Куница. Том 2 - Вадим Александрович Оришин

— Всё верно.

Арсений хотел сказать что-то ещё, но передумал, отвернувшись к окну.

Глянул на водителя и второго сопровождающего Арсения. Дрессированные, даже слишком. Водитель следил за дорогой, а второй демонстративно не смотрел на меня и Олега. Олег, впрочем, тоже отвернулся к окну и не смотрел на Арсения. Обратная сторона подготовки, что моего ликвидатора, что этой парочки. Послушные псы. Хозяин скажет «фас»: будут рвать и драться по последнего, со всей возможной изобретательностью. Хозяин сказал «к ноге»: изображают мебель, даже взгляда лишнего не бросят. Вдруг благородные друзья хозяину обидятся на косой взгляд от какого-то пса? Глупость полнейшая, и моя объективная реальность.

Войска наших противников, если говорить о магах, состояли в основном из бойцов от седьмого до двенадцатого ранга. Этого уровня достаточно, чтобы поставить основные боевые узлы и применять базовый набор боевых заклинаний. Дальше оружие, снаряжение и подготовка. А главное — массовость. Много крови в первые годы нам попили отряды панцергренадеров, пока мы не создали свои. В России подобных войск сейчас нет. Маги — офицеры на всех должностях, вот наша стратегия, и она неплохо себя показала во время войны. Неплохо, но не идеально, мы победили тогда за счёт других преимуществ, лучшего оружия, лучшего технического оснащения, и способностью выставить на поле боя многомиллионную армию, обеспечив её управление и действия. Полководцы Цынь застряли в позапрошлом веке, сосредотачивая огромные войска для генерального сражения. Где мы их и накрывали высшей магией, но когда китайцы давали генеральное сражение — мы умывались кровью.

Место, куда мы ехали, оказалось в черте города. Невзрачное здание, выглядящее как приют для неизлечимо больных. Я не помнил этого здания, не знал, что здесь находится. Но, обратившись к магическим ощущениям, понял, что оно экранировано. Мы подъехали к заднему входу, более того, машина спряталась в гараж, что лет сто назад был конюшней.

— Надеюсь, вы терпимы к запахам, — предупредил Арсений, подтверждая мои догадки.

Старое каменное здание, монументальное. И просто переполненное эманациями безумия и боли. Я догадываюсь, где мы. Лечебница для душевнобольных, основанная императрицей Марианной шесть веков назад. Нехорошие вещи связаны с этим местом, очень нехорошие.

— Ваша резиденция? — спросил мрачно.

Арсений отрицательно покачал головой:

— Нет, я бы добровольно здесь работать не согласился. Мы лишь иногда обращаемся к этому месту ради разового использования.

Понятно, чтобы не приводить людей, вроде меня, в собственные тайные базы. Логично, почему бы нет? Нас встретил... человек. Открылась тяжёлая дверь, а за ней стоял некто в белой одежде. Бесформенный мешковатый халат, голова закрыта колпаком с прорезью для глаз. Сложно определить, мужчина это или женщина. Человек взмахом руки позвал нас идти за собой. Спустились на минус второй уровень, в натуральные катакомбы. До меня периодически доносились стоны и стенания, звучащие нечасто и откуда-то издалека. Наконец, мы пришли.

— Прошу, — Арсений указал на дверь.

Вошёл. Небольшая комната с белыми каменными стенами. Пара грязных плафонов дают неровный свет. На полу... лучше не буду даже упоминать, но в центре базовый рисунок сдерживания. Он мне не помешает. Правда, противоположная от входа стена какая-то странная, выделяется на фоне остальных. Перекрашивали? Имелся стол с оборудованием для алхимии и несколько сумок.

— Мне не потребуется много времени, — предупредил я и приступил к делу.

В сравнении со всем сделанным за последние полгода вытащить ключ с другого плана — всё равно что шнурки завязать. Здесь большая сложность — не вытащить ничего кроме ключа. Впрочем, твари плана тлена, в большинстве своём, считаются ленивыми, так что я смогу обойтись простейшей защитой.

На подготовку составов ушло всего двадцать минут, мне требовалось только смешать жидкости, да засыпать в них готовые порошки, Арсений предоставил все материалы в готовом к употреблению виде. На рисунок и вовсе ушло меньше минуты.

Я повернулся к входу, где всё это время ждал мужчина.

— Готовы?

Он кивает. Ну раз готов...

Я толкаю своей магией процесс и отстраняюсь, только контролируя работу магического рисунка. Защита от проникновения, в обе стороны, чтобы оттуда ничего не лезло, и чтобы от нас энергия на другой план не сочилась и не привлекала всяких. Круг быстро замыкается, защита готова. Своей силой лезу на план тлена и осторожно посылаю поисковый сигнал. Отклик приходит сразу, ключ действительно ждёт меня по ту сторону, только руку протяни. Руку в провал не сую, вытягивая магической нитью.

Ключ, простейший магический конструкт, появляется в нашей реальности. Удивительно, но пятьсот лет назад не все маги могли увидеть его своими глазами, а сейчас даже проявлять особо не надо, вот он, запоминай слепок и будут тебе счастье.

Захлопываю провал на иной план, моя магия улетучивается на ту сторону под действием защитного круга. Подвешиваю ключ, дабы не тратить на него концентрацию и внимание, и закрываю все контуры, чтобы от пробоя не осталось даже следа, и чтобы он случайно не открылся снова.

Отряхиваю с рук пыль, которой там нет, но жест хорошо проделанной работы напрашивается сам.

— Готово.

Делаю шаг к дверям, а Арсений делает шаг назад, будто бы освобождая мне проход.

Но человек в белом захлопывает дверь.

Серьёзно? Ловушка? Но это же надо быть полным кретином, чтобы пойти на такой шаг. Арсений, кажется, кретином не был.

— Арсений, не заставляй меня в тебе разочаровываться, — складываю руки в замок.

До меня доносится шорох и звуки ударов, а затем выстрел. В двери окошко без стекла, маленькое, зарешеченное, пропускающее все звуки. Если они ранили Олега, я буду делать кому-то очень больно.

В окошке появляется лицо Арсения. Самодовольное.

— Боюсь, Дмитрий, вы неправильно понимаете ситуацию.

Я стою всего в паре шагов от двери и вижу торжество в его глазах.

— Ты действительно думаешь, что эта дверь меня остановит?

— Уверен в этом, — кивает Арсений. — Счастливо оставаться.

Он кивает куда-то в сторону, и за моей спиной в движение приходит стена.

Глава 33

Москва. Лечебница для душевнобольных

Март 1983 года

Кажется, я сильно переоценил умственные способности несостоявшегося партнёра.

С моей точки зрения, всё было просто и очевидно. Меня, парня, способного в качестве подработки на выходных открывать и закрывать проходы на другие планы, оставлять в камере с кучей пригодных для работы реагентов, в месте, где грань