Личный аптекарь императора. Том 2 - Егор Золотарев

Охотник остановился, снял со спины рюкзак и вытащил из него… кастет с железными когтями. У меня невольно сжалось сердце. Похоже, эта жизнь для меня тоже закончилась. Жаль, очень жаль. Я только начал на ноги вставать, и тут такое…

— Не надейся, я тебя убивать не собираюсь, — усмехнулся охотник. — Это сделают звери, которые прибегут на запах крови. Я всего лишь нанесу первый удар. А затем, пока тебя ещё живого будут разрывать на части, я сниму всё на видео и отправлю заказчику. Похоже, ты у него в печёнках сидишь, наверняка он очень обрадуется такому зрелищу.

Кислота раствори этого ублюдка! Я даже врагов убивал более милосердным способом. Что же мне делать⁈

Я попытался пошевелиться. В моём патронташе есть то, что закончит жизнь этого гада за доли секунды. Но сколько бы я ни старался, не смог даже шевельнуться. Неизвестная магия сделала из меня истукана. А, может, это наказание мне за то, что я часто использовал «Оковы», делая людей и зверей беззащитными передо мной? Как бы то ни было, но я должен выжить. Должен!.. Но как?

— Не думал, что будет так легко убить человека, который приносит столько проблем уважаемым людям, — продолжал подонок, приближаясь ко мне и надевая на руку кастет. — Когда ехал сюда, представлял тебя совсем по-другому. А когда услышал от князя, что ты и есть тот самый Саша Филатов, то очень удивился. В тебя же можно было кирпичом запустить и всё — труп, а не тратить столько денег на такого дорогого наёмника, как я. Странный он, конечно, человек — заказчик твоего убийства, но хозяин — барин. Платят — я работаю.

Охотник приблизился ко мне вплотную, пощекотал Шустрику пузо и занёс надо мной руку с кастетом. Железные, хорошо наточенные когти свернули под солнечными лучами.

— Прощай, Филатов. — усмехнулся и…

— А-А-А-А! Батюшки! ПО-МО-ГИ-ТЕ! — неожиданно заорал он во всё горло, вытаращившись куда-то мне за спину, развернулся и рванул в лес, позабыв о рюкзаке.

Магия отступила, и я чуть не свалился на землю, успев подхватить Шустрика. Резко обернувшись, увидел большие жёлтые глаза в зарослях кизилового куста.

— Зоркий! Ты вовремя, — с облегчением выдохнул я и приглашающе махнул рукой.

Существо вылезло из-за куста и двинулось к нам. Шустрик защебетал и испарился. Вот же трус.

Я не знал, как поблагодарить желтоглазого, ведь он не понимает человеческую речь, поэтому вытащил из кармана куртки шоколадный батончик, снял обёртку и протянул ему. Зоркий с недоверием посмотрел на батончик, но забрал и, пару раз лизнув, положил в рот. Судя по тому, как он прикрыл глаза и начал покачивать головой, пережевывая лакомство, оно ему понравилось. Вот и славно. Ешь на здоровье.

Сейчас же меня интересовал Гордеев. Он так быстро сбежал, что забыл свой рюкзак. Я раскрыл ворот и вытряхнул содержимое баула на землю. Так-так, что тут у нас?

Паспорт на имя Алексея Александровича Гордеева. Родился в Москве. Тридцать восемь лет. Был три раза женат и столько же раз разведён. Дети не указаны. Адрес проживания менялся настолько часто, что листов не хватило, и печати стояли друг на друге.

Также на земле лежали три пачки купюр по сто рублей. Ну это я себе заберу, как компенсацию за моральный вред. Во фляжке не вода, а довольно неплохой коньяк.

Ага, пистолет. Пахнет порохом. Похоже, он недавно пользовался им.

Сложив в рюкзак всё, кроме денег, я подошёл к краю болота и, размахнувшись, запустил подальше. Он с плеском упал в воду и за считанные секунды утонул. Ряска тут же сомкнулась обратно, будто ничего не было.

Ублюдок Гордеев так испугался, что наверняка рванул куда глаза глядят, а не к отряду, поэтому нужно найти его и наказать. Его эфир я уловил, ещё когда был в оцепенении, поэтому побежал по следу, без труда определяя нужное направление.

Горгоново безумие! Вот это он напетлял свои следы, словно заяц! Я, то обегал дерево с огромным стволом, то забегал в густой кустарник, то улавливал эфир под гигантскими лопухами. Похоже, Гордеев так сильно струсил, что пытался найти место, куда бы спрятаться.

Зоркий неотрывно следовал за мной. Вот и славно! Вдвоём мы точно справимся с этим магом.

Мы пробежали уже достаточно далеко, когда я ощутил довольно сильный эфир. Гордеев совсем рядом. Теперь нужно быть очень осторожным, ведь он всё-таки сильный маг.

За рядом тонких берёзок с лиловыми листьями и такого же цвета серёжками, я увидел валуны, покрытые мхом. Именно от валунов исходил эфир мага. А ещё очень сильно чувствовался его страх. Похоже, он до сих пор не пришёл в себя. Интересно, чем же таким напугал его Зоркий?

Вытащив из патронташа пробирку с «Пурпурным отравителем», я медленно пошёл к валунам, стараясь не создавать шуму. Зоркий же всегда двигался так тихо и иногда мне казалось, что он отстал, но он был всего в паре метров от меня.

Вскоре я услышал бормотание Гордеева. Сделав ещё несколько шагов, разобрал, о чём говорит:

— Не надо… Прошу, не надо… Я больше не буду никого убивать, только не ешь меня… Пожалуйста, возвращайся в преисподнюю и оставь меня в покое… Я больше не буду убивать, обещаю…

— Поздно, Гордеев, поздно, — я рванул вперёд и увидел, как маг забился в щель между двумя валунами и сидит, обхватив руками колени.

Недолго думая, я плеснул на него «Пурпурным отравителем». Однако я не хотел его так быстро убивать, поэтому ринулся вперёд и схватил его за руку, отправляя в него свою ману и управляя ядом, который уже проник в тело мага.

Гордеев затрясся и начал задыхаться, но я не позволял ему умирать, а большую часть эфира яда отправил к магическому источнику, чтобы разрушить его. Знаю, чувство не из приятных. То же самое, что лишиться любого другого органа.

— Вот теперь мы поговорим. И от того, насколько ты будешь честен, я решу, как ты будешь умирать: долго и мучительно или быстро и безболезненно. Решать тебе.

— Бы…быстро, — хрипло выдавил он, корчась от боли, ведь в это самое время его источник разрушался.

— Тогда тебе нужно ответить на несколько моих вопросов. Во-первых, кто заказал убить меня?

— Соро… Сорокин, — выдохнул