядя не только не остановил племянника, но и одобрил его выбор:

– Смотрю, у вас все сладилось и без меня. Губа у тебя не дура, племянник, – с усмешкой заметил волхв, – девицу нашел ты не простую. Это дочь моя. А мать ее была внучкой Гостомысла, как твой отец Рюрик.

… Новый каменный дом, за строительством которого следили Актеву и Гуды, был готов к приезду Ольги. Челядь встречала хозяйку песнями и пирогами.

Асмолд и Свенелд с ревностью осмотрели новое жилище подопечной: каменная кладка дома была безупречна, ров вокруг подворья и крепостные стены могли соперничать со стенами датской столицы Хедебю.

Совсем немного времени было у Ольги, чтобы приготовить приданое. В помощь ей дали девушек из княжеского дома, умелых и быстрых. Постаревшая и больная, няня наблюдала за приготовлениями и ворчала:

– Мать твоя сама-то себе все готовила, и пряла, и шила, и вышивала. А вы, молодые, ничего не умеете. Какая из тебя жена? Один ветер в голове и охота. – Подслеповатые глаза смотрели с любовью, и Ольга только улыбалась.

Свадьба вышла поистине царская.

Игорь смотрел на Ольгу, и сердце его замирало, и дыхание сбивалось. Такой красавицы он не видел нигде и никогда, ни на севере, ни на