Голубая Луна - Возвращение - Саймон Грин

За внезапным исчезновением Дракона сразу же последовали звуки погони. Поймать, убить и съесть… Большой кусок горячего, парящего мяса вылетел из-за деревьев и шлёпнулся прямо перед Чаппи. Пёс навалился на него, разрывая, раздирая и радостно рыча.

Появился ещё один, несколько более крупный кусок мяса, который пролетел по воздуху и очень точно приземлился у ног Хока и Фишер. Хок принялся разводить костёр и подготавливать вертел, а Фишер доставала из рюкзака разные полезные вещи, включая добротный коврик для сидения, несколько основных столовых приборов и бутылку вина.

- Слабаки, - пробурчал Чаппи.

*

К тому времени, когда они закончили все дела, наступила ночь. Дракон вернулся, и они все уселись вокруг костра, тихо переваривая пищу, наблюдая за пляшущим пламенем, наслаждаясь тишиной и обществом друг друга. Ночное небо было усыпано звёздами, а прямо над головой висел бледный полумесяц. Птицы прекратили своё пение, насекомые исчезли туда, куда ночью улетают мелкие раздражающие твари, и хотя среди деревьев раздавались различные звуки, издаваемые всеми обычными ночными тварями, которые совокуплялись и убивали друг друга (часто одновременно, судя по звукам), ничто не выходило из-за линии деревьев, чтобы побеспокоить лагерь. Тридцати футов лежащего дракона было достаточно, чтобы заставить даже самого крупного хищника проявить осторожность. Только назойливые мотыльки порхали вокруг.

Хок и Фишер сидели бок о бок, прислонившись друг к другу. Чаппи лежал у их ног, грызя кость. Дракон лежал, свернувшись полукругом вокруг них, как большая зелёная защитная стена, его массивная голова покоилась на траве. Его большие золотистые глаза были полузакрыты, а из его ноздрей по идеальным прямым поднимался дымок. Фишер прислонилась спиной к его рёбрам, легко приноровившись к его размеренному дыханию.

- Хок, Фишер, - сказал Дракон словно пробуя новые имена. - темнота всё ещё беспокоит вас даже после стольких лет?

- Отчасти, - ответил Хок. Он вглядывался в темноту за светом костра. - Яд, Темнолесья коснувшийся моей души, до сих пор там. Полагаю, он всегда будет там. Но он уже не влияет на мою жизнь, так как раньше.

- От этого не избавиться, - сказала Фишер. - Но ты учишься жить с этим.

- Полагаю, именно поэтому Принц Демонов смог так легко нас найти, - сказал Хок. Его голос был спокойным и расслабленным и, вероятно, ввёл бы в заблуждение любого другого.

- Как ты себя чувствуешь, Дракон? - спросила Фишер. - Ты… полностью восстановился?

- Я снова чувствую себя самим собой, - ответил Дракон. - Готов съесть целую армию демонов, а потом сбросить что-нибудь очень тяжёлое на Принца Демона с огромной высоты. Хотите, чтобы я доставил вас к Лесному Замку?

- Мы появимся там, - ответил Хок. - Помни, дракон, мы должны вернуться как Хок и Фишер, а не как Руперт и Джулия.

- Чаппи всё ещё Чаппи? - спросил дракон.

- К сожалению, да, - ответила Фишер. - Нет смысла давать ему другое имя, он никогда его не запомнит.

- Я слышал это! - сказал Чаппи. - Я - это я, и я горжусь этим! А если кто-то не может с этим смириться, то это его проблемы. Он замолчал и поднял взгляд от своей кости, облизывая засохшую кровь вокруг морды. - Знаешь, с тех пор как вы уехали, в Замке наверняка произошло много изменений. За сто лет многое может произойти.

Дракон басовито хмыкнул, заставив Фишер подпрыгнуть, когда вибрация прошла по его рёбрам. - Только люди могут считать сто лет долгим сроком.

- Всё должно меняться, - сказал Хок. - Иначе это наскучит. Мне будет очень интересно посмотреть, что они сделали со старым местом.

- Тебе никогда не нравился Лесной Замок, - сказала Фишер.

- Нет, - ответил Хок. - Но это всё ещё место, где я вырос, где была моя семья, так что, полагаю, это делает его… домом.

- И ты никогда не любил своего отца, - сказала Фишер.

- Он был Королём, - просто сказал Хок. - У него были обязанности и ответственность. Я всегда это понимал. Даже когда он посылал меня умирать, выполняя задание, которое я не должен был выполнять, я всегда знал, зачем он это делает. И я не могу думать об этом слишком плохо; так я встретил тебя. И дракона.

Хок и Фишер ласково улыбнулись друг другу. - Я ненавидела своего отца, - сказала Фишер. - У него было слишком много дочерей, а я вела себя не так, как он хотел… И ему нужна была жертва, и он отправил меня умирать. Чтобы меня съел дракон. Забавно, как всё обернулось. Спасибо, что не съел меня, дракон.

- Я же говорил тебе, - ответил Дракон. - От людей у меня изжога.

- С сыновьями и отцами всё… по-другому, - сказал Хок. - Отцы определяют твою жизнь, нравится тебе это или нет. Ты либо хочешь быть таким же, как они, либо совсем на них не похож. И вы никогда не освободитесь от их влияния. Даже когда они мертвы. Может быть, особенно когда они мертвы, потому что вы не сможете показать, чего вы достигли в своей жизни, чтобы произвести на них впечатление или назло им.

- Призраки должны оставаться в прошлом, - твёрдо сказала Фишер. - Сосредоточься на настоящем. Нам нужно найти наших детей, прежде чем мы сможем вернуться в Лесной Замок. Я должна быть уверена, что они в безопасности.

- Джек, - сказал Хок. - Начнём с Джека. По крайней мере, мы знаем где он должен быть.

- Правда? - спросил Чаппи. - Вы никогда не говорили мне.

- Всегда казалось важным позволять нашим детям идти своим путём, - сказала Фишер - Пусть они сами строят свою жизнь, вне нашего влияния.

- Последнее, что мы слышали, наш мальчик, Джек, посвятил свою жизнь религии, - сказал Хок. Монах-созерцатель, живущий в уединении в монастыре. В Аббатстве Святого Августина.

- Монах? - удивился Чаппи. - Джек?

- Наш мальчик, - сказала Фишер, нахмурившись. - Ему, должно быть, уже за 70. Трудно представить, что наш сын выглядит старше нас.

- Монах-созерцатель - это почти отшельник, - сказал Хок. - Не этого я бы хотел для своего сына, но, без сомнения, он лучше всех знает свой собственный разум. И он вёл активную жизнь до того, как пришёл