1. Акбар Наме. Том 1 - Абу-л Фазл Аллами

раз призывал к мятежам и восстанию, ему подрезали подколенные сухожилия и отпустили. Садр-хан был удостоен падишахского благоволения. Спустя 3 дня после победы Его Величество вышел из крепости и отправился вместе с войсками в Гуджарат в сопровождении 30 000 отборных всадников, в то время как обозу было приказано двигаться следом.

Когда победоносные войска подошли к Кампаниру, они сделали привал и выстроились со стороны ворот Пипли рядом с водоемом Имад-ал-мулка, который составлял 3 коса в окружности. Когда Султан Бахадур услышал об этом, он укрепил цитадель и, выехав через другие ворота, со стороны водоема Шукр, отправился в Камбей. По его распоряжению город (Кампанир) был подожжен, но когда прибыл Его Величество Джа-ханбани, он приказал потушить пламя. Оставив мира Хиндубека и остальных в Кампанире, он взял с собой около 1000 всадников и пустился в погоню за Султан Бахадуром. Как только султан прибыл в Камбей, он поспешил в Диу после предания огню 100 военных кораблей (гхараб), которые подготовил для войны с португальцами, чтобы солдаты возвышенной армии Его Величества не могли сесть на них и преследовать его. В тот же день, когда он отбыл в Диу, Его Величество Джаханбани достиг Камбея и разместил свой лагерь на морском берегу. Отсюда он послал войско преследовать Султан Бахадура. Когда султан прибыл в Диу, победоносные солдаты вернулись из его окрестностей с богатой добычей. С благословения неба Манду и Гуджарат были захвачены в 942 г.х. (1535 г.). Каждый, кто остается верен Аллаху, и чье знамя — благое намерение, несомненно достигнет осуществления своих желаний.

135

В начале шаабана этого года (25 января 1536 г.) мирза Камран выступил из Лахора в Кабул и после большого сражения одержал победу над Сам мирзой23, братом шаха Тахмаспа Сефеви. Вот краткое описание того, как это произошло. Сам мирза прибыл в Кандагар с большим отрядом кызылбашей (персов). Ходжа Калан-бек укрепил Кандагар и защищал его в течение 8 месяцев. Тем временем мирза Камран двигался из Лахора при полном снаряжении. Большое сражение произошло между ним и Сам мирзой. Агзивар-хан, один из главных военачальников кызылбашей и наставник Сам мирзы, был захвачен в плен и убит, и многие другие кызылбаши погибли24. Мирза Камран вернулся в Лахор с победой, и беспокойство, причиной которого послужил мирза Мухаммад Заман, было

устранено. Вот краткое разъяснение происшедшего. Как уже упоминалось, после разгрома Султан Бахадура мирза Мухаммад Заман выступил против Лахора с мыслью посеять там смуту. Когда он подошел к границам Синда, Шах Хусейн, сын Шахбека Аргуна и правитель Синда, не позволил ему остановиться на его территории и указал на Лахор, так как мирза Камран направился в Кандагар, предположив, что раз такая богатая страна осталась незащищенной, он должен пойти туда. Невезучий мирза пришел в Лахор, думая, что дорога перед ним свободна, и осадил его. Тем временем мирза Камран прибыл к Лахору и ударил в барабаны превосходства. Мирза Мухаммад Заман пришел в замешательство и не нашел другого выхода, как вернуться в Гуджарат. Изгнанный и покинутый, он вернулся туда. В этом году мирза Хайдар Гурган прибыл из Кашгара25 через Бадахшан и присоединился к мирзе Камрану в Лахоре. Следующей весной шах Тахмасп лично прибыл в район Кандагара, и Ходжа Калан-бек, приведя в порядок гардеробы, кладовые и другие подсобные помещения, послал ключи от складов и крепости шаху, заявив, что не имеет средств, чтобы удержать крепость, и не может вести военные действия, а его преданность и долг слуги перед господином не позволяют ему явиться и выразить свое почтение шаху. Поэтому он подумал, что лучше привести свой дом в порядок и передать их гостю, а самому уйти. Затем он через Татту и Учх26 отправился в Лахор. Мирза Камран в течение месяца 136 не дозволял ему выразить уважение, говоря: «Почему ты не подождал, пока я сам не приеду?» После различных дел мирза Камран провел подготовку и выступил против Кандагара во второй раз, оставив мирзу Хайдара охранять Лахор. Перед этим шах Тахмасп поставил Бидаг-ха-на Каджара27, одного из главных военачальников, охранять Кандагар, а сам отбыл из него. Мирза Камран прибыл и осадил Кандагар, а Бидаг-хан сдал город и отступил. Мирза овладел Кандагаром и, создав условия для его обороны, вернулся в Лахор.

Куда завели меня мои слова? Лучше отвлечься от этих дел и обратиться к нити моего повествования.

Когда Его Величество Джаханбани расположился лагерем под Камбеем с небольшим количеством воинов, Малик Ахмад Лад и Рукн Дауд, которые были военачальниками у Султан Бахадура и знатными людьми у коливаров, договорились с коли и гаварами28 этой страны

о том, что, поскольку у Его Величества Джаханбани мало людей, есть удобная возможность для проведения ночной атаки. Они подготовили всё необходимое для этого. По счастливой случайности одна старая женщина, услышав об этом, пришла к царской палатке и сказала одному из сопровождающих, что у нее есть срочное дело и ей необходима личная встреча с Его Величеством. Так как она была очень настойчива и желания ее были искренними, ее пропустили, и она сообщила о заговоре и ночной атаке. Его Величество сказал: «Почему ты желаешь нам добра?» Она ответила: «Мой сын был схвачен одним из ваших слуг, и я бы хотела, чтобы в награду за предупреждение моего сына освободили. Если я солгала, накажите нас обоих — меня и моего сына». Согласно распоряжению, ее сына привели и поместили их вместе под охраной. В качестве меры предосторожности войска были приведены в состояние готовности и отведены [с позиций]. Перед рассветом 5 или 6 тысяч бхилов и гаваров напали на царское ограждение29, Его Величество и войска отошли к возвышенностям. Гавары пришли и приступили к грабежу; многие редкие книги, собственность Его Величества, которые он всегда брал с собой, были потеряны тогда. Среди них были тома «Тимур-наме»30, переписанные муллой Султан Али и иллюстрированные Устадом Бехзадом, которые сейчас находятся в библиотеке Шахиншаха. Наконец вскоре ветерок утреннего спасения подул от счастливого восхождения, и храбрые воины обратили толпу в бегство, разгоняя этих беспомощных негодяев и поражая их стрелами. Лицо женщины прояснилось — она достигла исполнения своего желания. Величественность царственного гнева и натиск непреодолимой ярости закипели,