Отражение предназначения - So..The End

— Спокойно, Геральт. Не дергайся. Иначе рана может открыться.

— Трисс… Я… Не успел… Не успел… — повторял одно и то же ведьмак пока не провалился в сон.

«Боги, как он отреагирует…», — с болью в сердце бросила Трисс.

Танедд стал кошмаром для всех.

Вернув его обратно в постель и перевязав рану, чародейка вернулась в малый зал рядом со спальней. Она не спала нормально уже который день. Налив себе горячий напиток, она устало присела за стол отдохнуть.

— Ну, как он?

— Приходил в себя, но все еще слишком слаб.

— Мм… — сел напротив нее Дийкстра.

— Как там остальные? Что они решили?

— Спорят. Не доверяют себе и другим, ясное дело. А почему они тебя не позвали?

— Я… Я слишком молода и неопытная.

— Брось, Меригольд. Ты тоже чародейка. И не абы какая. Не всегда опыт связан с возрастом, — на слова Дийкстры Трисс вымученно улыбнулась скорее из вежливости.

— Что слышно о Башне Чайки?

— Там сейчас идет расчистка завалов. Оно займет несколько недель. А там видно будет.

Глава 20 То, что остается…

Утрата близкого человека всегда неожиданно и страшно. Словно из тебя заживо вырывают частичку тебя, оставляя кровоточащую душевную рану. Не играет роли, болел ли человек, или его смерть наступила внезапно. Люди, столкнувшиеся с утратой так или иначе сталкиваются с ситуацией переживания горя. Каждый переживает горе по-разному, одни изолируются, становятся асоциальными, стремятся максимально уйти от реальности, чтобы не сталкиваться с болью. Цири же жалела лишь об одном: почему она тоже не умерла в той вспышке. Так было бы не так больно.

После яркой вспышки мир вернулся в норму. Но не для нее. Вопреки ее желаниям, она открыла глаза и не сразу почувствовала жаркий сухой воздух. Ее помутненный взгляд уставился на одинокое засохшее дерево на горизонте, за которым ясное голубое небо, да желтизна скал. Со всех сторон ее окружала каменистая, красно-серая, иссеченная рытвинами и террасами равнина, кое-где вздыбившаяся кучками камней, огромными валунами либо торчащими из песка скалами странной формы. А высоко над равниной висело огромное раскалённое солнце, искажающее все видимое слепящим огнем и дрожанием раскаленного воздуха.

Руки, недавно державшие тело сестры, были пусты. Осталась только кровь. Айри исчезла, словно ей все это привиделось как в кошмаре. Непонятно, что случилось с ее телом и с тем чародеем.

— Ее больше нет, — тихо повторила про себя Цири.

Ее…

Больше…

Нет…

Громогласным эхом раздалось в ее голове. Теперь уже точно. Неверие вмиг переросло в бесконечное чувство вины и скорби. Цири до боли вцепилась за волосы. Из ее уст вырвался душераздирающий вопль. И чтобы ее разум окончательно не сдался, организм впал в спасительную тьму.

* * *

Горная Цепь Тир Тохаир — вторая цепь хребтов, разделяющая континент. Но в отличие от Синих Гор Северных Королевств, предгорья и перевалы Тир Тохаир отделяют Нильфгаард от великой пустыни Корат. Под хребтом издревле селились гномы, где совершенствовались в металлургии, кузнечном искусстве, машиностроении и инженерии. Гномов на Севере редко увидишь. А простой люд все чаще путает их с низушками и краснолюдами, хотя они разные, пусть и имеют родственные корни.

Достигнув небывалых высот в мастерстве обработки металлов, а также построив практически совершенные плавильные печи и паровые машины, гномы считаются одними из самых умелых ремесленников и успешно заняли нишу в этой отрасли во всем Континенте. Их легендарные гвихиры, которые по праву считаются самыми лучшими мечами в мире — мечта любого уважающего себя рыцаря, аристократа, воина.

По пустынному тракту неспешной цепью шел караван из шести обозов. Мастер-ремесленник Финиваль Эльбрахт, как обычно, по расписанию вез очередные товары в Нильфгаард, в город на перекрестке Увнир, прямо на границе с пустыней. До него доходили различные слухи о дальних землях, о Войне Империи с Севером, но войны никогда его не интересовали, пусть он и изготовлял совершенные мечи.

Гном, достаточно молодого возраста для своей расы, вышел из шатра и огляделся. Солнце находилось в зените и нещадно палило. Караван остановился возле небольшого оазиса на передышку. Пока остальные члены каравана спасались от жары в тени шатра, гном бросив взгляд на повозку, заметил на земле петельку.

«Мушка… Опять куда-то убежала…», — взглядом поискав своего пса поблизости, нигде его не увидел.

«Да куда же она подевалась».

— Мушка! Мушка! Ко мне.

— Гав… Гав… — вскоре он услышал лай где-то в сторонке от тракта.

— Вот ты где, — поспешил он за ним.

Пса своего он обнаружил за валуном рядом с телом.

— Что за…

«Живая?», — подбежав к телу, проверил дыхание Финиваль.

«Какая странная одежда… Слишком теплая для этих краев», — не мог не заметить странный наряд неизвестной гном. Он тут же позвал своих работников и те успешно перенесли девушку в один из обозов.

— Зачем вы ее взяли? Это может быть уловка бандитов, — буравил глазами своего работодателя охранник каравана. Молодой мужчина со смуглой кожей. За его поясом висели его любимые кукри, которых он нервно гладил. С ним согласились остальные охранники.

— Не будь таким бессердечным, — просто отмахнулся от него Финиваль.

— У нее кровь на руках и раны от битвы. А вдруг она сама та еще убийца? А мы вот так ей помогли. За ней, может, Имперские ищейки идут. Мы станем сообщниками и нас повесят на первом же дереве.

Финиваль нахмурился. В словах Раифа был смысл. Не хотелось бы столкнуться с агентами Империи.

— Полагаю, не все так просто, уважаемый Раиф. Хотя бы услышим ее слова. Она же одна, что она сделает со всеми нами? Ну, что с ней, Алга? — обратился гном к подошедшей гномке.

— Ну… Никаких угрожающих жизни ран. Ссадина на голове, порезы и гематомы различной тяжести — это все, что смогла заметить беглым осмотром. Девушка сама — молодая, в самом расцвете сил.

«И ничего такая…», — заметил еще тогда охранник при переноске, но его беспокоил сам факт ее странного обнаружения.

— Думаю, у нее измождение и обезвоженность. Узнаем, когда очнется.

— Хорошо. Тогда, продолжим путь.

В повозке с Цири осталась Алга. Гномка, полевой медик каравана и старая подруга Финиваля, которая вытаскивала их из многих опасных ситуаций. Как правило гномы мало чем отличаются от тех же краснолюдов. Такие же низкорослые, только не такие плечистые, но с заметными длинными носами. Но в отличие от своих сородичей у Алги был маленький аккуратный носик.

Она смогла снять меховую куртку с Цири и протерла кровь и грязь с ее лица.

«Что же с тобой случилось, бедняжка…», — с сочувствием смотрела на Цири гномка, на