Парень Без Тормозов. Том 4 - Алексей Шеянов

В общем дошёл я до соснового леска, в котором раньше меня ждал Лившиц. В этот раз там не было никого. Но потом я посмотрел налево от себя, дальше по береговой линии, и заметил, что у самой кромки воды, у камня кто-то сидит и кидает камни в воду. Когда я подошёл поближе, я понял, что это был старик. И я знаю этого старика. Ну конечно! Зачем призракам приходить к незнакомым людям?

— Вольфганг Иоганнович? — спросил я.

Потом я посмотрел внимательнее и увидел, что рядом с Круспе сидел на камне ещё мальчик лет пяти и просто смотрел на водоём. Рядом с ними ещё дремала немецкая овчарка, не обращавшая на меня никакого внимания. Услышав своё имя, старик развернулся ко мне. Он выглядел лучше, чем Ваня-банкомат. Мой бывший преподаватель был полностью умиротворённым и встретил меня радушной улыбкой.

— Здравствуй, Максим, — сказал он. — Как видишь, даже динозаврам нужен отдых.

Вольфганг тихо посмеялся над собственной шуткой, только было что-то грустное в его смехе. После этого он продолжил свою мысль:

— Удивительное место ты создал в своём сознании. Тихое и спокойное. Именно этого многим не хватает после смерти, — потом Круспе указал на своих спутников, сначала на мальчика. — Это мой первенец, Пауль. Он умер, когда ему было пять лет от врождённого порока сердца. Это для меня была страшная потеря. Перед его смертью он всё прекрасно понимал, хоть и был маленьким. И он мужественно заглянул смерти в глаза. Мой малыш попросил меня лишь об одном: чтобы после моей кончины мы с ним больше не расставались. И действительно, так и получилось. Когда ты от меня ушёл в тот день, вечером меня разбил инсульт. На том свете меня встретил мой сынок со своей любимой собакой, — Вольганг указал на овчарку. — Она пережила его всего на год. Тоже тосковала, — призрак улыбнулся мне, — и вот теперь мы здесь все вместе! Чего ещё можно желать?

— Другой вопрос, Вольфганг Иоганнович, что ко мне сюда, на это озеро, приходят только покойники. И ещё ни один из них просто так пообщаться ко мне не заходил.

Круспе хитро улыбнулся, глядя мне в глаза. Взгляд был у него живой и очень добрый, не то, что у Банкомата.

— И много к тебе сюда покойников заглядывает? — спросил он.

Я пожал плечами и отвёл взгляд на водную гладь, что уже успокоилась после последнего брошенного камня.

— Пока что вы — второй.

— Два раза — это уже закономерность, — сказал он. — Я просто хочу тебе напомнить, что ты — архимаг. Тебе нужно просто заявить о себе, тогда ты получишь дворянство и титул барона.

— Некогда мне пока этим заниматься, господин преподаватель, — я тяжело вздохнул. — Других проблем хватает. А дворянство и баронство, если такое слово есть, я всегда успею получить.

Круспе замолчал. Я как почувствовал, что он хотел что-то сказать про мой образ жизни и про то, что такими темпами я просто могу не дожить до присвоения титула. Однако он проявил свою мудрость и промолчал. Молчание — золото. Хотя, как говорил тот же Ваня-Банкомат, покойникам терять нечего, и они молчать не станут. Видно, не все покойники с ним согласны.

— Ты можешь устранить своего врага, даже не воюя с ним, — снова заговорил призрак. — Дочку Короля я сразу узнал, когда ещё был живым.

Теперь уже я просто не мог скрыть удивления. Я понимаю, что они оба — старики, и Король и Круспе, хоть последний и древнее, а как говорится, все старики знают друг друга, но вот он знает Короля? Ни за что не поверю, что Круспе на зоне срок мотал.

— Не сидел я в тюрьмах, — сказал он. Совсем забыл, что он умеет читать мысли, — но на свободе, между его посиделками, мы с ним успели пересечься. Крови на его руках немало, дальше локтей они запачканы, это факт.

— Так, а кто же его дочка, про которую вы говорите? — спросил я.

— Катя Воронцова. Отцовы у неё глаза, — ответил Вольфганг, глядя на водоём. — Сможешь расположить к себе Катю, Король откажется от войны с тобой. Не пойдёт он против дочери и не будет действовать ей во вред.

— И что же я должен делать? Взять её в заложники и шантажировать? Может, он и сволочь, но я таким же быть не хочу. И что делать с этим типом-антимагом, который её сторожит как цепной пёс?

— Не всегда, друг мой, нужно действовать по-плохому. Иногда можно и по-хорошему, — старик встал с места и обратился к своим спутникам. — Пойдём-те, мои дорогие. Человек, пригласивший нас в это чудесное место скоро проснётся. Значит, нам пора возвращаться домой, — он повернулся ко мне. — До свидания, Максим. Оставайся человеком и не проливай крови зря, ни свою и ни чужую.

Что я ему мог ответить: «до скорого», «до встречи»? Нет, я пока к нему не тороплюсь. Мне ещё бароном становиться и сестру замуж выдавать!

Не успели отец и сын Круспе с их собакой скрыться в тумане, как я открыл глаза.

* * *

Солнце уже взошло, но было по-прежнему тихо. Только где-то далеко по дороге ехали машины, чей шум доносился до сюда. Я поднялся с дивана. Спустился вниз, умылся в санузле, а потом пошёл в сторону подсобки, где продолжал посапывать Рашид. Сейчас его разбудить или подождать, когда кто-нибудь из парней подъедет?

Долго думать у меня не получилось, так как я заметил на автобусной остановке из остановившегося транспорта вылез знакомый парень в белой куртке. Беззубый вернулся! Вот Виталик потопал к базе, наверное, тоже решил с утра отсидеться. Только вот я его обломаю с его планами на безделье. Адвоката придётся отрабатывать! Я вернулся на базу и закрылся в своем кабинете. Не прошло и минуты, как я услышал вопль Рашида. Ага, заметил пропажу пистолетов! Но ничего, пускай поволнуется. Минут через пять открылась входная дверь. Пришёл Перец. Сразу же раздались шаги, Рашид бежал к пришедшему, а потом я услышал их голоса:

— Перец-Перец! Беда! Кто пистолеты со стрельбища спиз… Украл!

— А я-то что? — раздался подавленный голос Виталика,