Сценарное искусство. Методы и практики современных российских сценаристов и драматургов - Коллектив авторов

Минус: «Девять месяцев носила, ночей не спала, подгузники меняла – а мы, видите ли, на папу похожи».

Основную работу делает мама, а все, кто видит детище, от продюсера до зрителя и критика, в один голос твердят: «Вылитый отец». А маме абыдно, да!

При таком раскладе начинающий сценарист чаще всего быстро понимает, что «мама – это вы». Предстоит много работы, бессонных ночей и сценарного токсикоза, а великодушный папа будет уверять, что ты «умница и справишься, в конце концов, здесь нет ничего сверхъестественного, а я потом пробегусь, поправлю, если накосячишь». Как бы странно это ни звучало, еще один почти идеальный вариант соавторства для новичка: вы работаете, приобретаете опыт, получаете в свои лапки проект куда крупнее, чем вам доверили бы без соавтора, а главное – можно не умирать от страха над каждой сценой, потому что сценарный папа и правда ответственный и опытный, он не позволит вам прилюдно сесть в лужу, потому что не хочет оказаться в ней сам. Он подстучит, поправит, допишет, будет благодарен вам за избавление от сценарной рутины и от щедрот подкинет знаний и советов. Да, дитя будет здорово похоже на него, но окажется и в вашем портфолио.

Чтобы соавторство было успешным, новичку стоит быть смелее. Не бойтесь спрашивать по ходу работы, не бойтесь писать сами, не бойтесь обговорить заранее, что и как будет.

Признаюсь, периодически я (или мы с соавтором), берясь за что-то новое, просто уговаривала «сценарного папу» стать хотя бы крестным. Частенько на эту роль нехотя, оглаживая бороду, соглашался Сергей Чекмаев, который брал из дрожащих лап новичка сценарий, смотрел, вписывал-вымарывал буквально несколько строк там, пару-тройку сям, хвалил за трудолюбие, слабоумие и отвагу – и сценарий превращался в искомое «тошонадо».

Единственный страх этого типа соавторства – если папа вашего сценария окажется ленивым пофигистом, который вместо финального триумфального появления с букетом ценных идей у роддома, скажет, что вы вообще-то работали в стиле «хай так» и все неплохо, «умница, дочка».

У ленивых соавторов тоже есть свои плюсы. Вы можете под прикрытием их опыта и имени творить что-то большое, что в одно лицо вам бы в жизни не доверили.

Почему нет?

Сценарий третий: «Куда идем мы с Пятачком»

Не ждите, что такие соавторы будут меняться ролями у клавиатуры – ею полностью завладеет мишка Винни. Пятачок вынужден стоять или сидеть рядом, чтобы на каждое «пурум-пурум» добавлять свое «папам». Иногда не в рифму, потому что ведет партию медведь, и он точно знает, какая рифма подходит. Но он ее без этого неправильного «папам» не найдет.

Мысль Винни не оформится, пока она не отскочила от Пятачка и не ударилась снова о медвежий широкий лоб. Иногда «папам» Пятачка приходится кстати, и тогда Винни поднимает вверх палец, говорит: «Точно, ты супер, Пятачок. Именно «папам», а потом так «пум», и «дыщ-дыщ», чтобы динамика была, и выходим на «папапам», чтобы пафос снять, а вот тут монтажик будет динамичный и крупный плаааан!»

И Пятачок сияет от счастья, потому что он – супер! Но потом начинает отказываться писать свое имя на титульном листе сценария, потому что «ни слова не написал». Однако медведь знает, что без Пятачка ни слова не написал бы он, так что – без вариантов – два имени.

Такие соавторы часто не могут работать без живого контакта. Довольно распространенная практика для соавторов-супругов, братьев-сестер. Случается, что когда Винни и Пятачок вырастают в медведя Вениамина и кабана Полтинника, соавторству приходит конец, так как делать «пупум» удаленно не всегда получается.

Минус: В какой-то момент Пятачок сам садится за клавиатуру и понимает, что ему – в отличие от соавтора, – чтобы писать, медведь не нужен. Пусть не так хорошо и ярко получается, зато свое, без сомнений.

А это для маленьких существ очень важно.

Такой вариант соавторства наиболее часто встречается при работе двух новичков. Они идут ощупью, цепляясь мыслью и страхами друг за друга и радостно друг друга поддерживая. Еще такой вариант подойдет для реабилитации долго не писавшего сценариста.

Разочаровался Винни в профессии, ушел в управдомы, а двадцать лет спустя приходит к нему новичок Пятачок и просит «посидеть на краешке стола, иногда заглядывая в монитор». Поначалу Винни будет и правда подсказывать маленькому другу, но оглянуться не успеете, как руки вспомнят и клавиатура задымится под медвежьими лапами. Если вы оказались Пятачком в такой ситуации – не сердитесь, порадуйтесь за вернувшегося товарища и смотрите за тем, как он работает. Пригодится.

Сценарий четвертый: «Вы так, а мы вот так!»

Такой способ скорее напоминает хоккейный матч из старого советского мультика, когда игроки вроде и друзья хорошие, и мысли друг друга едва ли не читают, но стоит им выйти на поле белого листа, и берет свое азартное желание так подставить соавтора, чтоб он в буквах запутался и сказал: «Твоя взяла».

Это веселое буриме, играя в которое соавторы изо всех сил стараются удивить, но не читателя, а друг друга, по принципу: «А как тебе такой поворот, чувак?». В таком сценарии множество неожиданных твистов, якобы безвыходных ситуаций и тупиков, из которых герои с блеском выкарабкиваются, потому что игроки вполне равны по силам и таланту и никто не хочет уступать.

В черновике такой сценарий рваный и непричесанный,