Возвышение Меркурия. Книга 14 - Александр Кронос

Параллельно я следил за докладами от отряда Билли — каждые полчаса мост между мирами пересекал связной, который передавал последние данные. Пока всё шло по плану. Пусть морские охотники и не были знакомы со строительством крепостей, но у них было достаточно силы, чтобы работать со скальной породой, чем те благополучно пользовались. К тому же рядом был готовый помочь Гифер.

Местные тоже себя проявили — перебросили наблюдательную группу, которая прибыла на чём-то напоминающем дирижабль под прикрытием пары драконов. Так что около возводимой крепости теперь имелась сотня иномирных пехотинцев, которые обустраивали лагерь в стороне, наблюдая за процессом строительства.

С нашей стороны, около точки входа тоже возводились укрепления. Мост требовалось защитить так, чтобы он точно не оказался под угрозой.

Спать я лёг уже под утро, когда стало понятно, что кризис с монархами миновал. Потому как, если в Европе у меня имелось достаточно тех, кого можно было назвать союзниками или партнёрами, что мешало созданию новой коалиции, то вот в иных частях света всё было не так гладко. Да, Япония, Китай и Корея из списка потенциальных противников выпадали сразу же. Но оставался такой гигант, как Индия с множеством раджей, большим количеством Одарённых и немалыми ресурсами. Плюс инки и ацтеки, косо посматривающие в сторону Старого Света, где с их точки зрения творилось невесть что.

Да и в целом, патриции были изрядно взбудоражены последними событиями. Сначала удары Маховых по городам, потом чья-то атака на Австралию, которая в одночасье вышла из под контроля Великобритании. Плюс, слухи о странных вещах, которые творятся в Скандинавии и абсолютно нелогичный Пробой в Чите, сожравший одного из моих соратников — учитывая большое количество свидетелей, скрыть этот факт нам не удалось.

Оттого мне лично пришлось участвовать в их успокоении. Объяснять, угрожать, намекать, требовать. И постоянно напоминать, что они говорят с римским богом, а не равным себе смертным.

Сработало. Не могло не сработать. Но мне пришлось потратить на это немало времени.

Потому, когда в комнату проскользнула Найхва, которая всё это время занималась отбором потенциальных последователей, решив последовать примеру Прохора с Асукой, перед которыми я поставил задачу сформировать собственные свиты, у меня даже не нашлось сил на это отреагировать. Уставший и измученный разум наотрез отказался воспринимать происходящее поблизости.

Правда, в этот раз и сама дева была не так бодра, как обычно. Сбросив одежду, молча скользнула под одеяло и прижавшись ко мне, уложила голову на грудь. А секунд через десять я усмехнулся, услышав её ровное сопение — океанская богиня попросту отключилась. После чего и сам провалился в сон.

Пробуждение вышло не настолько приятным — в моей голове на разные голоса шумели Сандал с Мьёльниром. Да так активно, что первой моей реакцией, было рыкнуть на них самих, заставив обоих на время замолкнуть.

Осторожно сдвинув с себя Найхву я вытащил из под девы левую ногу и мысленно поинтересовался.

— Что случилось на этот раз?

Вот теперь, оба спутника, как будто сговорившись, несколько секунд помолчали. Потом послышался тихий рык Сандала.

— Хрр-р-ранилищ Нахеларр-р-р больше нет. Сгорр-р-рели за мгновения.

Я застыл на месте и брови невольно поползли вверх. А в следующую секунду заговорил каменный ёж.

— Ещё в Сс-с-стамбуле чужая делегация. Заняли сс-с-султанский дворец, разметали гарнизон и требуют тебя.

* * *

Измайлов прекрасно помнил, как влетел в портал, не желая отпускать одного из тех, кто создавал новых некроконструктов и управлял старыми. Он чувствовал энергетические нити, которые связывали кукловодов с их марионетками и желал хотя бы одного взять живым. Кто же мог подумать, что окно перехода просто возьмёт и закроется сразу за его спиной, а он окажется здесь.

Причём, где именно «здесь» — юноша пока и сам не понимал. Его выбросило в круглом помещении, из которого вели четыре выхода. Он поочерёдно исследовал каждый из них, оставляя на металлических стенах зарубки при помощи силы. Но слишком далеко не удалялся — не хотелось углубляться в лабиринт переходов, который скрывался за каждым из выходов.

Обидно было и то, что его цель пропала. Да так, что от непонятного противника не осталось никаких следов. Как будто он тут и вовсе не появлялся.

Какое-то время Михаил провёл в той же комнате, где оказался после входа в портал. Рассчитывал, что к нему каким-то образом придут на помощь. Мало ли — вдруг переход просто работал в одностороннем режиме, вместе с тем разбрасывая вошедших в него людей по разным точкам. Как ни крути, о специфике работе порталов, известно было не так уж много.

Но никого не появлялось и в конце концов, Измайлов решил проверить одно из направлений. Оставил на стене короткое послание, на всякий случай даже поставив стрелочку в нужную сторону и двинулся вперёд.

Против ожидания, новых врагов ему не встретилось. Только сплошные коридоры, запертые двери, которые не поддавались плетениям, да таблички на непонятном языке. Хотя по поводу последнего он изначально сомневался — кривые закорючки больше напоминали художества ребёнка в песочнице. Но сравнив несколько встретившихся экземпляров и оценив последовательность символов, он убедился, что это и правда язык. Чужой и непонятный, но тем не менее связный.

От всего этого становилось не по себе. Ни одного знакомого лица рядом, никакой связи и нулевые признаки жизни в этом странном месте.

Выйдя в очередной широкий отрезок коридора, по обеим сторонам которого тянулись мощные двери, Михаил вздохнул. Это был уже восьмой такой. И ни в одном из предыдущих случаев, проникнуть за одну из дверей ему не удалось. Металл упорно не хотел реагировать на использование силы. Если поцарапать его поверхность у юноши получалось без особого труда, то вот попытка пробиться глубже и сломать преграду, неизменно терпела неудачу. Как будто какая-то часть материала была невосприимчива к его мощи.

То же самое повторилось и сейчас — он по очереди обходил каждую из дверей, испытывая на ней все варианты, которые приходили в голову, но те ни в какую не желали поддаваться.

Когда оказался около очередной, то случилось неожиданное. Сначала по её краям прошло зелёное мерцание, а потом коридор огласил голос. Глухой и бездушный, как будто говорил механоид или некроконструкт. К тому же абсолютно непонятный — уловить смысл шипящих слов было невозможно. Зато теперь Михаил был уверен, что не попал в полностью пустой лабиринт, где можно бродить