Свидание в лифте - Тата Кит

Пульс участился. Теперь мне действительно стало страшно. Я начала крутить головой по сторонам, при этом стараясь не терять из виду Варю.

— Я рядом, дорогая, — с пугающей лаской ответил он. — Если не хочешь, чтобы я стал ещё ближе, послезавтра принеси мне четыре миллиона.

— Больше ничего тебе не надо? — фыркнула я иронично.

— Ты должна мне. Забыла? Из-за тебя я остался без работы, без друзей, без денег… Ты должна мне за испорченную жизнь.

— Свою жизнь ты испортил сам ровно в тот момент, когда показал своё истинное лицо.

— Не выдумывай. Нормальные бабы годами терпят побои и живут счастливо, жертвуя малым. Ты не захотела. Решила открыть рот? Что ж, я свой тоже могу открыть…

— О чём ты?

— Как-то твой пацан подозрительно нежен с моей дочкой. Не находишь?

— Ты больной! — я даже слушать это не стала.

— Я — неравнодушный отец, которого силой разлучили с дочкой. А этот пацан кто ей? Правильно, никто. Подозрительный мутный тип, который не обеднеет, если заплатит четыре мульта. Одна его машина стоит в пять раз дороже. А у него их две. Ещё мотоцикл есть, квартира… Про строительную компанию говорить или ты сама в курсе?

— Ты не получишь ни копейки. Ни от меня, ни, тем более, от него. А свои сказки можешь рассказывать дружкам на зоне, потому что ты только что обеспечил себе новую статью.

— Ну-ну, — он нисколько не испугался и не усомнился в собственной вседозволенности. — Можешь попробовать поиграть со мной, но только не забывай, что я и до дочки твоей добраться могу. Охрана в садике дерьмовая. Ты знала? Можно зайти под видом папаши, забывшего пропуск, и выйти с любым ребенком. С твоим, например. С нашим.

— Думаешь, если ты дебил, то все вокруг такие же? Без моего письменного или прямого разрешения Варю никто тебе не отдаст. Ни один из воспитателей. Да и Варя с тобой никуда не пойдёт. Забыл, что ты для неё никто?

— Ничего. Была бы пацаном, конечно, было бы проще. А так… поноет немного, да как миленькая пойдёт. И, кстати, о нашем интересном разговоре своему бойфренду не рассказывай, — выдохнул он с насмешкой. — А то испугается, убежит ещё. А мне деньги нужны. И раз он так перед тобой стелется, то, думаю, ты с него и десять лямов можешь взять. Но пока попроси четыре. Для первого раза хватит.

— Пошёл ты!

Я отключила звонок, заблокировала его номер и, дав себе секунду на то, чтобы взять себя в руки и не показывать дочери злое выражение лица, пошла к веселящимся Варе и Лёше.

— Доча, пойдём домой. Холодно уже. И поздно, — я изо всех сил старалась, чтобы голос мой был мягче, но подошедший Лёша вопросительно повёл бровью, будто спрашивая, кто звонил и всё ли у меня нормально. Натянув улыбку пошире, чтоб было понятно, что это пустяк, я протянула к стоящей наверху деревянного городка дочери руки. — Иди ко мне, зайка. Я поймаю.

Варя посмотрела на меня сверху вниз, а потом сделала пару шагов в сторону и встала точно напротив Лёши. С широкой улыбкой, широко распахнув объятия, она приготовилась прыгать к нему.

— Папа, лови! — бросила она короткую команду и в это же мгновение прыгнула к Лёше в руки.

Он с готовностью её поймал, прижал к себе и сразу посмотрел на меня испуганными глазами. Похоже, на моём лице было слишком четко написано, кого я сейчас хочу прибить.

— Только не бей. Это просто прикол. Варя придумала, — быстро протараторил Лёша, пока я смотрела на него не моргая.

Глава 29. Лёша

Бывший мудень, как выяснилось, проживает по месту прописки… с мамой. К счастью, за сотни километров от этого города. Почти год нигде не работал, живя на пенсию матери, а буквально неделю назад вдруг свалил на вахту.

Подозрительно.

Может, конечно, реально стало стрёмно висеть на мамкиной шее, но внутренняя чуйка не давала мне спокойно сидеть на месте. Не верил я в его порыв начать работать. Да и, как сказали мои люди, его мама не в курсе, куда именно он поехал. Назвала два диаметрально противоположных направления и не забыла упомянуть о том, что жизнь её сына пошла по пизде из-за Юльки, а не из-за того, что у неё вырос такой мудак.

Мутная история, давящая на нерв.

А сегодня Юля, как назло, задержалась и не отвечала на мои звонки. Стоило ей подъехать к своему парковочному месту, как я уже был в кроссовках и куртке, и спускался вниз.

Сразу стало легче, стоило увидеть, что они с Варей, как обычно, идут на детскую площадку. Значит, бывший мудень на горизонте не появился. Это позволило мне расслабиться и выдохнуть спокойно.

Моя тёплая и нежная Юлька впервые позволила обнять себя на глазах у Вари. Было видно, что день её вымотал и, скорее всего, она даже сама не поняла, что позволила себе сделать то, что я всегда от неё жду — то, что по кайфу ей.

Обмякшая, сонная и полностью мне доверяющая.

Может, попросить в садике почаще проводить собрания? Когда ещё мне достанется настолько тактильная и няшная Юля?

С малой играть — ещё один вид кайфа. Носишься себе беззаботно по площадке, и никто слова тебе не скажет. Хочешь — на горке катайся и застревай, а хочешь — снег жуй. Главное, чтобы не жёлтый.

Пока Юля отошла поговорить по телефону, мы с Варей захватили городок с самой большой горкой, но другие две девчонки со своими папашами, отчего-то, решили всё повторять за нами.

Для своей крошки я пытался выбивать самое козырное место и следил, чтобы те две девчонки не щемили мою. Вроде, выходило неплохо. Два других папаши, которые изначально пришли сюда сонными, будто тоже включились в процесс.

Немного раздражало, что их дочери постоянно «папкали», прося то снять их с горки, то поставить на неё.

Я делал всё то же самое, но Варя, как истинная леди, просто манила меня к себе пальчиками, шевелящимися в перчатках.

А затем случилось странное.

Моя крошка застыла на самом верху городка. Долго и молча наблюдала за теми двумя постоянно «папкающими» девчонками, а затем вдруг посмотрела на меня. Розовые от холода щечки и внезапно серьёзный анализирующий меня взгляд явно выдавали какой-то мелко-пухлый замысел.

— Что, булочка? — спросил я, назвав Варю так, как её частенько называла Юля.

— А давай ты тоже будешь папой. Только моим, ладно? — вдруг выдала Варя.

Я опешил.

Какую-то часть меня, где-то