Мои сексуальные приключения с богиней смерти - Александр Пасацкий

Но после того, как я вдоволь насладился ее сиськами и ротиком, меня начала интересовать и другая дырочка - та, что находилась между сексуально подтянутых ягодиц. Воспоминания об анале, с которым познакомила меня Зарина, нахлынули с неожиданной силой. Пока Ирия послушно облизывала член, старательно причмокивая, я начал двумя пальцами медленно разминать сморщенное колечко ануса. Ирия дернулась, когда указательный палец скользнул внутрь.

- Нет! Не надо!

- Молчи, - я толкнул палец глубже, но она сжала колечко, не давая ему пройти дальше. Тогда я опустил другую руку, и, нащупав твердый от возбуждения клитор, начал натирать его. Сработало, Ирия расслабилась, и палец в ее заднице без проблем вошел до упора.

- Сволочь! - стонала она, сама насаживаясь на палец, и не забывая при этом облизывать член, как леденец. - Я туда... никогда...

- Что-то непохоже, - два пальца вошли без проблем, дырочка была хорошо разработана. Фальшивые аргументы Ирии меня не убедили. - Небось, любишь, когда тебя в зад дерут, да?

Молчание. Я ущипнул ее за сосок.

- Отвечай, когда спрашивают! Любишь в зад трахаться?

- Да-а-а, - прозвучал стон-признание. И вдруг Ирия зашевелилась подо мной. - Слезь, пожалуйста.

Я послушно опустился рядом с ней на кровать. Ирия же поднялась, и начала стаскивать с себя одежду, а закончив, встала на колени, и прогнулась, сама подставляя мне свою великолепную задницу. Она уже ничего не соображала от возбуждения, и была готова на все, лишь бы это поскорее закончилось. Затуманенные похотью глаза смотрели на меня, язычок облизывал губы в предвкушении, киска блестела от выделений.

- Трахни меня, - не то попросила, не то приказала, и призывно завиляла попкой.

Без лишних слов я пристроился сзади. Полученные от Зарины уроки не прошли даром, теперь я знал, что нахрапом переть нельзя, нужно осторожно, предусмотрительно. Смазки рядом не было, поэтому я просто плюнул на кончик члена, растер слюну, и вложил его между ягодиц. Ирия прогнулась в пояснице, принимая меня.

- А-а-а-а... - крик сотряс стены номера. - Как же долго у меня этого не было... Глубже, засади до упора!

Зверь внутри снова зарычал. Я шлепнул ее по левой ягодице, а потом схватил за волосы, и потянул на себя, вколачиваясь со всей силой. Член вошел, как по маслу, Ирия закусила губу, и дернула бедрами навстречу. Из ее рта вылетали быстрые, короткие стоны.

И вдруг она посмотрела на меня чистым, не затуманенным сознанием, и на полном серьезе сказала:

- Пока не кончишь - можешь даже не вынимать.

Смысл ее слов дошел до меня не сразу.

*****************

- Ну как, отпустило?

Ирия сидела на кровати, без одежды, и рассматривала в карманное зеркальце свою разработанную попку. Я сидел рядом, и смотрел, как колышется ее истерзанная поцелуями грудь. В голове прояснилось, зверь исчез, секса больше не хотелось вообще.

- Вино, говоришь?

- Вспомнил! - фыркнула она. - Сначала трахнул, а потом задумался. Да, идиот, вино. А я тебе говорила: не пей, Максим! Хорошо еще, что ты всего один бокал выдул, на один заход тебе и хватило.

- А ты даже не сопротивлялась.

- Как ты правильно заметил, я сразу поняла, что лучше дать, - Ирия устало вздохнула, и начала одеваться. - В случае сопротивления ты бы просто изнасиловал меня более грубо и жестко. И да, мне понравилось, было круто.

Она скрестила руки на груди, и зыркнула в мою сторону.

- Что смотришь? Знаю, что ты думаешь - что я такая же нимфоманка, как твоя соседка. Но если я сегодня вечером умру, то какая мне разница, с кем потрахаться напоследок? Тем более, ты сразу нашел мою слабость. Да, я кончаю только от анального секса! И что, скажи мне, в этом плохого?

- Ничего, - ответил я, лишь бы что-то сказать.

- Вот, и отлично! Думаешь, легко жить с такими сиськами, и ни разу не почувствовать к себе хоть капельку искренней симпатии? Даже ты - даже ты набросился именно на буфера, а не, скажем, на мои губы или ноги. Все вы, мужики, одинаковы. Кроме фетишистов, конечно.

Бедная Ирия! Сколько же ей пришлось натерпеться, что она превратилась в истеричку с комплексом по поводу недостатка своих размером? Я подтянул брюки на место, лег на бок, укрылся одеялом, и замолчал. Теперь, когда необузданная похоть исчезла, ее заменила невыносимая тоска и апатия. Ирия еще некоторое время молча посматривала в мою сторону, видимо, ожидая что я снова наброшусь, потом тоже легла рядом, и переложила мою голову к себе на грудь. Так мы и лежали, две одинокие, покинутые души, каждая со своей нелегкой историей.

Постепенно начало смеркаться. Вскоре где-то в глубине номера раздался звук поворачиваемого ключа, а потом дверь в спальню открылась. Трое "инквизиторов" окружили кровать и замерли. На пороге появился мистер Зеро, державший в руках бокал с вином.

- Здравствуйте, дети мои. Во имя великой богини Эрос я пришел узнать, как ваши дела. Ирия, ты готова умереть?

Ирия злобно оскалила зубы, и зарычала. Мистер Зеро ухмыльнулся, и перевел взгляд на меня.

- А как насчет вас, Максим? Вы приняли решение? Начнете новую жизнь, или лучше одним махом распрощаться со старой?

А что я решил? Мне было глубоко пофигу, я морально устал, а еще элементарно запутался во всех этих интригах ангелов-вампиров-богинь-инквизиторов. Пусть делает, что хочет, пердун старый.

- Он говорит, чтобы ты пошел нахрен, - сказала Ирия, правильно расценив мое настроение. - А я от себя добавлю, чтобы ты взял здоровенный самотык, отымел им себя в задницу, а потом сожрал его, немытым и нечищенным.

Мистер Зеро ничуть не обиделся, наоборот, весело рассмеялся.

- Какое это будет зрелище! - воскликнул он. - Бывшая богиня смерти и обычный смертный будут принесены в жертву во славу великой Эрос! И мы еще посмотрим, кто продержится дольше. Выходите, пора начинать представление.

*****************

Новое место, куда мы попали, разительно отличалось от старого. То был отель "Хилтон", в натуре, а это... шатер индейцев, в натуре! Только необъятных размеров.

Со всех сторон нас окружали обнаженные тела. Сотни брошенных на полу матрасов, и на них - десятки мужчин и женщин, самых разных национальностей, внешности и телосложений. Между матрасами на полу горели круглые лампы, и в их свете было видно каждую подробность этой массовой оргии. Женщины целовались и