Червь-3 - Антон Лагутин

Подбегаю к нему. Заношу меч. Бью еще сильнее. На его морде — серое пятно от жидкости — точно цель в тире. Лезвие залетает точно в десятку, и пробивает череп. Густой гной брызнул мне на ботинки, залил меч. Зверюга завыла лишь на мгновение и тут же заткнулась, охваченная судорогами предсмертной агонии.

В голове отозвалось болью. Любопытно… Выдёргиваю меч из огромного черепа, и меня накрывает тишина, словно из плеера выдернули шнур от наушников. Разум кабана испарился.

— Инга, там еще! — кричит Борис.

Седовласый мужчина вскочил на ноги и кинулся к остальным. Только сейчас, подняв глаза и вернувшись в реальность, я могу видеть происходящее. Не я один сражался с кабаном.

Подбегаю к Борису.

— Не отвлекаться! — кричит он.

Альфа, волки, люди — они все вступили в схватку. Пять, а может шесть кабанов врезались в наш отряд, раскидав во все стороны людей и зверей.

— Инга!

— Да! Что?

— Готовься!

Вовремя! Очередная зверюга выбрала меня своей целью! Резко ныряю вбок, прячусь за деревом. Гнилой кабан проносится мимо меня, сдирая клыком огромный кусок коры с дуба. А ведь это могли бы быть и мои рёбра…

Я смотрю в след не сбавляющему темп зверю и вижу препятствие на его пути. Бедный салага. Сейчас получит по шарам…

А нет, я ошибся. Паренёк оказался ловкач. Отскакивает в сторону, и даже бьёт мечом зверя по спине. Толку ноль; лезвие заходит в кожу, застревает, а кабан и не думает останавливаться. Меч дёргает вперёд, кисть паренька неестественно выворачивается.

Крик, визг. Парня кидает на кабана. Зверь замирает. Находит у своих ног жертву и начинает её топтать. Я рядом, я успею. Достаю сосуд с жидкостью, швыряю в морду кабану. Точно в цель.

Зверюга успел потоптаться на парне, но не смертельно, в отличие от моего удара. Лезвие зашло в глаз кабану сквозь закрытое веко. Может, и не нужно было переводить жидкость? Резкая судорога зверя отдалась у меня в голове. Да что же это такое? Я их чувствую, но не слышу…

Не слышу из-за людских криков! Из-за суеты… Из-за Альфы, пытающегося управлять стаей!

Заткнитесь! Пожалуйста…

— ААААА, БОЛЬНО! ААААААА!

Я опускаю глаза, и вижу того паренька. Он держится за сломанную руку, крутиться на спине и орёт на весь лес. Раскрыл рот так, что видно зеву, видно розовую глотку, в которую ссыпается пыль.

— Заткнись! — кричу я.

— Мне больно! ААААААА!

Как громко, я так не могу.

— Я прошу тебя, заткнись! Захлопни пасть и не ори!

Слюна летит из его разинутой пасти, которую мне так и хочется заткнуть…

— ААААА! РУКА!

Я падаю возле него на колени. Бросаю меч. И кричу:

— ЗАТКНИСЬ!

— РУУУУКААА! МНЕ БОЛЬ…

— Заткнись!

Зажимаю ему рот руками. Кладу обе ладони на лицо и сжимаю. Сильно. Чтобы он заткнулся. Закрываю глаза, пытаюсь сосредоточиться. Слышу Альфу, слышу Пича. Они сражаются. Сражаются также яро, как дёргается на земле этот пацан! Он изгибается, пытается перекатится, но у него ничего не выходит. Его ладонь, с переломанными пальцами, касается моих рук, но ничего не происходит, паренёк только сильнее начал извиваться под моим телом. Лицо быстро покрылось синевой. Но он не унимается!

— ЗАТКНИСЬ! ПРЕКРАТЫ МЫЧАТЬ!

— МММММММММ…

Я наваливаюсь всем телом на его голову, вижу капли пота, скатывающиеся со лба в ухо.

— ЗАМОЛЧИ…

— ИНГА! — это голос Бориса. — Ты какого хрена делаешь!

Мужская рука хватает меня за плечо и резко швыряет в сторону.

— Ты что делаешь?

Парень весь закашлялся, принялся ныть и визжать от боли.

— Он нам всё испортит! — кричу я. — Из-за него я ничего не слышу!

— Быстро взяла меч, встала и вернулась в бой!

Пока я поднимаю меч с земли, Борис хватает парня под мышку и тащит к дереву.

— Помоги! — говорит он мне.

Мы вдвоём берём пацана под мышки, облокачиваем спиной о дерево. Он продолжает заливаться слезами и слюнями.

— Борис, у тебя есть обезболивающее?

— Что?

— Его нужно заткнуть!

— Инга, вернись к волкам! ТЫ ТАМ НУЖНА!

Я ухожу прочь. Отбегаю от дерева и бегу в сторону драки. Бегу вперёд, к Альфе. Они рядом, сражаются с кабанами. Прыгают им на спину, отвлекают на себя, чтобы люди смогли поразить тела зверей мечами.

Двое мужчин лежат на земле без признаков жизни. Один на боку; из разорванного живота вывалились кишки. Второй лежит на животе; повернутая ко мне голова смята как консервная банка. Пробегаю пару метров — и ровняюсь с тушей кабана, убитым точным ударом в шею.

Бегу к ближайшему салаге. Он пытается сражаться. Его меч, сделанный из снятой кожи с «труперса» так и рубит воздух, но попасть в зверя не может. Он уже успел перевести два пузырька жидкости, кинув их в рёбра кабану, и уже тянется за третьим пузырьком. Кабан отвлёкся на волка, который схватил его за ухо, но всё выглядит максимально жидко. Кабан дёргает головой с такой силой, что волк взмывает в воздух, а потом обрушивается на землю с глухим ударом. Это точно больно, но серый зверь не отпускает свою добычу. Даже когда копыто кабана сминает ему рёбра. Долго не протянет, бля!

— Бей в рёбра! — кричу я салаге. — Бей кабана в рёбра!

— Я не могу! Он… Он…

— Бей!

— Я не могу прицелиться!

Кабан мечется из стороны в сторону. Волчий вой сменяется хрипом. Сил больше нет и ухо держать в клыкастой пасти. Волк сдался, весь обмяк. Всё что он сейчас может — часто дышать, разинув пасть. Копыто взмыло в воздух, зависло над чёрной мордой волка. Но не ударило…

Кабана дёрнуло, словно в него что-то влетело. Могучее тело пошатнулось, подалось вперёд. Волку повезло; копыто ударило рядом с носом, раздробив толстую ветку.

Время действовать. Нам выдался отличный шанс!

Глава 21

Время действовать! Время становиться мужчинами!

Хватаю салагу за плечо. Дергаю вперёд, бросая неженку в бой. А когда смотрю на кабана — вижу непонятную картину. Между задних лап зверя что-то шевелиться. Крутиться, дергается. Словно кабан только что родил мелкого уродца, который никак не