Перегрины. Правда за горизонтом - Василий Кленин

Сибонеи совершенно не понимали, к чему такие сложности. Если первые дежурные, после строгих внушений полководца, еще продержались, то следующая стража сразу заснула, очередных даже не разбудили.

По счастью, ночь прошла спокойно. А Мехено утром решил не поднимать этот вопрос, чтобы окончательно с дикарями не рассориться.

Как ни удивительно, но к концу второго дня непрерывного бега разведчики обнаружили большой постоянный лагерь горцев.

Он был пуст. На просторной площадке рядом с крохотным озерцом в расщелине беспорядочно были раскиданы кривые шалаши и навесы. Несколько кострищ уже давно затухли.

– Заметили они нас! – с досадой выплюнул Нефрим. – Ушли!

Поскольку солнце уже садилось, Мехено велел разбить лагерь прямо на стоянке людоедов. А раз уж враг о них знал, то разрешил палить костры и жарить мясо.

– Не исключено, что даже сейчас они за нами наблюдают, – сообщил он охотникам. И велел всем быть настороже, но вести себя как бы беспечно. Затем он отобрал восемь самых ловких кори и велел им парами облазить всё вокруг – вдруг попадутся враги!

Валетей бездельничал. Он бродил по стоянке и пытался понять, как жили горцы. Он нашел площадку с кучей отщепов – здесь делали каменные орудия. Но самих орудий или оружия не было нигде. В шалашах валялись скорлупы больших орехов – для воды и пищи. И больше ничего – ни одежды, ни постелей. А еще Протит порылся в кострищах и мусорных кучахи не нашел там ни одной человеческой кости.

Уже к ночи все пластуны вернулись. Ханабеев они не нашли, зато следов была масса. Нашли даже одну натоптанную тропинку наверх, в горы. Следы на ней были свежими, и было их много.

– Понятно, – кивнул Мехено и тут же скомандовал. – Всем спать!

В эту ночь он доверил дежурство только портойям. Даже Валетею пришлось отстоять свою стражу.

Солнце еще и не думало всходить, когда лагерь тихо подняли, и весь отряд устремился к найденной тропе. Валетей жутко хотел спать, но все же оценил творческий подход ангустиклавия. На этот раз не было легкого бега. Отряд бежал максимально быстро, но, подстраиваясь под самых медленных – башенников. Разведчики указывали дорогу, хотя тропу мог рассмотреть каждый.

Через несколько хор отряд вышел к скале, которая в нескольких местах была выедена язвами пещер.

– Тут они! – глухо прорычал ангустиклавий.

Факелы с собой охотники не взяли, сделать на месте их оказалось не из чего. Но отчаянные сибонеи готовы были лезть в сумрак пещер и так. Мехено разбил отряд на группы. Впереди со щитами шли башенники, за ними с копьями наготове – сибонеи.

Увы! Отряд нашел лишь трех убогих стариков. Они прятались в темных расщелинах, но их всё равно обнаружили. Косматые, сморщенные, они покорно ждали смерти, которая наступила незамедлительно – сибонеи выплеснули свою неистраченную ярость на эту троицу.

Предводители похода выбрались на свежий воздух.

– Они бросили стариков, – поделился мыслью Валетей. – Значит, бегут со всех ног. Мы их не догоним.

– Знаю, – процедил сквозь зубы Нефрим. Желанная победа ускользала, и это бесило его. Велев отрезать старикам головы, он повел отряд назад. В лагере ханабеев ангустиклавий велел выложить камнями изображение огромного копья, которое своим острием указывало строго на заход солнца. У основания копья он вбил в землю три кола и насадил на них головы стариков. А у острия воткнул копье, к которому прикрепил убитую по дороге неизвестную портойям жирную птицу.

– Ханабеи вернутся, – громко объявил он своему отряду. – И увидят послание. Если вы останетесь тут, мы насадим ваши головы на колья. А если уйдете далеко на запад, то там сможете дальше жить и охотиться.

«Красивый ход, – подумал Валетей. – Но, конечно, слабое утешение для нас, собиравшихся уничтожить всех людоедов у восточных берегов».

– И что теперь? – спросил кто-то из сибонеев. – Мы возвращаемся к морю?

Мехено оглядел охотников исподлобья.

– Ну, уж нет, – глухо ответил он и выкрикнул. – Мы идем туда!

И указал на гору на западе от стоянки. Охотники загудели, причем трудно было понять: ропщут они или приятно удивлены. Темнокожий предводитель с предельно сосредоточенным лицом первым устремился в чащобу. Портойи и сибонеи плотной группой двинулись следом. Бежали быстро, как утром по следу людоедов. Нефрим больше разговоров о легком беге не заводил – понял, что в этой войне скорость важнее. Но короткий ночлег вновь был без костра и со стражей. Мехено сам не спал почти всю ночь и постоянно расталкивал стражу, чтобы дикари привыкали к новому порядку.

На следующий день отряд вышел к горе. Поднявшись по пологим склонам и добравшись до крутизны, ангустиклавий велел всем отдыхать и отсыпаться, а сам с несколькими спутниками полез на самый верх горы. Мехено расставил людей по разным сторонам вершины и коротко приказал:

– Смотрите!

Старались все, но струйки дыма первым заметил ангустиклавий.

– Запоминайте, где горят костры! Старательно запоминайте! – велел он соратникам. А потом повел всех к общему лагерю. Уже смеркалось, когда отряд двинулся на север.

– Нам нельзя вернуться назад без крови, – тихо выговаривался Нефрим Валетею. – Местные должны убедиться, что мы полезные. Иначе – крах. Будем ходить, пока не найдем… Или пока эти все не разбегутся.

Ночью быстро двигаться не выходило, к тому же очень важно было не сбиться с направления. Но всё равно до утра отряд отмахал немало миль. Перед восходом ангустиклавий дал отряду полхоры на отдых. Отдышались, доели последние запасы и пошли.

Почти половину местных Нефрим разослал в разведку веером. «Будьте тише мыши, – напутствовал он их. – Обнаружьте врага, но сами обязательно останьтесь незамеченными».

К обеду стоянка была найдена.

– Там их человек пятнадцать. Ну, не больше двадцати, – пояснил самый удачливый разведчик.

Мехено пытал его долго: куда идти, сколько идти, какая дорога их ждет. Требовал описать стоянку, подходы к ней. Разведчику лагерь казался обжитым, и все дружно решили, что это другая община ханабеев, которая на этом месте живет довольно давно.

– Пойдем вечером. Сейчас большая их часть в лесу, добывает пищу. А вечером мы их всех возьмем, –