Любовь со вкусом корицы - Анна Морозова

Я аж поперхнулась, едва не выплюнув на тарелку пережеванные салатные листья.

— Извините, — хриплым голосом произнесла я, уловив на себе три пары удивленных глаз. Чтобы хоть как-то справится с неловкостью, и нарастающей злостью в груди, я взяла фужер с вином и осушила половину. Это что сейчас было? Ей совсем плевать на моё мнение? Сидит здесь, рекламирует собственную дочь, как какую-то корову, выставленную на продажу. Просто отвратительно! Если я ещё хранила надежду на благоразумность матери, то сейчас окончательно разочаровалась. Сегодня — единственный наш совместный вечер. Всё. Хватит шары гонять. Пора заканчивать этот цирк.

— Наверное, Лидия Сергеевна. — Невнятно ответил Эдик и хотел было что-то ещё сказать, но его перебил настойчивый звонок в дверь.

Кто бы там ни был: Спасибо!

— Оо, видимо, Гришечка с работы вернулся. — Объяснилась мама, опережая вопросы. — Василис открой дверь, дорогая.

— С удовольствием, — оскалилась я, подскакивая на ноги. Хоть пять минут подышу нормально.

— Эдик. Может, встанешь? — С нажимом обратилась к нему Зоя Васильевна. — Или предлагаешь Васеньке через тебя перескакивать?

— А, конечно, — спохватился парень, выбираясь из-за стола. — Проходи, Василис.

— Ага, спасибо, — с довольной улыбкой пролепетала я и получила смущенную улыбку в ответ. Глупый. Видимо, подумал, что это ему я так скалилась, а не потому, что в нескольких метрах находится

отец и скоро спасет свою дочурку из лап трехголового дракона. Зная его любовь к Филатовым, можно не переживать за продолжение вечера. Зоя Васильевна сама убежит, ну а Эдик, естественно, от родительской ноги никуда.

Пыша радостью, я направилась в прихожую и с таким же настроем отодвинула засов, едва не подпрыгнув на месте, словно там, за железным ограждением, меня ждет Дед Мороз с подарки. К счастью, папа намного лучше этого воображаемого волшебника. Мой герой! Приехал! Завтра притащу ему малиновый торт!

Распахнув дверь, я уже собиралась кинутся в родные объятия, но так и застыла на месте, не веря своим глазам.

У меня галлюцинации?

— Ты что здесь делаешь? — растерянно спросила и на всякий случай ущипнула себя за запястье. Но мужской образ с нахальной улыбочкой никуда не исчез.

— Не ожидала? — Усмехнулся Соколов. — Спасать тебя приехал.

Глава 42

Прочистив горло, беглым взглядом осмотрела Лёшу. Белая рубашка с коротким рукавом, синие шорты и кеды. У матери случится инфаркт. Это не Эдик в своём джентельменском костюме, а спасатель Малибу какой-то. И слава Богу. Второго такого моя психика бы не выдержала.

— Чего застыла, Василёк? Не можешь поверить своему счастью?

Резко подняв голову, столкнулась с нахальным взором зеленых глаз и ехидной улыбочкой.

— Пытаюсь понять, от рождения ты такой дурак или жизнь заставила? — Ответила, подперев плечом дверной косяк. И пусть снаружи я оставалась серьезной, в душе хотелось визжать от захлестнувшей меня радости. Если Лёша здесь, все страхи автоматически испаряются, как по дуновению ветра. И сейчас, зная, что в нескольких метрах меня ожидает не самая приятная компания, я больше не чувствую отчаяние и скуку. Мне хочется дышать полной грудью. Жить хочется. Улыбаться, черт возьми. Искренне, по-настоящему.

— И я рад тебя видеть, кукурузина — Хохотнул Лёшка и заграбастал меня в медвежьи объятия.

— Надушился-то — Проворчала я.

— Всё для тебя, мадмуазель.

— Кто бы сомневался. Какой план?

— План?

— Ну да, план. — Я высвободилась из уютных объятий и сделала шаг назад, чтобы отчетливее видеть Соколова. Светлые брови, привычный мне бардак на голове, ровный нос, ямочка на подбородке. В который раз убеждаюсь, что, не смотря на несносный характер и буйную фантазию, я не могу не замечать, как хорош этот мужчина. Спортивный, фактурный, с идеальными пропорциями. А еще Лёша — добрый, заботливый, готов прийти на помощь в трудную минуту. Интересно, когда он встретит ту самую наши отношения останутся прежними? Или он забудет обо мне? С тех пор, как Лёша проявил желание найти себе девушку, я всё чаще об этом задумываюсь. Возможно, этот страх сидит во мне после потери Славы. Возможно, я просто устала разочаровываться в людях. Но чем больше в голове подобных мыслей, тем сильнее приходит понимание собственного несчастья. Я ведь никогда по-настоящему не ощущала себя свободной, полноценной, удовлетворенной. Сначала школа, мать, которая с годами стала только невыносимее, первая любовь и предательство. Самарин со своей амнезией. Удар по самооценке, желание исчезнуть из жизни. Болезненный развод. Принятие поражения. А счастье-то где? Где мой кусочек радости? Мой вечный леденец? Несправедливо! Если бы не Лёша, я бы, может, вообще упала в пропасть депрессии. Даже кафе не питает такой мотивацией, как он. Так что же получается? Моё счастье в данный период бытия Соколов? Только рядом с ним мне хочется дышать полной грудью. Развиваться, творить, смеяться. Ходить на работу. Не отчаиваться и улыбаться. Кто бы мог подумать Соколов — моё счастье. Смешно, конечно, но так оно и есть.

— Ты так смотришь, что мне становится не по себе — смеётся Лёша, возвращая меня в реальность. — Опять с алкоголем перебрала?

— Тебе бы всё шуточки шутить. А я вообще-то хотела сказать тебе спасибо.

— За что? — С искренним удивлением посмотрел на меня.

— За то, что ты есть.

— Начина-а-ается. — Соколов положил ладонь на грудь и, откинув назад голову, театрально ахнул — Боже! Нееет! Сердце! Кхе-кхе.

— Дурак — хохотнула я, ударив по плечу друга. — Клоун!

— А с чего был этот секундный сентиментальный перформанс? — Спросил он меня, продолжая изображать веселье на своём лицо.

— Потому что это правда. — Ответила, не придумав ничего умнее.

— Потому что это правда — пропищал Лёша тоненьким голоском. — Ты ведь знаешь, не люблю я всего этого. Сопли слюни, ворох благодарностей и прочей хрени. Не обижайся только, но мне проще, когда ты меня в задницу посылаешь, чем сладостные речи на уши вешаешь. Потому что это капец как подозрительно звучит.

— Сухарь! — Буркнула я.

— Я-то сухарь? — Оскорбительным тоном воскликнул Соколов.

— Сухарь, сухарь. Огромный такой, черствый сухарь!

— Я вообще-то за