Крёстные матери. Женщины Коза ностры, Каморры, Ндрангеты - Алекс Перри

Согласно приговору, арест Сальваторе Буккареллы, ликвидация многочисленных аффилированных лиц, занимавших важные роли в семье Бриндизи, а также побег за границу или заключение в тюрьму других лиц «создали вакуум в деликатном организационном и управленческом профиле синдиката, вакуум, впоследствии заполненный конкретно благодаря деятельности Марии Розарии Буккареллы и Козимо Нигро [ее сына]». Хотя показания пентити никогда не указывали на официальное членство Марии Розарии в клане, «многочисленные точные сведения, полученные от следователей, свидетельствуют о последовательном, стабильном и эффективном участии» в деятельности преступной организации. Показания нескольких свидетелей со стороны государства утверждали, что она собирала денежные суммы от незаконной деятельности, управляла ими и делила с сообщниками, а также передавала приказы, информацию и инструкции от имени своего брата, находившегося в тюрьме. Они особенно подчеркивали ее полный контроль в управлении деятельностью от имени брата и прежде всего ее эффективное и безраздельное лидерство в криминальном контексте, вытекающее из совершенного знания всех сторонников и аффилированных лиц, их поведения, криминальных мотивов, часто направленных на наказание любого, кто может сгаррэре («выйти за рамки»), включая возможное устранение.

Ее роль была признана выдающейся в организации: содержание многих перехватов, особенно ее просьбы к другим относительно физического устранения родственников пентити, в дополнение к сбору и управлению прибылью от незаконного оборота, – все это определило ее как ведущую личность в клане и одновременно привело к крайне негативному суждению о ней как о личности. Приход женщин на деловые должности, связанные с управлением незаконной деятельностью группы, и их постепенное вовлечение в процесс принятия решений также, по-видимому, соответствует появлению некоторых примитивных характеристик моделей поведения архаичного типа. Это проявляется в их подстрекательстве к вендетте, поддержке кровавых практик для разрешения даже незначительных конфликтов или ссор, крайней фамильярности в обращении с оружием и орудиями разрушения, а также поощрении насильственных форм репрессий и обмана.

Как и в предыдущих случаях, здесь снова присутствуют различные оттенки, и идентификацию нескольких основных характеристик следует рассматривать скорее в идеально-типичном смысле, чем в абсолютных терминах; в конкретных случаях это часто приводит к смешению совершенно разных методов и типов операций. Например, есть случай с Орнеллой Томази, женой Джанни Торнезе, членом организации Сакра Корона Унита – связующего звена между различными доминирующими группами организации в Лечче, – которая в настоящее время является государственным свидетелем. В приговоре, вынесенном в отношении нее судьей по предварительному расследованию в суде Лечче, говорится, что она способствовала деятельности «Священной короны Унита», оказывая материально-техническую поддержку членам, систематически посещавшим ее дом (до и после совершения серьезных преступлений, особенно убийств), а также скрывающимся от правосудия членам ассоциации, сотрудничая в сокрытии оружия, наркотиков, улик и следов преступлений, даже лично заботясь об их устранении.

Другой интересный случай связан с Паолой Альтамура, матерью братьев Аппезо, главных представителей одноименной семьи Таранто. В приговоре Массимо Аппесо и семидесяти другим она была приговорена к шестнадцати годам и девяти месяцам тюремного заключения за участие в мафиозном сообществе «клан Аппесо», организованном для торговли наркотиками, рэкета и преступлений, связанных с сокрытием наркотиков и оружия. Изученные судебные материалы демонстрируют, как подчеркнули судьи, «фигуру решительной, кровожадной женщины, непосредственно вовлеченной в преступный мир». Эта мать шестнадцати детей, почти все из которых были замешаны в преступной деятельности, участвовала в вымогательстве рэкета, принимала решения о закупках оружия – раздавая его членам клана по необходимости – и была вовлечена в упаковку и торговлю наркотиками. Приговор также показывает, как женщина разжигала ненависть членов к конкурирующему клану – виновному в попытке выселить банду Аппесо из их района Ла-Салинелла в Таранто – и приказала одному из своих сыновей, признанному главе семьи, выбрать наиболее надежных для торговли наркотиками, настаивая на «устранении тех, кто показал себя неподходящим». Ее роль «посредника» между высшими боссами клана и базой членов подтверждалась частыми контактами с партнерами, которые обращались к ней, чтобы сообщить о преступной деятельности и общении с боссами кланов Джино и Николой Аппезо.

Особенно интересен случай Анны Аддолораты Де Маттеис Катальдо по прозвищу «Анна Морте» («Анна Смерть»), жены Луиджи Джаннелли, крупного представителя одноименной семьи из организации Sacra Corona Unita, действующей в южной части Саленто. В приговоре она вместе с мужем была приговорена к пожизненному заключению за отданный приказ об убийстве человека, связанного с кланом Джаннелли, преднамеренно и по низменным мотивам, связанным с конфликтами за господство в преступном мире и контроль над территорией для ведения незаконной деятельности, с целью содействия ассоциации и подтверждения их монопольного контроля над рынком наркотиков. Жертву отвели в изолированное место и убили. Впоследствии она также была приговорена к пожизненному заключению за подстрекательство к убийству Паолы Риццелло; во время засады ее двухлетняя дочь Анжелика случайно оказалась с матерью и тоже была убита. Жертва располагала информацией об ответственности Луиджи Джаннелли за убийство и была наказана за прошлые с ним отношения. Тело женщины сожгли и выбросили в цистерну. Тело ребенка было зарыто и обнаружено через восемь лет. Особенно интересный профиль вырисовывается из показаний свидетелей со стороны государства. Помимо роли связующего звена между мужем в тюрьме и членами организации, она, похоже, занимала руководящую должность, хотя и связанную с властью мужа. Именно она сообщала мужу о сгарри («промахах») членов клана, пытавшихся самостоятельно управлять преступной деятельностью на контролируемых территориях. Именно она подвергала испытанию сотрудников, считавшихся ненадежными из-за употребления наркотиков. По этому поводу следователи перехватили сообщения во время ее встречи с мужем в заключении. С целью дискредитации показаний государственного свидетеля и создания образа мужа как непричастного «Анна Смерть» проинформировала его о стратегии защиты: «Послушай, тогда, если они что-то знают и спросят меня… Ты считаешь моего мужа начальником, верно? Ты считаешь меня женой босса, так неужели жена босса, по твоему мнению, была бы настолько глупа, чтобы доверять какому-то долбаному наркоману; ты действительно так думаешь?»

Недавно Суд присяжных в Лечче вновь приговорил ее к двадцати двум годам тюрьмы за участие в преступном сообществе мафиозного типа, организованный оборот наркотиков и соучастие в вымогательстве, в частности за установку взрывного устройства с целью заставить владельца магазина платить и позволять забирать товар без оплаты. Приговор содержит точную информацию, подтверждающую ее руководящую позицию в клане. «Анна Смерть» была вовлечена во все незаконные дела группы, поддерживала эксклюзивные контакты с поставщиками героина и кокаина, давала указания о методах сбора денег с жертв рэкета и их назначении, а также о распоряжении средствами от наркоторговли, отдавала распоряжения о передаче денег сообщникам в тюрьме и их семьям для усиления внутренней «солидарности».

Две другие женщины были осуждены по этому же приговору: Аддолората Каранджело и Лучана Скарлино, соответственно,