Происхождение христианства в свете рукописей Мёртвого моря - Гилер Маркович Лившиц

Валентин проводил различие между Христом и Иисусом. В его изображении они представляют две самостоятельные ду­ховные сущности. В гностической системе Валентина упоми­нается параклет (греческое слово, означающее: утешитель, заступник). Он выступает в роли спасителя, посланца Христа. Валентин утверждал, что род человеческий делится на три категории людей: плотских, душевных и духовных (пневматиков). Пневматики обладают совершенным знанием (гносисом).

У Валентина было много последователей. Из них наиболее видными были Секунд, Гераклеон, Птолемей и Марк. На осно­ве дошедших до нас источников трудно установить, какие новые мысли и идеи внесли последователи Валентина в систему своего учителя. Поэтому по данному вопросу могут быть сделаны лишь некоторые краткие замечания.

Секунд считал необходимым усилить элементы дуализма в гностицизме. Он утверждал, что высшая восьмерка божествен­ных начал состоит из четверицы правой и четверицы левой. Первую из них следует отождествить со светом, а вторую — с тьмой.

Гераклеон последовательно проводил идею монотеизма. Для его системы характерен строгий докетизм. Согласно его учению, телесная оболочка Христа была лишь призраком, а евангельские рассказы о его земной жизни следует понимать только в симво­лическом смысле.

В гностической системе Птолемея в основном воспроизво­дится учение Валентина о «первоотце», об эманации из него различных божественных существ, составляющих в совокупности «плерому». Образ Христа Птолемей трактовал в докетическом духе. Подобно другим видным представителям гностицизма, он утверждал, что существует три рода людей: пневматики, пси­хики и хоики. В отличие от большинства гностических сект, относившихся резко отрицательно к Ветхому завету, Птолемей делал попытки примирить гностические взгляды с библейской традицией. Так, по его мнению, не следует в буквальном смысле понимать, законы и обряды, содержащиеся в Ветхом завете. Они имеют лишь символическое значение.

Марк высказывал различные гипотезы относительно букв, слогов, чисел и имен. Он полагал, что они заключают в себе какой-то скрытый смысл, раскрыть который можно путем их сложения и разложения. Вместе с тем Марк придавал большое значение обрядовой практике гностицизма. Он усиленно зани­мался пророчествованиями, магией, фабрикацией чудес.

Карпократ и его сын Епифан

Видным гностиком первой половины II в. был александриец Карпократ. Он утвер­ждал, что земной мир сотворен ангелами, стоявшими гораздо ниже высшего бога.

Согласно учению Карпократа, Иисус родился от Иосифа и был подобен прочим людям, но в отличие от них обладал чистой ду­шой, хорошо помнившей о том времени, когда она находилась в сфере «нерожденного отца». С помощью силы, посланной свы­ше, душа Иисуса получила возможность избегнуть власти созда­телей мира, освободиться от оков плоти и снова вознестись в сферу верховного бога.

У Карпократа было много последователей. Среди них наибо­лее видным был его сын Епифан. Он написал сочинение под названием «О справедливости». Оно до нас не дошло, но отрыв­ки из него приводятся Климентом Александрийским.

Маркион и его ученики

Крупным представителем гностицизма II в. был Маркион. Он родился в Синопе (Понт) в купеческой семье. Около 139 г.

Маркион переселился в Рим, где примкнул к существовавшей там христианской общине, но уже в 144 г. был исключен из нее по обвинению в ереси. Он стал открыто про­поведовать свое учение и вскоре вокруг него объединилось мно­го последователей. Маркион много путешествовал по Малой Азии и Египту. Он умер в Риме между 180 и 190 гг.

Свое учение Маркион изложил в произведении, известном под названием «Антитезы». Он же являлся автором евангелия и ряда посланий. Его сочинения до нас не дошли. Однако евангелие Маркиона в значительной мере восстановлено на основании многочисленных цитат в произведениях церковных писателей, подвергавших критике богословские взгляды Мар­киона.

Основные идеи Маркиона носят гностический характер, но некоторые его взгляды не совпадают с общепризнанными воз­зрениями гностиков. Это дало повод Гарнаку отрицать принад­лежность Маркиона к гностицизму. Немецкий ученый готов лишь признать, что суждения Маркиона о материи и плоти находились под влиянием сирийского гностика Кердона.

Согласно учению Маркиона, существует два бога: один — высший и другой — низший, демиург, которого можно отождест­вить с ветхозаветным богом Яхве. Высший бог является твор­цом духовного мира, нематериального и невидимого бытия. Демиургом же создан весь видимый материальный мир из хаоса, без ведома верховного бога. Этот мир такой же несовершенный, как и он сам.

В изображении Маркиона люди долго страдали под игом Яхве и его законов. Наконец, высший бог сжалился над ними и послал на землю для их спасения своего сына. Пришествие Христа было новым откровением, а не исполнением ветхозавет­ных пророчеств. Стремясь окончательно оторвать христианст­во от иудейской религии, Маркион запрещал исполнение иудей­ских обрядов, полностью отбрасывал ветхозаветные книги, счи­тая их несовместимыми с христианством. Он отвергал даже большую часть Нового завета, признавал лишь евангелие Луки и десять Павловых посланий. Эти произведения были им соответствующим образом переработаны. Из них были выброше­ны те места, которые находились в противоречии с его уче­нием. Маркион утверждал, что остальные книги Нового заве­та были искажены в силу того, что их авторами были последо­ватели иудейской религии. Маркион отрицал воскресение тел в их земном виде.

Маркион запрещал брак, требовал ведения аскетического образа жизни, воздержания от вина и мясной пищи. В уче­нии Маркиона по сравнению с воззрениями других гностиков слабо развит космологический элемент.

У Маркиона было много последователей как в восточной, так и в западной части Римской империи. Наиболее известными среди них были Апеллес и Татиан. В III в. маркиониты постепенно слились с манихеями.

Гностицизм и иудейская апокалиптика

Идеи гностицизма находили себе питательную почву среди еврейского населения диаспоры. В представлении фарисеев истинное благочестие предполагает хоро­шее знание Торы и тщательное выполнение всех ее предписа­ний, особенно тех, которые связаны с культом Иерусалимского храма. Осуществление такого идеала благочестия представляло большие трудности для евреев диаспоры. На этой почве росло стремление к несоблюдению так называемого Моисеева закона. Распространялось мнение о том, что путем единения с богом можно о нем познать больше, чем дают авторы ветхозаветных произведений.

Следует также помнить о том, что в течение длительного времени иудейская религия находилась в тесном соприкоснове­нии с вавилоно-персидскими и с эллинистическими идеями. Это неизбежно приводило к тому, что она восприняла у них ряд элементов. С Востока на Запад переносились заклинательные формулы, астрологические суеверия, представления о небесной иерархии, родословные таблицы ангелов, таинственные имена небесных сил. Происходил обмен между восточными и западны­ми религиозными представлениями и суевериями. В