Снова на привязи - Гульнара Черепашка

Фарадж и Рамла мирно спали среди подушек и покрывал ложа. Голова Рамлы покоилась на его мощной груди. Жаровня почти погасла – в ней только тлели едва-едва угольки, а дымка почти не было видно. И под куполом шатра царила практически кромешная мгла. Если бы не нечеловечески острое зрение – Накато сейчас ничего не смогла бы различить вокруг.

А ей предстояло залезть в запасы трав, что хранились у шхарт.

Всего один лепесточек цвета червя, - уверял ее предыдущей ночью Амади. Это не горсть, от одного лепестка ничего не будет!

Точнее – будет, но таких последствий, какие наступили в прошлый раз для Рамлы и ее служанки, не будет. Ни ведунья, ни глава кочевья и не поймут, что вдыхали дым от этого лепестка. К утру все развеется без следа!

Что ж, ему нет нужды обманывать. В конце концов, она не может ослушаться.

Накато бесшумно скользнула по шатру, безошибочно отыскала закрытую корзину, в которой ведунья хранила сушеные травы и снадобья.

После того, как бросит в жаровню то, что приказал колдун, ей придется вытащить из шатра зеркало и немного благовоний. Отыскать снаружи место, где ее точно никто не увидит – тоже еще, задачка! И дотянуться через зеркало – дверь в мир духов – до спящего Фараджа.

Кочевье спало.

Но кое-где горели костры, возле которых сидели люди. Горели костры по обычаю вокруг становища – там сидели воины, вглядываясь в ночную степь.

А ей еще надо под каким-то предлогом раздобыть огня!

Накато мысленно хлопнула себя ладонью по лбу. Ну, вот что ей стоило прихватить углей из жаровни в шатре Рамлы! Нагребла бы в глиняный горшок – и одна задача была бы решена.

И тут же снова обругала себя бестолочью.

Додумалась – бродить среди шатров, рискуя на кого-нибудь нарваться! Она же увела Фараджа из его собственного шатра. А перед тем он сам выставил наружу одну из своих наложниц. Надо пойти в его шатер! А наткнется там на какую-нибудь из его наложниц – так скажет, что явилась по приказу господина.

*** ***

На ее удачу, ухищрений не понадобилось. Шатер Фараджа оказался пуст.

Поставить зеркало, зажечь благовония – все действия привычные, делала такое не раз и не два. Ничего сложного.

Сам Фарадж мирно спит сейчас под боком у Рамлы. Все, что требуется от Накато – позвать его. Позвать у увести за собой в сон…

Да, ничего сложного.

Все шло, как обычно. Привычно сгустились вокруг тени. Привычно заклубился в зеркале потусторонний туман. И зов Накато понесся сквозь мир духов – как и следовало.

Отклик оказался неожиданно многоголосым.

Девушка различила голос Фараджа и позвала его, готовясь увести за собой. Вот только за ней пошел совсем не он – а неясная расплывчатая тень.

Накато, смутно ощущая подвох, попыталась разглядеть ее внимательнее – и тень вдруг взметнулась вокруг нее рваными лохмотьями, окружила, отрезая от мира вокруг. Торжествующе захохотала.

Нет, ее не должно здесь быть!

Первым чувством оказалось возмущение – что в ее действия вмешались. И недоумение – как?! Лишь спустя пару мгновений настиг страх.

Смех звучал знакомо – это та самая тень, что звала ее несколько ночей подряд!

- Ты еще здесь?! – рявкнула Накато. – Убирайся прочь! Убирайся, я не откликалась на твой зов. Я его не слышала, уходи!

- Ты слышала, - насмешливо заявила тень. – Иначе к кому ты обращаешься?

- Тебя здесь нет, - заявила Накато. – Так что пошла вон!

Ответом послужил издевательский хохот.

Подумать только – сколько времени она не давала о себе знать! И пожалуйста – явилась, когда не ждали. Чего ей снова нужно?

Спокойно. Это Куруша – та самая, которая давно мертва. Ничего она не может сделать! А если помешает ей – недовольному Амади уж точно придется выслушать Накато.

- Слушай, - девушка перевела дух. – Ты мне мешаешь! Помолчи немного, дай закончить то, что я делаю. После расскажешь, какой задницы гиены тебе понадобилось!

- Ну, хорошо, - неожиданно согласилась она. – Заканчивай…

Кругом смолкло – словно ничего и не было. Поверхность зеркала тускло поблескивала. А лучше бы Куруша помешала ей!

Теперь ведь не пожалуешься Амади. Неизвестно еще, когда тот вспомнит о своей игрушке.

Накато встряхнулась, снова позвала Фараджа. И тот откликнулся. Она потянулась к нему, осторожно повела его в сон.

Сама ощущала чужое присутствие. Невидимая Куруша наблюдала за ней с острым любопытством. По спине Накато пробегал озноб – давило чувство, будто за ней следит из засады голодный хищник. Не зря ли она продолжила начатое? Чего-то ждать от жаждущей мести Куруши, которую она привела когда-то к страшной смерти?

Накато почти уверена была, что закончится скверно.

Но нет – Фараджу позволили беспрепятственно уйти вслед за Амади, ждавшим его. А вот Накато уйти не позволили.

Она не удивилась поднявшемуся вокруг нее вихрю. Лишь подумала мельком – заметил ли Амади, что происходит? Если нет – ей долго придется ждать помощи. Потому что сама она не справится – в этом она была убеждена. Да, она сильнее большинства людей и даже хищных зверей. Но с колдунами ей не бороться. Мир духов – их территория, здесь она бессильна.

Страха не осталось. Ее не убьют – если бы хотели, давно так бы и поступили. Она зачем-то нужна Бабатанду.

Вот любопытно: Куруша больше двух лет, как мертва. Отчего ее дух не развеялся? Она ведь не ведьма, не одаренная! Почему она не рассыпалась пылью в потустороннем мире? Неужели настолько сильна была ненависть и жажда мщения, что этого хватило ей на сохранение целостности?

И на кой она сдалась Бабатанду? Ему нужен был бывший хозяин Накато – Изуба! А тот находится в башне Ошакати.

Девушка глядела на узкий круг черноты внутри вихря, отдаляющийся все сильнее от нее – вверх. Глаз бури. Он удаляется – вихрь растет. Если бы она способна была хоть что-то понять! Бабатанду нужен Изуба. Почему он не в силах до него дотянуться? Амади говорил – все колдуны равнины когда-то проходили обучение в башне Ошакати. И все они – за исключением ренегатов вроде самого Амади – подчиняются магистру башни, Энистану.

Нелепица. То, что происходило между двумя магами – Бабатандом и Изубой – выглядело в ее глазах нелепым.

Как они могут быть врагами?! У них ведь общая цель – та, которую