Двуликий. Том 1 - Василёв Виктор

«Будущие артефакторы, что с них взять», – снисходительно подумал я.

Влад предложил бумагу и карандаш, но я отказался. В голове строить заклинание мне легче.

Первым справилась Лист, наградив меня полным торжества взглядом, она отправилась к Регнеру отчитываться о результате.

– Кажется, ты ей не нравишься, – сообщил очевидное ассистент.

– Да? А я и не догадывался, – хмыкнул я, продолжая колдовать.

Добился я успеха не с первой попытки. Но смог. Помогла мне в этом Луна. Я вспомнил ощущения, которые у меня были, когда она лечила и смог добиться результата.

Регнер в этот раз отнесся к нашему успеху лучше и просто отпустил с занятий. Лирабель тут же упорхнула, а вот Влад остался присматривать за Юлием. Почему-то он был уверен, что с телекинезом его брат натворит дел.

Это оказалась правдой, если бы профессор вовремя не выставил щит, тренировочный снаряд улетел бы высоко в небо.

– Отработка, профессор? – обреченно спросил Юлий.

– Отработка, Алькасар! Так опростоволосится надо еще постараться! – всплеснув руками, воскликнул профессор.

Влад прикрыл лицо ладонью и попросил у Светлого терпения, а также хорошей реакции для Регнера.

Медленно, но верно нашу группу охватывало нервное настроение, плавно переходящее в настоящее безумие.

В первую сессию нам нужно сдать всего лишь один экзамен и два зачета. Ничего сложного, если забыть, что магические дисциплины ведут у нас Симменс и Регнер.

Они сразу предупредили, что никаких поблажек давать не будет.

Это вызывало у всех настоящую панику. Особенно, на фоне практических занятий по заклинаниям, которые вел профессор.

Даже Юлий поддался общему нервозному настроению и стал появляться на парах. Правда, не каждый день.

Про нашу старосту и других отличников говорить не стоит – там царили истеричные настроения.

Даже тот факт, что после первой сессии никого не отчисляют, их не успокоил. Некоторые девочки абсолютно серьезно говорили, что нарушат это неписаное правило.

В этом океане безумия островком спокойствия оказался я. Да-да, я единственный не переживал из-за грядущих экзаменов.

Нет, дело не в диагнозе, вернее, не только в нем. Просто у меня предостаточно других проблем.

Академия медленно, но верно катится в бездну.

Сайрус сейчас в метрополии, и не ясно, что с ним.

Мое продвижение в магии шло медленно. Стихии я осваивал. Не так быстро, как хотел, но осваивал. Вот только, когда будут результаты – неизвестно.

Да, оценки – это важно, но в моей ситуации не существенны. Для меня сейчас ценнее парочка боевых заклинаний, чем красивый диплом.

Если все будет хорошо, исправлю потом. Нет – тогда точно будет не до них.

Так что я спокойно учился и наблюдал за нервничающими одногруппниками. Они выглядели глупо и довольно забавно.

– Вот ты почему такой спокойный? – возмутился Юлий за обедом. – Скоро сессия!

– Думаю, как после льда освоить воду, с какой стороны к ней подступиться, – честно ответил я.

– Мы и это уже проходим?! – ужаснулся он.

– Нет, это я в частном порядке.

– А да, ты же у нас фанатик тренировок. Совсем забыл!

– Удивительно, что ты переживаешь, – не остался в долгу я.

– Я не такой дурак, как ты думаешь, – возмутился Юлий и на полтона тише спросил: – Влад про меня не спрашивал?

– Нет. Он до сих пор злится на тебя.

– Странно, – почесав в затылке, сказал младший. – Обычно он быстро отходит.

Я лишь пожал плечами. Юлий относился к той породе людей, которые неосознанно вызывают симпатию. Долго злиться на них не получается.

Но либо он сильно задел брата, либо Владислав решил им поманипулировать. Озвучивать я это не стал, лишь предложил:

– Попробуй с ним помириться.

– Вот только не надо мне душеспасительных проповедей про любовь к брату, почтение к старшим и семейную верность, – фыркнул Юлий. – И без того тошно.

– Такого ты от меня не дождешься, – хмыкнул я. – Про почтение к отцу и прочее – это точно не ко мне.

На заклинаниях вся группа быстро овладела базовыми воздействиями. Как объяснил профессор, таких заклинаний довольно много, но нам сейчас дали только четыре: толчок, ивовая кора, огниво и фильтр.

Последнее позволяло очищать воду.

Мы все отнеслись к нему скептически, поэтому профессор зачитал целую лекцию, чтобы объяснить нам, что это заклинание спасло больше жизней, чем многие лечебные.

Мы не прониклись, но согласились.

После того, как все смогли написать, а кто-то и продактелировать заклинания, мы стали отрабатывать их мысленное построение. Здесь у всех начались проблемы.

Кроме меня. Теперь уже со злостью на меня смотрело большинство одногруппников, а не только Верум.

Последняя, кстати, предпочитала меня игнорировать. После того случая мы даже парой слов не перекинулись. Честно говоря, меня это полностью устраивало.

Мне бы урвать пару часов сна, о каких нормальных отношениях с одногруппниками говорить?

И вообще, не с моим ментальным здоровьем налаживать контакт с людьми. По крайней мере, не по моей инициативе точно.

Пока все тренировались, а я отдыхал в стороне, Регнер снова начал вещать:

– В иных академиях создают специальные курсы, которые занимает один, а то и два семестра. И заклинаний в них гораздо больше! Юные маги заучивают не четыре, а четыре десятка заклинаний! Но вам повезло, мы ограничились лишь этими – самыми полезными. Зато на следующих курсах у вас будут дисциплины по основам артефакторики и целительства. Это гораздо полезнее, чем бездумное заучивание чар, которые могут когда-нибудь пригодиться в жизни!

Угу, и на порядок сложнее. Мне лично от перспективы, что у того же Регнера придется еще и изучать основы артефакторики – в дрожь бросает. И так ничего не понятно, а там будет на порядок хуже.

После практики нас ждала пара по философии.

– Итак, всем присутствующим на сегодняшней лекции я выставляю зачеты. Надеюсь, это заставит вас запомнить принцип общей неопределенности мира, – провозгласил преподаватель. – Жаль, что вас всего трое. Но и это для академии неплохо.

Пока философ причитал, мы выстроились к нему с зачетками. Верум, старший Алькасар и я. Причем на эту пару я пришел просто, чтобы подождать Луну, которая не могла пропустить следующее занятие. Повезло.

После пары мы с Холд отправились на полигон.

– Сегодня перейдем к воде, – сообщила она, создавая уже знакомую чашу и наполняя ее водой. – Нужное